Я злой лорд межгалактической империи! (Новелла) Том 15.5 Глава 57 Д/И, Том 5, Глава 4: Потрясение Дома Банфилд

После завершения тренировки в рыцарском училище, переодеваясь в раздевалке, Эмма изливала Калуа свою обиду на семью.

— Это же возмутительно! Они требуют, чтобы я съехала, только потому, что мой младший брат с семьей теперь живет с ними! Я же им регулярно помогаю финансово, я тоже их дочь! Могли бы хотя бы деликатнее намекнуть!

Эмма сняла пропитанную потом форму для тренировок, положила её в свой шкафчик и извлекла оттуда парадную рыцарскую форму.

Как только дверца шкафчика была закрыта, он автоматически заблокировался и инициировал цикл стирки, сушки и глажки.

Её повседневная одежда, только что появившаяся из него, была свежей и очень приятной к телу.

Калуа, в отличие от Эммы, носила изысканное нижнее белье, что говорило о её жизни в столице.

Её кожа сияла, очевидно, она регулярно посещала дорогие спа-салоны.

Взглянув на себя в зеркало и нанося блеск для губ, Калуа бросила на Эмму равнодушный взгляд:

— Ты сама виновата. Давно пора съехать и освободить комнату. С твоей зарплатой ты могла бы позволить себе шикарные апартаменты.

— Но я ведь постоянно в разъездах по командировкам! Какой смысл арендовать квартиру на Хайдоре, если я там практически не появляюсь?

Эмма пыталась найти хоть какое-то понимание, но Калуа лишь покачала головой:

— Именно! Раз ты не пользуешься комнатой, уступи её брату. К тому же, сними себе новую, стильную квартиру. Деньги следует тратить, пока живешь. Особенно в нашей профессии.

Калуа считала, что поскольку их жизни могут оборваться в любой момент, необходимо наслаждаться каждым днём и не ущемлять себя.

Она оценивающе прошлась взглядом по Эмме:

— Кстати, ведь ты постоянно находишься на военных кораблях в длительных миссиях? С учетом всех надбавок тебе, наверное, каждый месяц начисляют внушительную сумму. Раз в три больше, чем нам, я полагаю?

Эмма отвела взгляд, слегка покраснев.

Честно говоря, в последнее время её заработок вырос до таких масштабов, что вызывал у неё самой некоторое опасение.

Казалось, поработай так ещё лет двадцать — и безбедная старость была бы гарантирована.

Она понимала, что ситуация сложнее, но Калуа была права: Эмма зарабатывала очень даже прилично.

Да, она тратила средства на своё хобби — сборку пластиковых моделей, приобретая дорогие комплекты и инструменты. Но жила она на космическом корабле «Ремея», где всё было обеспечено, так что особых трат у неё не было.

— Н-ну, не в три раза, конечно...

— По твоему лицу всё очевидно. Зарабатываешь ты неплохо. Сразу видно элиту... Значит, сегодня ужин оплачиваешь ты!

Пока Калуа удовлетворенно улыбалась, неподалеку с громким стуком закрылась дверца шкафчика.

БАМ!

На этот звук обернулись не только Эмма и Калуа, но и другие девушки-курсантки. Шкафчик закрыла одна из тех, кто недавно перевелся к Банфилдам из других Знатных Родов.

У неё было решительное, даже вызывающее лицо. Звали её Виктория Сера Спиринг.

Она являлась имперским рыцарем, ранее состоявшая на службе у другого графа.

Светлые волосы, заплетенные в два хвостика, и миниатюрное телосложение — она выглядела моложе Эммы и казалась совершенно хрупкой.

Слегка раскосые розовые глаза придавали её взгляду хищные нотки.

На первый взгляд она не производила впечатления грозного воина... но раз уж она оказалась здесь, её внешность явно была обманчива.

Она обладала лицензией имперского рыцаря, и Дом Банфилд официально признал её компетентность.

Виктория бросила на Эмму вызывающий взгляд:

— А у Банфилдов, по-видимому, всё слишком расслабленно.

Эмма и остальные курсанты, чьи семьи принадлежали к этому Дому, почувствовали себя оскорбленными. Наступила напряженная тишина, многие, включая Калуа, сжали кулаки.

Зато «перебежчики», стоявшие рядом с Викторией, начали злорадно усмехаться.

Эмма растерянно почесала затылок:

— Эм...

Калуа прошептала ей на ухо:

— Это Виктория Сера Спиринг.

— Миддл-нейм? «Сера»?..

В Империи такое имя давалось только выдающимся рыцарям и представителям аристократии. Его наличие свидетельствовало о многом.

Виктория, словно демонстрируя свою тренированную фигуру, приняла эффектную позу и изящно откинула прядь волос:

— В отличие от вас, мы — истинные рыцари. Мы прошли обучение в имперских академиях, а не в ваших провинциальных училищах. Вы — лишь бледное подобие.

«Настоящее обучение» подразумевало окончание имперского военного училища и университета.

Те, кто получал рыцарскую лицензию непосредственно от Империи, удостаивались миддл-нейма. Это был отличительный знак элиты.

Эмма и её сокурсники имели лишь лицензии Дома Банфилд, поэтому статус имперского рыцаря был для них недосягаем.

Калуа с явным раздражением пояснила Эмме суть претензий Виктории:

— Она здесь неформальный лидер у этих «варягов». Но знаешь, раз её отправили на эти курсы, значит, командование не так уж высоко её ценит. Если бы она была действительно так выдающаяся, её бы сразу назначили старшим офицером, а не заставили сидеть за партой вместе с нами, сомневаясь в её опыте или способностях.

