Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 972 Старший брат-наставник обсуждает жену учителя – и Сяо Кунтуна поражает небесный гром!
«Неужели здесь замешана сила Святого Императора? Я мало что знаю о личной жизни главы, но теперь мне стало любопытно…» – Сюй Сяошоу вновь попытался своей аурой незаметно развязать Сяо Кунтуну язык.
Он размышлял: если бы давняя возлюбленная Ба Цзуньаня была из простой семьи, вряд ли бы об этом никто не узнал за столько десятилетий.
Как-никак, речь шла о Восьмом Бессмертном Меча. Случись у него хоть какой-нибудь амурный скандал, Странствующие поэты давно бы раскопали эту историю и сделали ее главной темой для пересудов за чашкой чая.
Но мир ничего не знал, а это уже серьезная проблема.
Раньше Сюй Сяошоу, возможно, не был бы таким проницательным, но после всего пережитого первое, что пришло ему на ум, — это «обет молчания».
Кто мог так легко заставить весь мир замолчать?
Ответ напрашивался сам собой: сила Святого Императора!
А какова вероятность того, что любовная интрижка Ба Цзуньаня была связана с Кланами Святых Императоров?
Сюй Сяошоу был уверен, что вероятность немаленькая. К тому же это вполне соответствовало стилю Ба Цзуньаня — не размениваться по мелочам, а браться только за большое!
Сяо Кунтун, недавно получивший от кое-кого прозвище «главный болтун Бессмертного Града Созерцания Луны», очевидно, не нуждался в чужой ауре, чтобы разговориться. Услышав вопрос, он разинул рот и с недоверием уставился на старшего Водяного.
— Неужели вы этого не знаете?
Он изумленно прошептал это, потер руки и огляделся по сторонам. Убедившись, что вокруг никого нет, он зажег в глазах пламя неудержимого сплетника.
— Старший Водяной, не говорите мне, что вы всю жизнь были так заняты заданиями, что даже о «Списке несравненных красавиц» не слышали? — Болтун сменил тему, подкинув нечто совершенно новое.
— О Списке несравненных красавиц? — опешил Сюй Сяошоу.
— Вы и вправду не знаете? Поразительно!
— А ты, малец, я смотрю, много чего знаешь?
— А то! Первая в Списке несравненных красавиц, Юэ Гунну, — возлюбленная нашего учителя! Я слышал, что она первая красавица Поднебесной…
Лицо Сяо Кунтуна озарилось блаженной улыбкой. Он прикрыл глаза, покачал головой и, впав в забытье, нараспев произнес:
— Лунная дева ступает по миру, босой ногой по зеленым горам. Стыдятся горы своей наготы и кутаются в облака… Старший, вы только послушайте, до чего же красиво?
Сюй Сяошоу на мгновение замер.
«Стыдятся горы своей наготы и кутаются в облака…»
Слова не могли передать всей картины, но он уже представил себе, как прекрасная небожительница босиком гуляет по горам, окутанным туманной дымкой. Восхитившись пейзажем, она начинает танцевать, взмахивая рукавами, и петь нежным голосом, и в этот миг даже небо и земля замирают, очарованные ее красотой.
— И вправду очень красиво…
Сюй Сяошоу никогда не видел Юэ Гунну, но это не мешало ему сейчас предаваться мечтам и фантазиям.
Сяо Кунтун тоже надолго погрузился в грезы, но потом, вспомнив что-то, понизил голос и нерешительно спросил:
— Старший, неужели вы и того не знаете, откуда взялось название нашей организации «Святые Рабы»?
— Не станешь святым — навеки останешься рабом… — все еще витая в облаках, ответил Сюй Сяошоу и тут же опомнился. — Разве не так?
Сяо Кунтун прикрыл рот рукой, не веря своим ушам, и прошептал:
— Святые Рабы… «Ну» в этом названии — от имени Юэ Гунну!
— Что? — Сюй Сяошоу тоже прикрыл рот. Он был в полном шоке и наконец пришел в себя.
Ах ты, Ба Цзуньань, как же ты меня обманул!
Раньше вечно твердил всякую чушь вроде «не станешь святым — навеки останешься рабом» и лицемерно заявлял, что «никто не знает ответа, лишь я могу его дать»…
Какой же ты правильный!
Такой правильный, что все посторонние, кто тебя не знает, вокруг пальца обведены!
А на деле все это — лишь напыщенные предлоги! Фиговый листок, прикрывающий твои давние любовные похождения!
Сюй Сяошоу слушал это с таким волнением, словно читал скандальную хронику.
Все, что он слышал от людей и из официальных источников, сводилось к тому, что Восьмой Бессмертный Меча обладает непревзойденным талантом на пути меча, а Святые Рабы — это темная организация. Сплошная скука и благопристойность.
