Жизнь с моей сводной сестрой (Новелла) Том 2 Глава 2 17 июля (пятница)

Раннее утро. Моя сонная голова упорно не желала просыпаться, даже когда я вышел из спальни. Я крался по коридору почти бесшумно, направляясь прямиком в ванную. Я уже свыкся с новыми реалиями жизни под одной крышей со сводной младшей сестрой — точнее, с утренним ритуалом, ведь теперь приходится следить за своим видом. Раньше, живя только с отцом, я не парился из-за растрёпанной от подушки причёски, сонных красных глаз и мятой пижамы, но с появлением Аясэ и Акико-сан нельзя позволить себе такую неряшливость. Мы ещё не так близки, а они девушки, так что у меня просто не хватает духу предстать перед ними в таком жалком состоянии.

Удостоверившись, что в ванной пусто, я уставился на своё отражение в зеркале. Полоща сухое горло, я умыл припухшие щёки холодной водой и взялся за бритву, чтобы удалить появившуюся щетину. Теперь я выгляжу безупречно… Я не преувеличиваю, но по крайней мере больше не стесняюсь предстать перед домочадцами, и с этими воодушевляющими мыслями я бодро шагнул в гостиную.

— Доброе утро, Аясэ.

Как обычно, по утрам она сияла совершенством. Волосы аккуратно уложены без следа «вороньего гнезда», макияж безупречный, школьная форма выглажена идеально, без единой морщинки, а сверху фартук, чтобы не запачкать форму продуктами для завтрака. Я ни разу не замечал в ней ни малейшей оплошности.

Я знал, что вчера она засиделась допоздна за учебниками по современному японскому и романами, но даже при таком графике умудряется выглядеть безупречно, как всегда. Она вновь подчёркивала свою невероятную дисциплину. Кроме того, на столе валялись тетради и смартфон — видно, она совмещала готовку с учёбой.

Поприветствовав её, Аясэ неспешно подняла голову и встала из-за стола, словно это входило в её обычный распорядок.

— Доброе утро, Асамура. Может, сегодня я сделаю что-то лёгкое, вроде яичницы?

— Эм, я сегодня не голоден на завтрак. Сам сделаю тосты.

— Почему так?

— Ты же готовишься к пересдаче, верно?

Краем глаза я углядел две чистые тарелки. На одной, видимо, завтракал отец, который не стал ждать и сам поел по-быстрому, раз уходил раньше обычного, а вторая — Аясэ. Похоже, она не стала мешкать, перекусила слегка и вернулась к конспектами.

— Но наше обещание…

— Сейчас я тебе больше всего нужен в другом. Не жалуюсь, если ты потратишь время на полезное дело, — ответил я, чтобы она не начала возражать.

Честно говоря, если она завалит пересдачу, то летом ей придётся ходить на допзанятия, что отнимет время на подработку и ударит по школьным оценкам. В итоге условие нашей сделки — готовить мне — отпадёт: я сам справлюсь. Аясэ, видимо, поняла, что я не хочу её обременять, и не стала спорить.

— Спасибо. Приму твое предложение.

— Не за что… Как сказал, для меня это пустяк.

— …Хорошо, — Аясэ слабо улыбнулась и села обратно. Я с удовлетворением смотрел, как сводная сестра углубилась в тетради, и пошёл на кухню.

Ну что ж! Пора выложиться по полной. Покажу свою фирменную технику резки сыра. Хе-хе-хе… Я наигранно радовался рутинному занятию, скрывая волнение фальшивой ухмылкой. Наверное, сверстники черпают радость в мелочах, и девушки не отстают? Стоит спросить Аясэ… но не сейчас, когда она занята.

Пока я предавался мыслям, тосты прожарились идеально. Сыр на них аппетитно золотился — как и положено от моего мастерства по растапливанию. Когда я откусил, тянущуюся сырную нить, Аясэ даже не взглянула. Я опять восхитился её железной концентрацией. Разве так можно подтянуть успеваемость? Мне казалось, музыка при учёбе или работе только отвлекает, без толку.

— Хм-м-м…

Когда большая часть тоста уже оказалась у меня в желудке и я в приподнятом настроении потягивал кофе, Аясэ, издав довольно соблазнительный звук голоса, высоко подняла руки над головой. Нет, погодите, это мне лишь показалось… или она случайно простонала? Прости, Аясэ. Истинная причина в том, что на ней сейчас школьная летняя форма, и при подъёме рук рукава блузки сползают вниз, обнажая нежную белую кожу. Из-за такого зрелища я обязан вести себя с ней предельно осторожно, ведь нельзя пялиться на неё, как я делал мгновение назад: это просто невоспитанно… По крайней мере, так я уговаривал себя, и поэтому постарался переключиться на более повседневную тему.