Услышав этот едкий комментарий, Виктория нахмурилась:

— ...Детишки из теплицы только и умеют, что сплетничать. Видимо, слухи о мощи рыцарей Банфилдов сильно преувеличены.

Услышав оскорбление в адрес всего рыцарского ордена, Эмма не смогла сдержаться:

— Но ведь вы теперь тоже часть этого ордена. Почему вы говорите такие слова?

Виктория рассмеялась, её смех звучал холодно:

— Часть ордена? Ты глубоко заблуждаешься. Я перешла туда, где мне больше платят. И здесь я тоже только потому, что условия оказались выгоднее.

Это весьма прагматичное высказывание, лишенное даже намёка на верность, вызвало замешательство даже у некоторых из тех, кто перешёл на их сторону.

(«О таком не говорят вслух») — читалось на их лицах.

Однако большинство «варягов», очевидно, признавших Викторию своим лидером, встали на её защиту.

Виктория буравила Эмму взглядом: «Возможно, в своей песочнице ты была лучшей, но не думай, что это что-то значит. В галактике полно рыцарей, которые легко тебя раздавят».

— ...Я прекрасно это понимаю.

Хотя Эмму называли асом, она слишком часто бывала на грани гибели, чтобы позволить себе возгордиться.

Она знала горечь поражений и собственную уязвимость.

Виктория переоделась в форму рыцаря и направилась к выходу.

— Сомневаюсь. Чао, первая леди деревушки.

◇

— Ну и стерва! «Я здесь только из-за хороших условий»! Да если ей предложат больше, она тут же сбежит!

Вернувшись в общежитие, Калуа продолжала кипеть от возмущения.

Эмма, на которую, собственно, и были направлены оскорбления, пыталась её успокоить: «Калуа, остынь».

— Да как тут остынешь?! Эмма, ты же ас! Веди себя соответственно! Поставь её на место!

— Легко сказать...

Эмма тихо вздохнула и постаралась сменить тему, вернувшись к обсуждению «перебежчиков».

— Как думаешь, среди них много таких... у кого совсем нет преданности нашему лорду?

Калуа, которая предвзято относилась к чужакам, ответила резко: «А с чего им любить Хайдору, если это не их родина? Большинство из них притащились сюда только потому, что Банфилды хорошо платят».

У Дома Банфилд существовала одна серьёзная проблема, отличавшая его от других благородных родов.

У них не было потомственных вассалов. Особенно среди рыцарей.

Когда нынешний лорд Лиам вступил в права, рыцарского ордена у Банфилдов просто не существовало.

Поэтому лорд привлекал рыцарей со стороны, предлагая им щедрое жалованье.

В результате всё высшее командование ордена состояло из «варягов».

Клаус, Кристиана, Мари — трое главных фигур армии не родились на Хайдоре.

Никто не оспаривал их заслуг, но многим коренным рыцарям сей факт не давал покоя.

Калуа была одной из них. И её нельзя было за это винить.

— Из-за того, что к нам стекается всякий сброд, на передовой творится беспорядок. Они относятся к простым солдатам как к грязи. Реально считают, что если ты не рыцарь — то ты и не человек вовсе.

Услышав это, Эмма округлила глаза.

Она вспомнила Ларри, который когда-то сильно пострадал от издевательств со стороны рыцарей.

Она предполагала, что виной тому были «перебежчики», но осознание того, что эта проблема всё ещё существует, стало для неё шоком.

— ...Значит, ничего не изменилось.

— Нас в училище строго учили уважать простых солдат. А эти... творят что хотят. С ними одни проблемы.

Пока Калуа жаловалась на тяготы службы, в общежитии внезапно стало шумно.

Они сидели в гостиной. Эмма поднялась с дивана и, поймав пробегавшую мимо девушку-рыцаря, спросила: «Что случилось?».

Девушка, заметно нервничая, ответила: «Г-говорят... лорд Лиам пропал!».

— ...Что?

Эмма и Калуа переглянулись в шоке.

Исчезновение лорда — это катастрофа. Неужели на него напали?

Девушка продолжила, передавая последние слухи: «Сначала думали, что это утка, но в правительстве паника, и... говорят, с орбиты спустились люди из предыдущей администрации...».

Услышав про «предыдущую администрацию», Калуа побледнела.

— В смысле... люди отца нашего лорда? Это же... переворот?

Предыдущий лорд Банфилд вошёл в историю как тиран и бездарь, в отличие от Лиама, считавшегося мудрым правителем.

Неужели он решил вернуть себе власть? Калуа охватила паника, а девушка добила их новой порцией слухов: «И ещё говорят, что часть армии взбунтовалась и подняла мятеж! Никто не понимает, что происходит!».

Никто не знал, где правда, а где вымысел.

Ясно было одно: случилось нечто ужасное.

В этот момент терминал Эммы издал сигнал экстренного вызова.

Экран не включился, горела только надпись [Только аудио]. На фоне шума и криков раздался резкий, приказной голос: «Майор Эмма Родман, немедленно явиться в резиденцию лорда! Я в курсе, что вы проходите обучение, но ситуация критическая!».

Это был приказ, не терпящий возражений. Эмма растерялась, но ослушаться не смела.

Она посмотрела на Калуа и девушку-рыцаря: «М-меня вызывают...».

Продолжение следует…

Над переводом работала команда FanLate Journal

Перевод и редактура: Исекайный Сомелье