Зенит Колдовства (Новелла) Том 1 Глава 20 Ранги, планы и всё-всё-всё

— Достигнув ранга мага первого уровня, вы обретете способность создавать магические заклинания, — начал свою лекцию Маркус, — однако, для этого вам потребуется управлять маной, что находится вокруг вас, и придавать ей форму. Каждое заклинание обладает своей структурой, границей, которая определяется логосами, формирующими его суть.

Чтобы наглядно продемонстрировать это, Маркус взмахнул рукой, создав элементарное заклинание света. Он намеренно не стал использовать ядро логоса или духовную составляющую, применив магию самым простым способом. Хотя он давно не черпал силу из внешней маны, это не означало, что он не мог этого сделать при желании.

В воздухе замерцала замысловатая схема из светящихся символов. Потоки энергии начали стекаться к ней со всех уголков помещения, пока, наконец, она не вспыхнула и не свернулась в шар света, размером с кулак.

Повинуясь мысленному приказу Маркуса, шар мгновение колебался в воздухе, затем совершил несколько пролетов по комнате, напугав учеников.

— Ваша способность чувствовать, собирать и управлять маной, которую часто называют «навыками формирования», крайне важна на этом этапе, — произнес Маркус. — Вам придется выучить основные жесты и слова заклинаний, но, честно говоря, это самая легкая часть. Запомнил, повторил, довел до автоматизма. Основная сложность — это развитие навыков формирования. Чем лучше они развиты, тем больше внешней маны вы сможете использовать. Это также позволит создавать более сложные границы заклинаний и, как следствие, более мощные и универсальные заклинания.

— Я слышал, что маги первого ранга полностью зависят от окружающей среды при создании заклинаний, — добавил Регул, — и что им запрещено покидать академию без сопровождения опытного мага.

— Верно. Маги первого ранга не обладают собственным запасом маны, поэтому они черпают энергию извне для сотворения заклинаний, — ответил Маркус. В Академии Великого Моря за прерывание лекций сурово наказывали, но поскольку занятия посещало огромное количество студентов, поддерживать строгую дисциплину было непросто. Маркус же вел более малочисленную группу и не был против дополнительных вопросов. По крайней мере, они его слушали. — В большинстве академий их считают лишь учениками, а не настоящими магами. Однако, не стоит недооценивать этих «учеников» при достижении более высоких рангов. Заклинание, созданное магом первого ранга, ничем не уступает заклинанию, сотворенному магом второго.

Это заявление вызвало у студентов сомнения.

— Учитель, всем известно, что маги более высокого ранга всегда превосходят тех, кто ниже, — возразил Диокл.

— В таком случае, все ошибаются, — ответил Маркус. — Если маг первого и маг второго ранга создадут одинаковое заклинание, и никто не допустит ошибок, результат будет идентичен. Оба заклинания будут иметь одинаковую силу.

Большинство студентов были озадачены его словами. Они ерзали на местах, хмурились и переглядывались. Его утверждение шло вразрез с их представлениями о системе рангов силы. Разве ранги не должны определять превосходство противника?

Но Маркус был уверен в своих словах. Он замолчал, ожидая дальнейших вопросов.

— Получается, между первым и вторым рангом нет никакой разницы? — неуверенно спросила Сверчок.

— Конечно, есть, — ответил Маркус, посмотрев на нее как на ребенка.

— Я… я имела в виду, что если у мага второго ранга нет преимуществ против первого… — пробормотала Сверчок, ощущая тяжесть его взгляда.

— Безусловно, преимущество есть, — прервал ее Маркус.

Сверчок поджала губы, решив, что он над ней подшучивает.

Маркус перевел взгляд на Регула и Ириду.

— Вы двое, должно быть, понимаете, о чем я говорю, — сказал он. — Не хотите ли поделиться своими знаниями с остальными?

— Эм, я не так много знаю, — ответил Регул.

— У магов второго ранга больше запас маны, — любезно пояснила Ирида. Эта лекция, вероятно, была для нее пустой тратой времени, но поскольку она не предупредила Маркуса о своих знаниях, ей пришлось выслушать ее до конца. Такова цена за скрытность. — Их заклинания не обязательно лучше, но они могут использовать больше силы и действовать быстрее. Они легко справятся с любым магом первого ранга.

— У них есть собственный резервуар маны, — добавил Регул. — Им не нужно собирать ману из окружающей среды для создания заклинаний.

— Но ведь они могут в любой момент перейти на внешнюю ману, если их собственный запас иссякнет, верно? — с сомнением спросил Волес. Маркус кивнул. — Тогда, похоже, маги второго ранга просто лучше магов первого.

— Ранги важны, — пояснил Маркус. — Но не забывайте: ранги — это не все. Всегда помните, что именно дает превосходство тому или иному рангу. Каждый ранг силы обладает своими уникальными особенностями, дающими огромное преимущество перед магами рангом ниже, но это преимущество не универсально и не абсолютно. Засада. Преимущество в окружающей среде. Более совершенные заклинания. Больший боевой опыт. Нечестные приемы. Все это может помочь магу одолеть противника рангом выше.

Ученики на мгновение затихли.

— Я понимаю, что нужно быть скромнее, – произнес Волес, его голос звучал нерешительно, а слова подбирались с явным усилием. – Но насколько часто такое случается? Я имею в виду победу мага более низкого ранга над тем, кто выше.

— Насколько часто? Довольно-таки часто, – ответил Маркус. — В великих академиях ученики плотно погружаются в формирование маны, проходят регулярные тренировки и тесты, чтобы их заклинания и жесты стали быстрыми и инстинктивными. К тому же, у них есть обширный арсенал заклинаний для практики. Однако, в мире существует множество магов скромного происхождения. Есть те, кому не хватает должного обучения, поэтому они навечно застревают на первом ранге. На всю жизнь. Или те, кто перешел на второй ранг, но знает лишь горстку заклинаний. А часть из них практикует низкопробные техники основы, поэтому их внутренние резервуары маны малы и нестабильны. Когда такие люди по несчастью попадают в битву против учеников из великих академий, они зачастую проигрывают.