— На сегодня ты всё?

— Угу. Мне пора уходить.

— Довольно рановато.

— Будет намного проще, если я приму ванну первой. Я уже поела и привела себя в порядок.

«Принять ванну первой» означало, что она хочет покинуть дом сразу передо мной. Если бы мы вышли вместе, то отправились бы в школу вдвоём, а моя сверхсерьёзная сводная сестра стремилась избежать любопытных взглядов учеников старшей школы Суисэй.

— Вполне разумно. Береги себя.

— Увидимся позже.

— …Ах, погоди-ка!

Когда она собрала вещи и направилась из гостиной, я её окликнул.

— Что такое? — Аясэ обернулась ко мне.

— По поводу наушников… 

Месяц назад она слушала английские учебные материалы через наушники по пути в школу и чуть не попала под грузовик. Не люблю напоминать о прошлых промахах, но даже рискуя показаться навязчивым, я не мог умолчать об этом.

— Я не стану, — ответила она, вернув голову в нормальное положение. Тут я увидел, как покраснели кончики её ушей, и на миг показалось, будто она надулась. — Я не повторю ту ошибку.

— Рад это слышать. Извини, что нагрубил.

— Не бери в голову. Увидимся, — бросила она напоследок и вышла из гостиной. Похоже, ей захотелось сорваться с места и умчаться. Наверное, зря я её предупредил.

Лёгкая горечь от кофе ещё витала на языке, пока я размышлял об этом неловком разговоре: тот случай оставил у Аясэ неприятное воспоминание. Тогда она больше стеснялась, что все увидели её усердие в учёбе, но я не виню её за такую реакцию. Просто мне предстоит пройти долгий путь, чтобы стать старшим братом, которым она будет гордиться. Я допил кофе из кружки, пытаясь перебить одну горечь другой, и вдруг меня осенило.

— Ведь раньше она не афишировала свою усердность в учёбе.

Что она делала последние минуты? В каком настроении была вчера? Я не заметил, хотя сидел напротив. Изменения были столь тонкими, что ускользали от меня, но по сравнению с первой встречей она всё чаще раскрывает свои скрытые грани и даже уязвимости. Пусть шаг крошечный, но он помогает мне лучше понимать её, и так мы становимся ближе — как настоящие брат и сестра.

Хоть летние каникулы вот-вот начнутся, в нашей престижной школе ученикам не потакают. Под предлогом, что без повторения мы всё забудем, учителя заставляют нас лихорадочно строчить в тетрадях и прерываются лишь по своему усмотрению. После «марафона» — самостоятельная работа и упражнения, но хуже всего — гам в классе. В такой обстановке никто не замечает, что я тайком пялюсь в смартфон под партой: нужно отыскать в сети подходящую музыку для Аясэ, которая, на мой взгляд, учится куда прилежнее остальных.

Мару, услышав скрип стула сзади, оторвался от смартфона и повернулся ко мне.

— А? Куда идёшь, Асамура?

— …В библиотеку, — буркнул я неохотно. Не хочется раскрывать истинную цель, а если скажу, что просто погуляю по школе, его любопытство разгорится с расспросами. Вот и слукавил.

— Хорошо, понял, — кивнул он и уткнулся обратно в телефон.

Такие разговоры — обычное дело для нас на перемене. Мы не болтаем без остановки, хоть и считаем друг друга друзьями, но и липнуть не привыкли. Оба ценим личное пространство и предпочитаем одиночество. Поскольку долгие беседы нам обоим в тягость, именно это и помогает сохранять дружбу.

Выйдя из класса, я устремился в направлении библиотеки. Естественно, прямо туда я не намеревался, просто захотел пройтись по пустым коридорам школы. Моя старшая коллега Ёмиури как-то рекомендовала книгу, где говорилось, что лучшие идеи посещают людей на ходу, а не сидя за столом. С того момента я начал применять этот подход, и, как вы, вероятно, уже поняли, я весьма подвержен чужому влиянию. В действительности я молча ждал вдохновения, надеясь на внезапный прилив гениальной мысли, поэтому и решил прогуляться по безлюдным школьным коридорам. Не заметив как, я оказался прямо перед библиотекой, и вдруг кто-то хлопнул меня по спине.

— Э-э-эй! Что стряслось, братик?!

— !..