Но этот болтун из Бессмертного Града Созерцания Луны, обожающий за спиной обсуждать любовные похождения своего учителя, выдавал одну сенсацию за другой!
И пусть все это звучало как сплетни из бульварной газетенки, но ведь их рассказывал ученик главного героя этих сплетен! Для Сюй Сяошоу это было почти стопроцентной гарантией правдивости.
Крах…
В этот миг Сюй Сяошоу почувствовал, как в его сознании рушится некий высокий образ.
И не один, а целых два!
Первым был образ старшего брата-наставника из Бессмертного Града Созерцания Луны. Когда-то его появление на сцене было таким эффектным, таким классическим. А теперь, под личиной Водяного, Сюй Сяошоу видел перед собой простого болтуна, лишенного всякого имиджа.
Вторым был образ Ба Цзуньаня. Великий Восьмой Бессмертный Меча не только сам был личностью несерьезной, но и учеников себе подбирал таких же беспутных. Воистину, яблоко от яблони!
Неудивительно, что этот болтун до сих пор не получил полного признания своего учителя. Возможно, Ба Цзуньань давно разглядел его истинную натуру.
— Юэ Гунну…
— Она тоже из Пяти Великих Кланов Святых Императоров? Из клана Юэ?
Сюй Сяошоу, подавив поток мыслей, подхватил слова Сяо Кунтуна, надеясь, что тот продолжит развивать тему.
Такой качественный сеанс сплетен выпадает раз в тысячу лет. Нужно выжать из него как можно больше секретов…
Но тут Сяо Кунтун наконец заметил неладное.
Этот старший Водяной знает на удивление мало. Словно самозванец!
Он умерил свой сплетнический пыл и с подозрением посмотрел на собеседника:
— Старший Водяной, вы какой-то… тьфу, странный.
«Еще бы мне не быть странным, ты, болтун, только что разрушил все мои представления о мире…» — мысленно съязвил Сюй Сяошоу, но вслух ничего не сказал, ведь его личность пока нельзя было раскрывать.
Кто знает, не взбесится ли этот трепло, узнав правду, и не проглотит ли его на месте.
Поэтому Сюй Сяошоу выпрямил грудь, заложил руки за спину и вопросил в ответ:
— Твои успехи на пути меча так себе, малец, а вот в амурных делах вроде «Списка несравненных красавиц» ты, я погляжу, разбираешься отлично?
Один выпад — и Сяо Кунтун был сражен. Словно его ударили в больное место, он покраснел так, что, казалось, вот-вот кровь пойдет:
— Я… я… я не ради амурных дел! Я все это изучаю, чтобы подготовиться к практике «Искусства меча чувств»!
«Ой-ой-ой, какое благородное оправдание!»
«Еще и Искусство меча чувств приплел?»
Сюй Сяошоу сразу понял, что этот болтун врет и не краснеет.
— Ох, амурные дела… — холодно усмехнулся он. — А я разве говорил, что ты делаешь это ради амурных дел? Что это, явка с повинной?
— … — Сяо Кунтун так и застыл с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова.
«Получено Проклятие. Очки пассивности +1».
Атмосфера внезапно стала напряженной.
Бесцеремонная беседа оборвалась, и оба почувствовали, что зашли слишком далеко для недавних знакомых. Но, поскольку у каждого были свои опасения, они не решались задавать лишних вопросов.
Спустя несколько мгновений.
Сяо Кунтун неловко отвернулся и смущенно произнес:
— Старший, я немного увлекся в разговоре. Надеюсь, вы не расскажете моему учителю.
«Ничего, мне как раз нравится твоя развязность…» — усмехнулся про себя Сюй Сяошоу и безразлично ответил:
— Будь спокоен. О нашем разговоре знают лишь небо и земля, ты да я. Третьему не дано.
Сяо Кунтун обрадовался и, сложив руки, поклонился:
— Благодарю старшего за сохранение тайны.
Но и у Сюй Сяошоу были свои тревоги. Этот болтун не казался человеком, способным хранить секреты. Стоит ему встретиться с другими членами Святых Рабов, как он тут же начнет трепаться об их разговоре.
Сейчас все подозрения падали на настоящего Водяного, но если позже что-то пойдет не так и его личность раскроется, кто знает, не припомнят ли ему это Сяо Кунтун и Ба Цзуньань.
Сюй Сяошоу подумал, что этого недостаточно для безопасности, и тут же предложил:
— Может, поклянемся?
Поклянемся?
Сяо Кунтун опешил. Неужели все настолько серьезно, что нужна клятва?
