Забытый луг Том 1 Глава 270 Волк читает стихи каждую ночь (24)

— Это… — мужчина запнулся, словно потеряв дар речи, и лишь спустя мгновение с трудом выдавил. — Вы и сами прекрасно знаете… Большая часть вассалов рода Сиекан испытывает к вам неприязнь, невестка. И сейчас это недовольство уже распространилось на Союз восточных аристократов. Ситуация и без того накалена из-за гражданской войны, брат постоянно в отъездах, а вы, невестка…

Когда он осекся, не закончив фразу, Талия насмешливо изогнула губы.

— Должно быть, за моей спиной уже вовсю шепчутся, что пришло время изгнать ни на что не годную незаконнорожденную принцессу с поста великой герцогини?

На лице Лукаса появилось явное недоумение. Издав короткий смешок, Талия шагнула вперед и резко схватила его за полу свободного плаща.

— И к чему ты это клонишь?

— Да нет, я просто… Я подумал, что если вы, невестка, начнете заниматься какой-либо общественной деятельностью, то и подобные пересуды утихнут…

— Я спрашиваю, какое тебе дело до того, что обо мне говорят?

Она вперилась прямо в его янтарно-карие глаза, словно пытаясь разгадать его истинные намерения, и заметила, как его сильно расширившиеся зрачки едва заметно дрогнули. Уловив эту подозрительную реакцию, Талия прищурилась и испытующе спросила:

— Разве для вас всех не было бы лучше свергнуть меня с поста великой герцогини и подыскать ему новую, подходящую жену?

Лукас, до этого застывший от замешательства, резко стряхнул ее руку и отступил на шаг. Затем он принялся суетливо поправлять растрепавшуюся одежду и сухо бросил:

— Обстановка вокруг и так плачевная, и если еще и во внутренних делах начнется неразбериха, это лишь добавит проблем брату. Вам необходимо укрепить свое положение как великой герцогини, тогда и сплоченность Востока станет непоколебимой.

Несмотря на весьма гладкое объяснение, Талия так и не смогла полностью избавиться от подозрений и продолжала щуриться. Лукас, устав от ее недоверчивого взгляда, тяжело вздохнул и добавил с раздражением:

— Вы хотите, чтобы брат, и так сражающийся на войне, тратил силы еще и на разбирательства с вассалами из-за вас?

Этот удар по самому уязвимому месту вмиг лишил Талию красок на лице. Кан, чутко уловив ее состояние, мгновенно оскалился, и шерсть на его спине встала дыбом. Заметив, что несколько купцов уже испуганно косятся в их сторону, Талия поспешно наклонилась и успокоила волка. Затем она спросила:

— И чего именно ты от меня ждёшь?

— Я не прошу невозможного, — уже гораздо мягче произнес Лукас. — Я не ожидаю ничего сверх тех минимальных обязанностей, которые вы должны исполнять как великая герцогиня на публике.

— Говори конкретнее.

— Появляться на официальных мероприятиях, налаживать дружеские отношения с аристократами или влиятельными лицами Кальмора, совершать объезды владений… Ну, в таком духе.

Талия задумчиво опустила взгляд на каменные плиты под ногами. Как и сказал Лукас, она больше не могла быть обузой для Баркаса.

Крепко обнимая Кана за шею, Талия долго колебалась, но в конце концов согласно кивнула:

— Ладно. С этим я, пожалуй, справлюсь.

На лице Лукаса промелькнуло легкое облегчение. С заметно подобревшим видом он разомкнул губы:

— Вот и отлично. Тогда я познакомлю вас с несколькими людьми, которых знаю.

Опасаясь, как бы она в очередной раз не закапризничала и не передумала, он поспешно направился к шатру, где собралась знать. Талия с неохотой последовала за ним, ведя за собой Кана.

Появление огромного волка сперва вызвало волну ропота, однако, узнав в гостье великую герцогиню, присутствующие тут же повскакивали со своих мест и почтительно склонились.

Небрежно приняв их приветствия, Талия устроилась на сиденье в самой глубине шатра, после чего к ней один за другим начали подходить городские советники Кальмора и богатейшие купцы, чтобы засвидетельствовать свое почтение.

Помимо них, влиятельные личности из разных городов тоже пытались завязать с ней разговор, изо всех сил подавляя страх перед Каном.

Талия, скрывая свое недовольство, изо всех сил старалась поддерживать беседу. Ей было несложно отпускать колкости или язвительные замечания, но светские любезности давались ей с трудом, и пустые разговоры были для нее настоящим испытанием.

Она делала вид, что пьёт поднесённые слугами напитки, тянула время, а когда аукцион почти завершился, поспешно поднялась.