— Между двумя крайностями, – продолжил Маркус, – существует огромная разница в навыках. Ученики младших академий могут обладать отличной основой, но иметь ограниченное количество заклинаний. Или, например, члены магических семей или кланов могут быть своеобразными и сильными, но их навыки узко специализированы. Есть и адепты других путей, чью силу трудно оценить. Более высокий ранг — это преимущество, но, еще раз подчеркну, не непреодолимое.

Стоит признать, что на высоких рангах подобные случаи происходят намного реже. Но только потому, что у адептов больше опыта, а значит, и они лучше понимают разницу в силах.

И он не хотел вдаваться в излишние подробности. Им нужно было научиться дважды осмысливать свои действия, глядя на людей, и не умереть от собственного невежества, которое уже привело к гибели множества талантливых магов.

— Нам придется сражаться? – спросила Клавдия.

— Нет, – покачал головой Маркус. – Чтобы подняться в ранге, не обязательно драться и убивать. Существует поверье, что некоторым отшельникам удалось повысить свой ранг и достичь Внешних Небес, медитируя в пещерах или рисуя свой последний шедевр и тому подобное, – хотя Маркус лично с таким не сталкивался. – Но чем выше ранг, тем сложнее это будет.

— Почему? – уточнила Клавдия.

— Чтобы стать сильнее, вы должны стоять на плечах гигантов. Носители древнего и могущественного наследия. Кто-то потратил на вас уйму времени и сил, чтобы обучить основам ремесла и защищал вас, пока вы были слабы. Вы, вероятно, состоите в организации, имеете друзей и семью. Когда этим начинает угрожать опасность, а к вам в дверь стучатся люди за помощью, трудно оставаться в стороне. Вовлекая себя в это, волей-неволей, вы наживете себе врагов, – объяснил Маркус. – Допустим, вы вернулись с тренировки и видите, что на меня напали. Что будете делать?

Клавдия посмотрела на него совершенно пустыми глазами.

— А еще я внезапно не могу за себя постоять, – добавил Маркус. – Вы уже взрослые и сильные, а я старый и немощный. Я лежу на земле, надо мной стоит человек в красной робе, его лицо скрыто тьмой, он поднял посох над моей головой, готовый меня прикончить. Вы же придете на помощь своему учителю, да?

— Я… – начала было Клавдия, тяжело сглотнув. – Я точно начну звать на помощь!

Губы Маркуса дрогнули. Эта девчонка…

— Теперь он хочет, чтобы ты замолчала, – сказал он ей. – Он не может раскрыть свои карты. Сражайся или умри.

— Вы сказали, что его лицо не видно, – заметил Волес.

— Заткнись, – отрезал ему Маркус. – Я не с тобой разговаривал.

Он покачал головой. Они совсем сбились с темы.

— Забудьте. Вернемся к обсуждению рангов, – сказал он. – Как вы уже слышали от Ириды и Регула, главная особенность магов второго ранга – это сформированный духовный сосуд, собирающий ману из окружающей среды. Погружение в него позволяет магам второго ранга не тратить время на сбор маны для создания заклинаний, а также выступает в роли безопасного источника маны, если внешняя мана истощилась или испортилась. Следовательно, заклинания они создают быстрее и чаще, чем маги первого ранга.

— Создание внутреннего источника – это нелегкий шаг, – продолжил Маркус. – Процесс создания, по сути, является сложным и требовательным заклинанием. Необходимы хорошие навыки формирования заклинаний, сила духа, чтобы сохранять концентрацию в течение длительного времени, а также много, очень много маны. Больше маны, чем есть вокруг нашей башни.

— Что? Но тогда, откуда нам брать ману, чтобы это провернуть? – спросила Сверчок.

— Зелья маны или магические материалы, способные выпускать огромные всплески маны при уничтожении, – ответил Маркус. – А еще различные магические кристаллы. Все варианты недешевы, но вам не стоит об этом волноваться. Когда придет время, я предоставлю вам все необходимое. А пока, знайте, что сами вы не сможете создать резервуар маны – нужны дорогие материалы, тихое место, где вас не смогут атаковать или отвлечь. Когда решите, что готовы, тогда приходите ко мне, и я все подготовлю.

Маркус знал, что некоторые ученики, особенно Волес, считали, что он не оказывает им достаточной поддержки, но это касалось лишь того, что Маркус относил к роскоши. Если же что-то действительно могло помочь им быстрее продвинуться, не нарушая их основу, он бы не стал мелочиться.

Некоторые наставники намеренно тормозили прогресс учеников, подталкивая их к борьбе за предметы, полагая, что конфликты способствуют совершенствованию. Маркус же придерживался иного мнения о подобных методах. Он не желал, чтобы его подопечные ввязывались в борьбу за превосходство или прибегали к тёмным искусствам, чтобы догнать лидеров. Он предъявлял минимальные требования к ученикам и не отказывался ни от кого, пока они им соответствовали.

Правда, эти минимальные требования были довольно высоки по меркам Великого Моря. Но Маркус считал их вполне достижимыми.

Ученики должны были соответствовать названию Академии «Зенит».

— Если магов первого ранга называют учениками, то как называют магов второго ранга? — поинтересовалась Кассия.

— Просто магами, — ответил Маркус. — Большинство волшебников находятся на втором ранге. В великих академиях лишь пятая часть второранговых магов доходит до третьего. В небольших академиях этот показатель ещё ниже. Для сравнения, почти каждый маг первого ранга однажды становится вторым, если только он не унаследовал слабую магическую линию. Поэтому многие считают второй ранг отправной точкой для оценки магов.