Но, поразмыслив, он решил, что клятва Великому Дао станет гарантией того, что старший Водяной точно не расскажет учителю, как он за его спиной сплетничал о жене наставника.
Такой расклад его устраивал, и он кивнул:
— Хорошо.
Сюй Сяошоу усмехнулся и первым поднял руку:
— Тогда, как я и сказал: пусть никто третий не узнает о нашем разговоре. Если же я нарушу эту клятву… — произнося это, он посмотрел на болтуна.
Сяо Кунтун тоже поднял руку и торжественно закончил:
— Пусть меня поразит небесный гром!
Они переглянулись, улыбнулись и одновременно опустили руки. Казалось, общая тайна сблизила их.
«Оказывается, мужская дружба крепнет не только за бокалом вина, но и за сплетнями и клятвами…»
Оба одновременно пришли к этому глубокомысленному выводу, но идиллия длилась недолго. Едва стихли слова клятвы, как грянули перемены.
— Грохот!
Над головой раздался оглушительный раскат грома, за которым последовал тихий треск электрических разрядов, отчего обоих в морской глубине пронзила дрожь.
Сюй Сяошоу: ??
Он изумленно поднял взгляд.
«Этот болтун уже замыслил меня предать?»
Сяо Кунтун: ??
Он тоже вздрогнул от испуга и покосился на старшего Водяного.
«В каком смысле? Только что поклялись Великому Дао, а ты уже решил все рассказать моему учителю?»
— Грохот!
Еще один, более оглушительный раскат грома развеял последние остатки надежды в их сердцах.
Это была не слуховая галлюцинация. Небесная кара действительно явилась…
Сюй Сяошоу молниеносно обернулся и, словно оправдываясь перед самим Путем небес, выпалил:
— Последние слова, «пусть меня поразит небесный гром», сказал ты!
Сяо Кунтун тут же позеленел. К черту дружбу и родственные души! Он был так зол, что едва сдержался, чтобы не разразиться бранью:
— Но вы, старший, тоже причастны! Мы дали эту клятву вместе! Без вашего обещания в начале мои слова о наказании в конце не имели бы никакого смысла! — Лишь обращение «старший» помогло ему сохранить остатки самообладания.
Сюй Сяошоу потерял дар речи.
Он даже не успел продемонстрировать свое красноречие и свалить всю вину на болтуна, как с девятых небес донеслось еще несколько раскатов.
— Гро-хо-хот!..
На этот раз небесная кара, кажется, разгневалась не на шутку.
Вслед за громом морскую глубь пронзил не просто тихий треск, а нечто большее.
В одно мгновение алые молнии, словно острые когти, расчертили темное полотно морских глубин.
Сюй Сяошоу почти ничего не почувствовал, лишь онемение в теле усилилось, но других неприятных ощущений не было.
Но он собственными глазами видел, как Сяо Кунтуна, которого задел этот алый разряд, всего выпрямило. Его брови и волосы встали дыбом прямо в воде, а зрачки застыли.
Его смутный силуэт вдруг стал намного четче — молния едва не прервала действие Искусства без меча.
В нос ударил неприятный запах гари, перебивая слабый аромат силы бедствия.
Сюй Сяошоу, недолго думая, подскочил и, указывая на болтуна, злорадно и совершенно неприлично захохотал:
— Видал? Видал? Гром бьет только в тебя, а не в меня!
«Почему…» — В безжизненных глазах Сяо Кунтуна промелькнули обида и недоумение. Он с трудом выговорил:
— Мо-молния… бьет по воде… по-почему… с тобой ничего не случилось?
«Молния бьет по воде?»
«Не думал, что ты силен не только в теории Очищения Духа, но и в физике!»
Сюй Сяошоу холодно усмехнулся:
— «Пусть меня поразит небесный гром» — это твои слова. Ты сам замыслил недоброе, хотел подставить меня. В кого же грому бить, как не в тебя?
— Я… я не… — Сяо Кунтун был готов расплакаться. Едва он оправился от оцепенения и смог двигаться, как над головой снова раздался грохот.
— БУМ!
На этот раз вспыхнули не только алые, но и разноцветные молнии, среди которых были даже черные и белые.
— Т-з-з-з!..
Сяо Кунтун вытянулся в струнку, его голова запрокинулась, шея вжалась в плечи, а на лице остались лишь два мертвых глаза, закатившихся кверху.
Сюй Сяошоу пришлось не лучше. Его волосы встали дыбом, по телу разлились жар и острая боль. Каждая клетка его тела содрогалась в конвульсиях, и он полностью потерял контроль над собой.
Если бы не пассивные навыки и крепкое тело, этот разряд, скорее всего, вернул бы его в истинный облик.