— Я выйду наружу. Здесь слишком шумно, у меня уже голова раскалывается.

Лукас, который в этот момент беседовал с главой купеческой гильдии, внимательно вгляделся в ее лицо и послушно кивнул:

— Хорошо. Давайте возвращаться.

Она без лишних промедлений направилась к выходу из шатра.

Оказавшись на улице, она заметила, что толпа заметно поредела. На широкой дороге, где прежде могли свободно разъехаться три-четыре кареты, людей стало вдвое меньше, а плотно стоявшие по обеим сторонам прилавки уже вовсю сворачивались один за другим.

Окинув взглядом торговцев, загружавших непроданные товары на телеги, и их наёмных рабочих, она повернула к замковым воротам. Так как главная дорога в это время обычно была заполнена возвращающимися каретами и повозками, идти в обход вдоль крепостной стены оказалось быстрее.

Без особых усилий покинув центр города и миновав западные арочные ворота, они уже собирались зайти в близлежащий пункт проката экипажей, как вдруг на пологом склоне холма мелькнул знакомый до боли силуэт.

Талия вгляделась в удаляющуюся женскую спину. Одетая в светлую тунику и тёмно-коричневую робу, Тиуран медленно шагала по дороге, взвалив на одно плечо свою врачебную сумку.

«Неужели идёт к больному?» — лицо Талии недовольно вытянулось. Сердобольная и чрезмерно мягкосердечная Тиуран никогда не умела отказывать людям, из-за чего часто совершала вызовы за пределы крепостных стен. Наверняка и в этот раз она не смогла отвергнуть чью-то настойчивую просьбу.

Талия вместе с Каном поспешила за ней. Однако солдаты, сопровождавшие её на некотором расстоянии, с растерянным видом попытались преградить им путь.

— Куда вы направляетесь, ваше высочество?

— Там моя целительница. Мне нужно вернуть её в замок.

Мужчина с суровым лицом нахмурился и оглядел дорогу. Похоже, он не сразу смог выделить фигуру Тиуран из толпы, поэтому безучастно пожал плечами и произнёс:

— Возможно, вы ошиблись?

— Я точно видела! Вон там!

Мужчина мельком взглянул в указанном направлении и столь же равнодушно отозвался:

— Даже если и так, у неё, должно быть, дела в деревне, раз уж она вышла в город. Зачем же насильно возвращать её в замок?

— Ах ты, глупец! Скоро стемнеет, а она бродит одна! Что, если с ней что-то случится?

От её резкого окрика на лице солдата появилось выражение крайнего изумления. Судя по всему, он тут же вспомнил её собственную историю с побегом.

Талия буквально процедила сквозь зубы:

— В любом случае, я лично верну её в замок, так что не болтай и следуй за мной.

И прежде чем солдаты успели её остановить, она решительно двинулась сквозь толпу. Из-за появления огромного волка напуганные люди поспешно расступались, благодаря чему она в мгновение ока нагнала Тиуран.

Талия, хромая, спустилась по неровной грунтовой тропе и резко ухватилась за край одежды целительницы.

— И куда это ты направляешься в такое время?

Тиуран, вздрогнув от неожиданного прикосновения, обернулась и, узнав её, широко распахнула глаза.

— Ваше высочество… Что вы здесь делаете?

— Была на ткацком рынке и теперь возвращаюсь в замок, — Талия небрежно кивнула в сторону стоявших за её спиной солдат и снова перевела взгляд на целительницу. — Так куда ты идёшь?

— До меня дошли вести, что у престарелой матери одного из бродячих торговцев, который часто заглядывает в замок, совсем худо со здоровьем. Я лишь собиралась ненадолго навестить её.

— В такой поздний час?

— Днём у меня много дел в замке, так что… — Тиуран смущённо замялась, не закончив фразу.

Талия, окинув её недовольным взглядом, довольно резко выговорила:

— И всё же, как можно в одиночку разгуливать за пределами крепостных стен в такое время?

— Всё в порядке. Я всегда ношу с собой оружие для самозащиты, к тому же, если совсем запоздаю, я могу просто снять комнату в деревне.

— И слушать ничего не хочу! На сегодня хватит, возвращайся со мной. Я выделю тебе отдельный выходной, тогда и навестишь её.

— Я глубоко признательна вам за заботу, ваше высочество, однако состояние больной крайне тяжёлое, и меня слёзно просили прийти именно сегодня. Я не могу просто так развернуться и уйти, — решительно произнесла Тиуран.

Талия на мгновение застыла, поражённая столь несвойственным той упрямством, но тут же мёртвой хваткой вцепилась в её одежду и объявила:

— Ладно. Тогда я пойду с тобой. Подожду, пока ты закончишь свой осмотр.