— А что делает получение третьего ранга таким трудным? — спросил Регул.

— Ты не знаешь? — переспросил Маркус. Он был уверен, что такой прилежный юноша уже сто раз изучил всю систему рангов.

— Нет, — мотнул головой Регул. — Библиотека Адрии не разрешает показывать не-магам магические книги выше второго ранга.

Хм. Это было правдой, но Маркус ожидал, что Утические проигнорируют этот запрет и раскроют все секреты Регулу.

Странно.

— Магов третьего ранга также называют магами логосов, — пояснил Маркус. — Их отличительной особенностью является то, что им удалось принять фрагмент мирового логоса. Некоторые из вас могут вспомнить мою лекцию о том, что мир был создан из слов, и как язык творцов породил окружающий мир, вас и меня в том числе. Это может казаться чистым бредом, но логосы — слова, определяющие мир, — на самом деле реальны. По правде говоря, вы уже взаимодействовали с ними, выполняя Технику Древа Души, даже если вы не ощущали лежащий в её основе логос.

— Могли ли некоторые его почувствовать? — спросила Юлия. — Иногда, практикуя Технику Древа Души, я ощущаю, будто со мной говорят деревья.

Ренат и Сверчок захихикали над ней, заставив её презрительно зыркнуть на них.

— Скорее всего, это связано с твоим древесным родством, — предположил Маркус. Или она это выдумала. — Я сомневаюсь, что кто-либо из вас способен чувствовать логосы деревьев, но даже если так, это не принесёт особой пользы на данном этапе.

— О! Это потому, что у нас ещё нет своих мана-резервуаров, верно? — уточнила Клавдия.

— Именно так, — подтвердил Маркус. — Даже если вы чувствуете и выделяете фрагмент логоса, вам некуда его поместить. Нужен сосуд, который смог бы его удержать. У магов эту роль выполняет мана-резервуар.

— Сосуд… — тихо пробормотал Ренат, так что никто не услышал.

— В любом случае, выделить фрагмент логоса — уже непросто, а ведь его ещё нужно поместить в сосуд. Логосы определяют реальность. Мана — это топливо магии, которое легко поддаётся влиянию. Поместив фрагмент логоса в ману, он начнёт воздействовать на неё и вызовет буйство. Это всё равно, что проглотить семя бури. Если мана-резервуар пуст или нестабилен, или если начать слишком рано, то мана-резервуар может прийти в негодность или даже разорваться на куски. Вместо продвижения вы вернётесь на первый ранг.

Все они пришли в ужас от потенциального исхода.

Ну, кроме Ириды, которая лишь смотрела на него кроваво-алыми глазами.

И Хельврана, который молча слушал его лекцию. Всё, что говорил Маркус, было общеизвестной информацией среди великих сил, поэтому Храм Ворона наверняка это знал… но, возможно, Хельвран не знал? Стоит разузнать позже. Может ли быть, что он, в свою очередь, расскажет об основах системы рангов жрецов? Вряд ли это большой секрет.

— Эм, как часто такое случалось? — спросила Клавдия.

— Не так уж часто, — соврал Маркус. — Уверен, у вас всё получится, ведь вас направляет превосходный учитель. В общем, преимущества усвоенного фрагмента логоса огромны. Ранее я говорил, что заклинания учеников и обычных магов одинаковы. Однако заклинания, усиленные логосом, намного мощнее и гибче обычных. Они наносят больший урон и могут быть изменены определёнными способами, чтобы лучше соответствовать заклинателю. Просто помните, что существует множество логосов, и фрагменты логосов могут усилить только связанные с ними заклинания.

— Элементальная магия, — заявил Агрон.

— Логос стихий — самый распространённый для усвоения, поскольку его легче всего выдержать, — сказал Маркус. — Но это не единственный вариант. Есть логосы животных и магических существ, логосы человеческих вещей, вроде мечей и книг, и логосы более абстрактных понятий, таких как зеркала, сила и врата. Как правило, чем абстрактнее и неопределённее нечто, тем сложнее поместить и усвоить его логос. Магические предметы лучше, чем логосы обыденных предметов. Предметы, с которыми у вас есть связь или история, усвоить проще.

— То же самое относится и к предметам, у которых есть божество-покровитель, — добавил Хельвран.

Вот оно как? Хм.

— Почему элементальные логосы столь просты? — осведомился Аргон. — Воздух и огонь нельзя ухватить руками, к тому же они довольно размыты. Так почему же их проще постичь, нежели, к примеру... логос меча и стрелы?

— Дело в том, что у воздуха и огня существуют свои собственные элементальные планы, — пояснил Маркус. — Каждый «элемент» представляет собой небесный идеал. Элементальные планы также называют Внутренними Небесами, и на самом деле они древнее Внешних Небес, где ныне обитают боги. Это придает им больший вес, поскольку они служат подобием отголоска древнего мирового порядка.

— Древнее самих семи небес? — изумленно спросила Юлия. — Разве не боги сотворили наш мир?

— Я точно не знаю, как именно это работает. Это история, предшествующая нашей цивилизации, история, рассказанная нам духами иных планов и странниками с других планет, — ответил ей Маркус. — Могу лишь предположить, что боги старше самих Внешних Небес, ведь даже обитатели тех миров признали, что первозданный план был старше. Вскоре после сотворения случилась великая война, в которой зарождающиеся Внешние Планы выступили против элементального плана того времени. Элементальные планы потерпели поражение и утратили значительную часть своей силы и статуса. Тем не менее, они сохранили высокое влияние, а их элементальные логосы глубоко вплелись в канву мироздания.

— Но ведь существует множество элементальных логосов, — заметил Регул. — Неужели существуют и столь же многочисленные элементальные планы? Их явно больше, чем шесть небес!