— Хе-хе! — Сяо Кунтун, сам едва живой, все же нашел в себе силы посмеяться над чужой бедой. — Так ты тоже хотел меня предать…
— … — Сюй Сяошоу отбросил шутливый настрой. Он начал понимать, что дело приняло серьезный оборот.
Знакомую силу бедствия, сопровождавшую эти девятицветные молнии, он прежде встречал лишь у таких сокровищ, как Изначальное Семя Испепеляющего Сияния и Трехдневное Леденящее Бедствие.
Без сомнения, это была особая аура бедствия, которая появлялась, только когда мастер Отсечения Дао проходил Грозовое Испытание Девяти Смертей.
Неужели под водой из-за одной лишь его клятвы и вправду начался грозовой шторм?
Хотя мастеров Отсечения Дао, которым грозила смерть от высасывающей силы водяной сферы, было немало. Может, кто-то из них, не желая мириться с судьбой, решил пройти Грозовое Испытание Девяти Смертей прямо в Запретном барьере?
— Болтун… то есть, Сяо Кунтун, погляди-ка внимательно. Не кажется ли тебе, что кто-то проходит испытание? — Сюй Сяошоу чуть не ляпнул прозвище, но вовремя исправился и вернулся к делу.
Мысли Сяо Кунтуна тут же вернулись в нужное русло.
Этот вот, напротив, явно был новичком, а он — настоящий старший брат-наставник Бессмертного Града Созерцания Луны!
— Сила бедствия… алые молнии… Тот первый разряд и вправду был похож на Божественный Гром Алого Закона… — осенило Сяо Кунтуна. Он вытаращил глаза. — Старший, здесь кто-то и вправду проходит испытание! Грозовое Испытание Девяти Смертей!
Неужели?!
Сюй Сяошоу не мог поверить своим ушам:
— Но ведь в морских глубинах действует Запретный барьер! Как кто-то может проходить испытание?
Этот вопрос поставил Сяо Кунтуна в тупик. «Разве не я должен был задать этот вопрос? — подумал он. — Ведь это вы установили барьер!»
Но, поразмыслив, он произнес:
— Девятицветные грозовые молнии… А что, если тот мастер Отсечения Дао, который проходит испытание, хочет разом выдержать все Грозовое Испытание Девяти Смертей?
Возможно ли такое?
Сюй Сяошоу давно уже не был невежественным новичком на уровне Очищения Духа и знал, что каждое из девяти испытаний невероятно сложно. Даже если удавалось его пройти, смельчак оставался тяжело ранен. Кто в здравом уме станет проходить все девять разом?
Но ограничения Запретного барьера все еще действовали.
Силы одного испытания, возможно, не хватило бы, чтобы расшевелить застывшее море ци, и знамение прорыва могло быть тут же подавлено барьером.
Это, пожалуй, объясняло, почему до сих пор ни один мастер Отсечения Дао не пытался пройти испытание.
Возможно, лишь пройдя все девять испытаний разом, можно было с помощью ужасающей карающей силы Пути небес хоть немного пробить брешь в Запретном барьере и ухватиться за единственный шанс на спасение на грани жизни и смерти?
Сюй Сяошоу подумал о Дозорном.
Испытание проходил, скорее всего, не он, но чтобы прорвать оковы, у мастера Отсечения Дао вроде него, вероятно, оставался лишь этот путь.
Он сжал в руке фальшивую Божественную алебарду Повелителя Морей и, приказав Подражателю использовать силу воды для защиты, спросил:
— В истории были те, кто пытался пройти все Грозовое Испытание Девяти Смертей разом?
— Были! — Сяо Кунтун с завистью смотрел, как старший Водяной, задавая вопросы, окружает себя потоками воды, и уже хотел было взмолиться о помощи.
— И каков результат? — не унимался Сюй Сяошоу.
— Все потерпели неудачу… — только и смог ответить Сяо Кунтун.
Сердце Сюй Сяошоу ухнуло в пропасть, а мысли унеслись далеко-далеко.
Сяо Кунтун тем временем уже не мог выдерживать давление. Раз уж это было Грозовое Испытание Девяти Смертей, то удары молний следовали с определенной периодичностью. Следующая волна была уже близко!
— Старший, не могли бы вы сперва помочь мне отвести потоки воды? Мое Течение Небытия не выдержит беспорядочных атак карающей силы Пути небес…
— А? — Сюй Сяошоу лишь через полсекунды вышел из задумчивости.
— Грохот!..
В этот миг ударила еще одна молния.
— Кха!
Крик оборвался на полуслове. Голова Сяо Кунтуна резко откинулась назад, и его тело, выгнувшись дугой с пупком в высшей точке, медленно поплыло в морской глубине.
( Конец главы )