Маркус покачал головой.

— На данный момент существует лишь шесть элементальных планов, — произнес он. — Аналогично шести Внешним Небесам. Но так было не всегда. Элементальные планы более хаотичны и подвержены изменениям, чем Внешние Небеса. В определенный момент существовало четыре элементальных плана, затем восемнадцать, но сейчас их шесть. Однако, само по себе исчезновение определенного элементального плана не означает исчезновение соответствующего логоса. Шесть основных стихий — огонь, земля, ветер, воздух, лед и молния — имеют собственные элементальные небеса. Прочие элементы считаются нетрадиционными, принадлежащими тем, чьи элементальные планы ныне не существуют.

— Если каждый элементальный план обладает собственной силой, а его логосы легко постижимы, тогда и у шести небес должны быть подобные? — осведомился Ренат.

— Нет, и я вернусь с ответом позже, — ответил Маркус. — Пока что остановимся на рангах. Постижение одного фрагмента — это еще не конец. Маги способны постигать более одного фрагмента, если это позволяет их духовный сосуд. Чем глубже и стабильнее резервуар маны, тем больше фрагментов он способен вместить. Десятки, даже сотни фрагментов могут быть собраны одним магом. Чем больше — тем лучше... но желательно, чтобы все они были совместимы не только с магом, но и друг с другом, поскольку для достижения четвертого ранга необходимо объединить их все в единое ядро. Требуется трансформировать изолированные фрагменты в полноценное основание.

— Это очень непросто, и не только в плане навыков, — добавил Маркус. — Любой неподходящий фрагмент, который не удается встроить в основание, приходится отбрасывать, что довольно... болезненно. Представьте, что вы потратили годы своей жизни, собирая и постигая логосы огня и льда одновременно, а затем не можете понять, как их объединить в полноценное основание.

— Но разве это вообще возможно? — спросил Агрон. — Ведь огонь и лед — это полные противоположности.

— О, конечно. Все является частью великого замысла, поэтому все вокруг изначально совместимо между собой, — утверждал Маркус. — Однако, само существование способа не гарантирует его обретения. Совмещение абсолютных противоположностей, таких как огонь и лед, чрезвычайно сложно. В приведенном мной примере магу придется либо отказаться от всех логосов огня, либо от всех логосов льда... или же навечно остаться на третьем ранге.

— А может ли он сохранить часть логосов в виде фрагментов? — уточнил Ренат.

— Нет, — ответил Ренат. — Как только маги обретают логосную основу, они могут больше не беспокоиться о дестабилизации своих резервуаров и смело постигать сколь угодно фрагментов... но эти фрагменты обязаны быть совместимы с их основой. Все, что не удается включить, подлежит отбраковке. Если основа создана из малого числа фрагментов, то в дальнейшем ее будет трудно улучшить, ведь сложно интегрировать слабо связанные логосы. С другой стороны, в сложное ядро, составленное из сотен фрагментов, легко добавляются даже несвязанные логосы.

— Тогда почему же не все создают большие и сложные основы? — поинтересовался Ренат.

Регул издал расстроенный вздох: «Зачем спрашивать? Очевидно, что это невероятно трудно. Насколько мне известно, почти все маги концентрируются на одном элементе или типе магии. Учитель весьма неординарен тем, что преуспевает во многом.»

— Это правда, но даже среди специалистов есть хорошие и плохие, – предостерёг его Маркус. – Существует огромная разница между магом огня с обширной базой, способным использовать смежные элементы, такие как дым и лава, возможно, даже с добавлением редких эссенций, вроде мечей и цветов… и магом огня, который может лишь поддерживать чистую стихию огня и не более. Узкая специализация — это нормально, но даже в ней требуется прочный фундамент.

— А что получают маги, достигшие продвинутого уровня? – поинтересовался Волес.

— Во-первых, наличие фундамента не означает автоматическое восстановление маны, – разъяснил Маркус. – Маги низких рангов располагают собственными резервуарами маны, но им необходимо постоянно пополнять их из окружающей среды. Качество этой маны схоже с внешней, лишь более концентрированное и удобное в использовании. Маги фундамента обладают собственным источником маны, отделённым от мира и связанным с их душой и специализацией. Он быстро восполняется, легко преобразуется и сопротивляется внешнему воздействию. Его сложнее повредить, а врагам труднее истощить, разрушить заклинания или наложить на вас проклятие.

— И они по-прежнему могут использовать внешнюю ману? – спросил Волес.

— Разумеется, – ответил Маркус. – Более того, наличие фундамента позволяет простейшими методами влиять на окружающий мир, избавляя от необходимости использовать полноценные заклинания. Формирование маны и представление желаемого эффекта порождает незначительные магические проявления, такие как зажигание свечи или создание порыва ветра. Конечно, можно создавать лишь эффекты, связанные с вашей основой. Ледяной маг не сможет зажечь свечу без заклинания. Я не особенно силён в неструктурированной магии, но некоторые эксперты превратили это в настоящее искусство, а другие утверждают, что эти способности не раз спасали им жизнь.

— Сотворять магию одной лишь мыслью. Поразительно, – одобрительно произнёс Волес. – Мне бы очень хотелось обладать этим!

— Усердно учись, и всё станет возможным, – сказал Маркус. – Как я уже упоминал, я не очень хорош в этом, но я могу найти того, кто сможет тебя этому обучить.

— Значит ли это, что маги фундамента теряют способность применять заклинания, не связанные с их основой? – уточнил Регул.

— Не все, – заверил его Маркус. – Маг фундамента способен использовать все заклинания, доступные магу рангом ниже. Однако, они не могут улучшать или модифицировать заклинания, если потеряют связанные с ними фрагменты логоса. В определённом смысле, они могут стать слабее, чем при переходе на четвёртый ранг.

Иногда маги отказывались от продвижения по этой причине, стремясь либо найти способ интегрировать все логосы в основу, либо погибая как маги простых логосов. По этой причине некоторые академии не очень приветствовали магов, практикующих несколько стихий, как это делал Маркус. Это ещё одна причина, по которой Техника Древа Души не пользовалась почётом в Академии Великого Моря. Она поощряла учеников экспериментировать с максимальным количеством заклинаний и стихий, что приводило к трудностям при формировании прочного фундамента.

Маркус подождал вопросов какое-то время. Но, поскольку их не последовало, он перешёл к пятому и, возможно, самому таинственному рангу.

— И наконец, остался пятый ранг, также известный как Проявление Души, – произнёс Маркус. – Уверен, вы уже слышали о нём. Маги претерпевают трансформацию основы при достижении этого ранга. Они поглощают ядро логосов, чтобы пробудить внутри себя бессмертную душу. С этого момента заклинания обретают жизненную силу и сознание, стремясь выполнять команды мага, даже те, что не были произнесены вслух. Они не причинят вреда заклинателю и его союзникам, найдут уязвимости в защите врага и будут гармонировать с прочими заклинаниями того же мага. Их трудно рассеять, они могут черпать ману из окружающей среды для усиления и залечивать мельчайшие повреждения, нанесённые живым существам. Маг Проявления Души способен создавать совершенно новые заклинания, записывая определённые черты своей души, что позволяет магам низших рангов повторять некоторые его способности. О, и став адептом души, вы продлеваете свою жизнь на 20-40 лет.

— Также адепты души могут вознестись на Внешние Небеса и жить вечно, – добавил Хельвран. – Ну, теоретически. Никто не живёт вечно, но духовные сущности не стареют. Если вас не убьют, то вы проживёте тысячи лет.

— Ага, все знают об адептах души и том, насколько они потрясающи, – подтвердил Волес. Желали они этого или нет, но каждый адепт втайне мечтал достичь этого уровня, и даже простые люди знали о преимуществах адептов души. – Но как стать магом души? Я слышал, что это очень, очень трудно. Практически невозможно! Но, безусловно, наш невероятный учитель владеет какими-то тайными техниками…

— Придётся вас разочаровать, но никто не знает никаких «секретных техник» для становления магом проявления души, – прервал его Маркус. – Проявление души требует… нечто мистическое. Просветление. Откровение о мире вокруг, прорыв в навыках, возможно, признание от богов. Никто не знает, но, когда оно случится, вы поймёте. Ваше логосная основа определит тип души, и станет топливом для изменения. Вас окутает призрачное пламя и иллюзорные излучения, связанные с вашим логосом, и вы возвыситесь до ранга души. Можно подавить искру вдохновения, если она пришла в неподходящее время, но вызвать её самостоятельно нельзя. Иначе, каждый третий был бы адептом души.

— Так вы продвинулись до пятого ранга не зная как? – спросил Ренат. Маркус кивнул в ответ.

— Проявление души, вероятно, самый таинственный ранг, – сказал Маркус. – Но есть и плюсы, не думаю, что можно провалиться, когда продвижение начнётся. Полагаю, можно быть убитым, но не думаю, что вы не подготовитесь к этому заранее.

— В любом случае, ходит много теорий о том, что делает адепта достойным ранга души, так что я перечислю несколько, – продолжил он. – Некоторые люди заявляют, что это зависит от качества логосной основы. Не можешь продвинуться? Значит, проблемы в основе. Другие говорят, что дело в правильном вдохновении, для чего нужно путешествовать, найти новое хобби, встретить новых людей, пока, наконец, не прольётся дождичек в четверг и не настанет просветление. Кто-то утверждает, что вселенная это гигантская история, и нужно привлечь к себе внимание, сделав себя «привлекательнее», играя архетип персонажей. Часть верит, что сила в известности, поэтому нужно блистать и совершать подвиги, чтобы вселенная обратила на вас внимание. И, наконец, определённые личности думают, что выбор делают боги, и необходимо посвятить себя служению одному богу, чтобы получить их благословление.

Он с интересом взглянул на Ириду. Не дало ли ей её мистическое происхождение каких-то особых знаний? Вероятно, она поняла, о чём он думал, поскольку она слегка покачала головой в ответ.

Имело смысл. Основываясь на её подсказках, Королевство Огненной Орхидеи было из другой планеты, а не Внешних Небес. И они, скорее всего, были продвинутее, чем Таслоа.

Кстати о Внешних Небесах…

— На этом закончим лекцию про ранги. Если остались вопросы, то заходите ко мне в кабинет в любое время. Пока что, переместимся к другой теме. Другой ваш учитель уже упоминал, что адепты души могут возвыситься до Внешних Небес и жить там вечно, – сказал Маркус, указав на Хельврана позади него, – поэтому поговорим о них.

— Учитель, все знают о шести небесах, – возразила Сверчок. – Это даже дети выучили. Подземный мир, где жнецы собирают души умерших во дворце правосудия и причисляют их к одному из пяти загробных жизней. Есть Красная Тюрьма, которой правят дьяволы, куда попадают плохие люди. Если человек хороший, его отправляют в Елисейские Холмы, где его встретят ангелы, а если он недостаточно хороший, его отправят в Чистилище, где архонты заставят его трудиться вечно, пока он не искупит свою вину. И наконец Странный Лес, где резвятся феи, и Героический Мир, где древние герои противостоят драконам. Они, эм, сами по себе.

Всякий раз, когда Маркус слышал официальную историю шести небес, он вспоминал, что Просвещённый Пантеон был тесно связан с Небесными Горами, и что их жрецы даже не скрывали своих мотивов при обучении.

Стоит ли говорить им, что Чистилище на самом деле называется Гелиополем, Золотым Городом, и его жители будут глубоко оскорблены заявлениями о том, что их наказывают? Стоит ли уточнить, что Елисейские Холмы это лишь подножие Небесных Гор?

Он решил просто начать с самого начала.

Он взял большой свиток, который он принёс на лекцию, и подбросил его в воздух. Он быстро развернулся, показывая грубо нарисованную диаграмму. На ней находились несколько кругов, часть из которых была закрашена, соединённые вместе в подобие колеса.

Его ученики некоторое время молча смотрели на рисунок.

— Полагаю, это нарисовали вы? – угадал Хельвран.

— Есть кое-что в чём учитель не хорош… – тихо пробубнела Сверчок.

Какая грубость.

— Если внимательно взглянёте на рисунок, – начал Маркус, пропуская мимо ушей жалобы на его умение рисовать, – то заметите, что здесь двенадцать кругов, не считая центрального, олицетворяющего наш материальный план. Всё потому, что я включил не только Внешние Планы, но и шесть Столпов Сотворения – Реку Душ, Древо Жизни, Водоворот Грёз, Камень Оснований, Маяк Мудрости и Пламя Раздора.

— Река Душ… – громко протянул Ренат. – Звучит знакомо. Думаю, Хельвран упоминал её несколько раз.

— Приятно, что кто-то меня слушает, — сказал Хельвран. — Столпы Сотворения — это духовные ориентиры, управляющие определёнными сферами бытия и ландшафтами внешних небес. Их сложно постичь даже жителям Внешних Небес, однако Река Душ, Ахерон, отвечает за духовный цикл вселенной, перемещая души умерших в различные загробные жизни и новые души — в свежие тела. Главная задача Храма Ворона — уберечь этот процесс от прерывания.

— Остальные Столпы Сотворения аналогичны. Они все управляют особо важными частями нашего существования и столь же значимы, как Внешние Планы, — заметил Маркус. — Ранее Ренат спрашивал, есть ли у Внешних Планов свой небесный логос, подобно стихийным, и я ответил, что нет. Ведь Внешние Планы на самом деле не являются духовными центрами. Вы могли заметить, что на моём рисунке Столпы Сотворения изображены в форме колеса, а между ними расположены Внешние Планы.

Маркус сделал жест рукой, и рисунок превратился в простую иллюзию, начавшую вращаться на месте.

— Каждый Внешний План представляет собой смесь энергии и логосов от двух других Столпов. Это места слияния, где два ближайших Столпа Сотворения смешиваются, ослабляясь, и порождают план с общими чертами. Лес Грёз, или Странный Лес, как назвала его Сверчок, находится на пересечении Водоворота Грёз и Древа Жизни; Небесная Гора, у подножия которой располагаются Елисейские Поля, находится между Древом Жизни и Маяком Мудрости. И так далее. Вся эта структура образует подобие космического колеса, почему нашу вселенную часто и именуют Колесом Бытия.

— Ах, значит, у небес своего логоса нет, зато у Столпов есть! — воскликнул Ренат. — Теперь понятно. Но тогда почему все так сосредоточились на Внешних Планах, если Столпы, очевидно, важнее?

— Внешние Планы не столь фундаментальны, как Столпы, но они могут быть населены, — пояснил Маркус. — Вы можете отправиться в Лес Грёз, даже жить там, черпая оттуда силу. В противоположность этому, если попытаться приблизиться к Древу Жизни или Водовороту Грёз, вас тут же настигнет смерть.

Ренат приподнял бровь.

— Но Древо Жизни звучит не так уж плохо, — возразила Клавдия.

— Энергия Древа Жизни слишком бурна и могущественна для простых смертных, да даже для могучих духов, — сказал Маркус. — Даже малейшее воздействие, и вы необратимо превратитесь в химерную мерзость, а затем взорвётесь от избытка жизненной силы.

— Звучит знакомо, — произнёс Регул.

— Так и должно быть. Этот эффект схож с бурями хаоса на Таслоа, — объяснил ему Маркус. — Большинство учёных сходятся во мнении, что бури хаоса — это ослабленные версии первозданных энергий, текущих по Древу Жизни.

— О-ослабленные… — переспросил Регул.

— Ну да. Как я уже сказал, контакт с Древом Жизни превращает в искажённое существо, а затем — смерть. Бури хаоса даже близко не настолько трагичны или сильны, — разъяснил Маркус. — В любом случае, пусть энергия Столпов Сотворения и превосходит силы кого бы то ни было, у всех них есть свой могущественный небесный логос. Настолько сильный и сложный, что, по правде говоря, никому не удалось усвоить даже крошечную его частицу. Пламя Раздора, к примеру, ассоциируется с войной, оружием, неповиновением, огнём, разрушением и многим другим. Вы можете легко усвоить их логос, но на деле коснётесь лишь малой доли их силы. В большинстве случаев маги концентрируются на абстрактных логосах, таких как разрушение, смерть, сны и так далее, используя подмножество небесных логосов, опираясь на один из Столпов Сотворения.

— Тем не менее, не смотрите свысока на Внешние Планы, — предостерёг их Маркус. — Лишь потому, что они не обладают фундаментальными аспектами бытия, это не означает, что они лишены колоссальной мощи и важности. Они могут казаться такими, однако они воздействуют на весь материальный план, ведя бесконечную войну с сердцами и умами его обитателей. Они служат загробным миром для нас, смертных, и пристанищем для наших богов. Столпы Сотворения могут быть спицами Колеса Существования, но они далеки и безмолвны. Они не отвечают на наши мольбы и сеют хаос во всём, что к ним приближается. Боги и духи Внешних Планов желают помочь и ответить на наши вопросы, но за неуважение могут и наказать.

— Некоторые из них называют по-другому, — посетовала Сверчок. — Я могу угадать часть. Алый Ад — это Красная Тюрьма, или Елисейские Поля — это Небесные Горы, но где тогда Чистилище и Мир Героев?

— Обитатели Внешних Планов используют иные имена для своего дома, отличные от тех, что дали им люди Таслоа, и могут быть крайне недовольны, когда смертные именуют их «неправильными именами», — добавил Маркус. — Можете называть их миры как угодно, когда общаетесь с друзьями или окружающими, но при взаимодействии с духами убедитесь, что обращаетесь к ним так же, как у меня на рисунке. Вернёмся же к вопросу: Чистилище, как ты упомянула, является одним из уровней Великой Машины. Оно именуется Гелиополь, Город Солнца или Золотой Город — только попробуйте сказать архонтам, что они из чистилища и что жизнь там — это наказание. Я никогда не призывал архонта, но, насколько мне известно, у них совершенно отсутствует чувство юмора.

— Хм, хорошо, – быстро согласилась Сверчок. – Если Великая Машина имеет слои, это что-то вроде лука?

— Ну… в некотором роде, – Маркус подобрал более подходящую аналогию, но не смог. – Это сложно. По сути, Внешние Планы не только поразительно огромны по размеру, но и состоят из множества слоёв. Это бесчисленные миры, наложенные друг на друга, и для перемещения между ними требуется особая магия и условия. Например, Алый Ад имеет девять слоёв, и можно путешествовать по одному слою целую вечность, так и не увидев другие восемь.

— Знаете, я никогда не понимал, как Красная Тюрьма и Подземный Мир… простите, Лабиринт Забвения… могут быть частью шести небес, – сказал Ренат. – Особенно теперь, когда настоящее название Красной Тюрьмы – Алый Ад. У него же в названии есть «ад»…

— Очевидно, потому, что жнецы и дьяволы обидятся, если их исключить, – сухо сказала Кассия, закатив глаза. – Серьёзно…

— Кассия на верном пути, но есть ещё кое-что, – слегка улыбнулся Маркус. – Удивитесь ли вы, узнав, что многие души в Алом Аду… не считают своё существование наказанием?

Они посмотрели на него с недоверием.

— Это так. В конечном итоге, ваша душа попадает во Внешний План, который больше всего соответствует вашим идеалам и темпераменту. Души внутри Алого Ада могут оплакивать своё место назначения или печальный исход войн, но они не возмущаются устройством общества – бесконечными войнами, тиранией государства над жителями или правом сильного. Это их видение жизни и общества, основанное на этих правилах. Их видение рая.

— По мне, так это наказание, – сказала Юлия.

— Но есть классные места в Алом Аду, – ответил Маркус. Если только Келер снова не накормила его сказками. – Смысл в том, что дьяволы не делают всё возможное, чтобы пытать людей и разрушать всё вокруг. Они просто оказались в ужасном месте за свои ужасные идеалы.

— Вы сказали, что многие души не считают своё существование наказанием, – подметила Сверчок.

— Ага, можно быть тупым и по своей воле получить путёвку в ад, – сказал ей Маркус. – Подписать контракт с дьяволом и отдать ему душу, окажетесь в аду независимо от своих мыслей и поступков. В таком случае, вас накажут, но, скорее, за вашу глупость, чем по какому-то приговору. Я верю, что вы достаточно умны, чтобы не призывать дьяволов и не заключать с ними сделок.

Они заверили его, что не станут этого делать.

Он повернулся к Сверчку.

— Что касается Героического Мира, то это Море Хаоса, – сказал он ей. – Их земли постоянно меняют местами, словно постоянно тасующаяся колода карт, поэтому всё никогда не успокаивается, и трудно создавать большие империи или устанавливать длительные союзы. Драконы, по-видимому, не являются местными, скорее в какой-то момент вторглись на этот план, свергли прежних хозяев и захватили власть. Как ты и сказала, они сами по себе и о них мало что известно.

На Таслоа драконы не прижились, и к моменту, когда Маркус приобрёл известность, стали чрезвычайно редки, но, оказывается, во вселенной их не стало меньше, и они были невероятно могущественной силой на Внешних Планах.

— Так драконы – это создания грёз и сражений? – вслух подумал Агрон. – Вполне уместно.

Теперь, когда Маркус об этом задумался, драконы были очень важной частью мифологии Клана Белого Дракона. Неудивительно, что Агрону они были так интересны.

К сожалению, Маркус не мог удовлетворить его любопытство, поскольку он сам многого о них не знал.

— Я хотела бы узнать больше о Столпах Сотворения, – внезапно сказала Ирида.

Её слова заставили учеников перешептываться. Ирида была самой загадочной из них всех, поскольку она обычно была одиночкой, а также тихой и задумчивой. Ирида запомнилась им спором с Шамширом, и, хотя Маркус выдумал её историю, они всё ещё считали её его дочерью. Это раздражало, но они не отталкивали её и не давили на неё, поэтому всё было в порядке.

Маркус рассказал им о её родстве с двумя стихиями и родословной. По его мнению, скрыть такое было бы слишком трудно, потому что она бы слишком быстро продвигалась. Много зависти это не вызвало. Его ученики определили её в ту же категорию, что и Регула, и сразу же перевели внимание на то, действительно ли Маркус был её отцом.

К счастью, Ирида сама не рассказывала ученикам о своём происхождении.

— По правде говоря, я вообще не знаю, что они делают, – признался Маркус.

— Столпы Сотворения известны своей загадочностью, – кивнул Хельвран.

— Кроме Реки Душ, я знаю только о Пламени Раздора, – сказал Маркус.

— Оно управляет всеми войнами или что-то вроде того? – задумался Ренат.

— Нет, оно сражается против враждебных сил извне, – сказал Маркус. – Думайте об этом как о коже реальности, которая отталкивает всё, что не является её частью. Без неё сила Бездны давно бы захватила и испортила всё в мире.

Ирида ничего не ответила, но выпрямилась и вслушивалась в его слова.

— Бездна – это внешняя сила? – спросила Сверчок.

— Да. Враждебная реальность, пытающаяся поглотить нашу, – ответил ей Маркус. – Адепты стараются не говорить о Бездне с обычными людьми, но это более ужасающе, чем можно подумать, и они нападают на нас уже долгое время.

— Шпиль Плача, — произнес Агрон.

— Верно, — кивнул Маркус. — Шпиль Плача представляет собой разлом из Бездны в нашей реальности. Если бы не нескончаемая борьба Пламени Раздора, эта башня давно бы погубила нашу планету, и Бездна призвала бы свою бесконечную армию в наш мир, которая могла бы свободно перемещаться по нашим землям. Как бы то ни было, мы веками находимся в состоянии застоя, ни одна из сторон не одерживает победу. Существа из Бездны значительно слабеют, отдаляясь от шпиля, поэтому им требуется больше воинов — или значительно превосходить нас в силе — чтобы одержать победу. Однако, как только Бездна что-то поражает, от этого становится невероятно трудно избавиться.

— Значит, если кто-то хочет бороться с Бездной, его направляют в Пламя Раздора? — уточнила Ирида.

— Насколько мне известно, да, — Маркус кивнул. — Именно поэтому армии Алого Ада сражаются на переднем крае против Бездны.

— Дьяволы сражаются с демонами из Бездны? — Сверчок выразила свое удивление.

— Они являются самыми ярыми противниками Бездны, — пояснил Маркус. — Причина, по которой они заключают сделки и подписывают контракты со смертными, пока боги предпочитают оставаться в стороне, заключается в том, что им нужна армия из ада, чтобы сдерживать Бездну. Им так сильно требуется помощь, что они готовы идти на опасные поступки.

— Разве драконы не могут помочь? — спросил Агрон. — Они ведь тоже связаны с Пламенем Раздора.

— Драконы менее организованы, — ответил Маркус. — Они очень сильны и помогают по-своему, но для борьбы с Бездной недостаточно быть сильным в одиночку. Нужна армия.

— Похоже, Бездна — это очень серьезная проблема, — неуверенно произнесла Сверчок.

Маркус на мгновение задумался.

Нет, они должны это знать.

— Мы проигрываем, — сказал он своим ученикам.

Они недоуменно уставились на него.

— Лично я не видел поля боя, но адепты, говорящие с богами и духами, повторяют одно: все Колесо Бытия втянуто в войну против Бездны… и она выигрывает, — сообщил им Маркус. — Мы медленно уступаем позиции, но уступаем. Если ничего не изменится, Бездна поглотит нас всех.

Его ученики еще какое-то время пребывали в ступоре, глядя на него.

— Ч-что?! — первой опомнилась Сверчок и возразила. — Но учитель, вы же сказали, что Пламя Раздора останавливает Бездну от завоевания!

— Нет, я сказал, что без них Бездна уже победила бы, — Маркус покачал головой.

— Итак, эм… что мы можем сделать? — неловко спросил Ренат.

— Ничего, — отрезал Маркус. — Это выходит за рамки даже моих возможностей, не говоря уже о вас.

— Тогда зачем вы нам это рассказали? — всхлипнула Клавдия.

— Потому что я хотел, чтобы вы знали, — Маркус ответил без сожаления.

Поскольку Садирит пал от рук Абиссалов, Маркус не удивился бы, если бы Шпиль Плача активизировался, а орки вновь начали бы угрожать югу. Он чувствовал, что бессмысленно пытаться оградить учеников от неприятной правды. Им необходимо научиться жить, зная, что однажды весь мир будет поглощен вторгшимися демоническими захватчиками. 

Кто знает? Может быть, это подбодрит их трудиться еще усерднее.

* * * *

Через пару дней Маркус решил отправиться исследовать запечатанную пещерную систему под башней. Он долго откладывал эту идею из-за занятости обустройством башни и тренировками учеников, но теперь, когда всё уладилось, он был готов вернуться к этому. Он не считал, что это будет трудно, но определенно муторно.

Поскольку это могло затянуться, он планировал взять с собой учеников. Однако, после разрушения искусственных стен, возведенных Академией Аметист, стало ясно, что тоннели не такие уж просторные, и он не сможет обеспечить всем безопасность. Он долго размышлял, как объяснить ученикам, что не все смогут пойти с ним, тщательно продумывая, кого выбрать, только чтобы понять, что это вообще не станет проблемой.

Спросив, кто желает исследовать темную, зловещую пещерную систему, полную чудовищных многоножек и прочих опасных существ, руку подняли только трое.

Агрон, Диокл и Ренат. Остальные продолжили молчать. Маркус ожидал, что Сверчок и Кассия окажутся достаточно храбрыми, но нет.

Ну и ладно. Таким образом даже лучше. По крайней мере, трое, казалось, были к этому готовы, поэтому менее вероятно, что при возникновении трудностей они начнут жаловаться. Он выдал каждому из парней по посоху и приказал держаться рядом с ним.

Сначала все шло нормально. Трое парней не были магами и не имели при себе ни единого заклинания, но все они умели обращаться с посохом, а встреченные опасности не представляли особой угрозы. Помимо многоножек, им встретились пещерные ящеры, светляки и слизни.

Пещерные ящеры были просто очень крупными ящерицами, обитающими в пещерах — невероятно крепкими, но размером с человеческое предплечье, так что они были вполне по силам хорошему удару посохом. Они были умнее гигантских многоножек и видели лучше, поэтому в основном убегали от групп людей, да и Маркус не желал их преследовать. Они были падальщиками и вряд ли стали бы беспокоить кого-либо в башне, даже если бы пробрались на поверхность. Худшее, что могло случиться — пропажа продовольствия.