Я так опешил, что на миг сбился с дыхания. Обернувшись, я увидел знакомую школьницу, которая улыбалась мне тепло и с невинным любопытством. Её яркие волосы были идеально причесаны и уложены, она выглядела как настоящая модель. Она — неофициальный фаворит среди учеников школы, одноклассница Аясэ по имени Мая Нарасака. К тому же она единственная из девочек, кто знает, что я сводный старший брат Аясэ. Её взгляд напоминал кошачий — дразнящий, но полный привязанности к хозяину. В руках у неё было несколько книг, и казалось, она только что вышла из библиотеки.

— Ой, это ты, Нарасака. Я подумал, что это Торима*.

*Демон, приносящий в дом несчастья или людям, через которых он проходит.

— С чего бы это?! В нашей школе таких и быть не должно!

— Никогда не знаешь, когда нарвёшься на них, и в этом их главная опасность.

— Иу, я просто хотела тебя поприветствовать… Думала, мы друзья.

— Ты всегда такая, Нарасака?

— Ну да.

— Даже с Аясэ? Я этого не замечаю.

— Да! И с Саки! Она зовёт меня надоедой, но втайне рада моему вниманию.

Я не думаю, что Аясэ по-настоящему рада.

— Я бы понял, если б она считала тебя назойливой.

— Чем сильнее назойливость, тем крепче любовь, как говорят!

— Никто так не говорит. Если продолжишь приставать к людям, тебя заберут за сексуальное домогательство.

— Э? А почему парень мне, девушке, про сексуальные домогательства?

— Оно работает в обе стороны, знаешь ли.

— Гм! Ты говоришь точь-в-точь как Саки, Асамура.

Если тебе уже говорили, почему ты даже не задумалась?

— Я видела, как ты пялился в смартфон! Виновен! Ви-но-вен!!!

— Ну да, теперь ты сваливаешь вину на меня.

— Эй, мы не в классе. Не строй из себя умника! — Нарасака надула щёки.

Она застаёт врасплох, навязывается окружающим, без предрассудков и с особым менталитетом — всё это позволяет ей игнорировать мои жалобы и предупреждения, но с другой стороны, таких качеств хватило бы, чтобы я её возненавидел… однако ничего подобного. Может, из-за её миниатюрного роста или манеры общения? Не знаю точно, но наверняка дело в харизме. Если б на моём месте был другой, кто сказал бы ей всё прямо, для него это обернулось бы проблемами. По крайней мере, я начинаю понимать её популярность среди учеников.

— Ты читаешь книги? — чувствуя вину за постоянные придирки, я сменил тему. Судя по обложкам в её руках, это были книги для девушек.

— Эти? Их только что привезли в школьную библиотеку, я их дожидалась. Летние каникулы на носу!

Как работник книжного, я предпочёл бы, чтоб она купила их в магазине, а не брала в библиотеке, но у всех свои обстоятельства и бюджет, так что не навязываю своё мнение.

— Экзамены — это когда в тисках, а после них хочется почитать, вот и всё! Ясно?

— Аха-ха-ха, понял. Кстати, если подумать…

— Я не пересдаю! Ни по одному предмету не завалена.

— Понятно.

— В сумме 808 баллов! Ну как?

— Э?.. — я опешил.

От моей реакции лицо Нарасаки изменилось: с уверенного и надменного на гневное.

— Ага! Ты удивился! Не ждал от меня среднего 90 баллов?

— …Ты абсолютно… права, — я сознался.

— Больно слышать. Между прочим, я в лидерах года!

— Не стоит судить по первому впечатлению… Пересмотрю свои взгляды.

— Под «впечатлением» ты имеешь в виду, что я дура?! Асамура, ты что, недалёкий?

— Я не…

Я понял, что это звучит как слабое оправдание, а на «недалёкий» не нашёл, что ответить. Нарасака воспользовалась моей паузой и приблизилась.

— Если у тебя на душе скребут кошки, то расскажи мне о них…

— А? Ну… без вопросов?

— Когда ты шёл и пялился в свой смартфон, ты, случаем, не ворковал с Саки?

— Эм, нет.

— Ч-что, не шутишь? Ведь Саки весь день сидела в телефоне, и я так ревновала. Я решила, что вы с ней начали ладить.

— Ты сильно ошибаешься.

Я твёрдо знал, что Аясэ читала романы на смартфоне. Кроме того, как Нарасака вообще пришла к такому глупому выводу, зная наши отношения? Невозможно, чтобы между сводными братом и сестрой вдруг зародилась любовь.

— Я просто кое-что искал.

— И только?

— Вот, смотри.

Мой уклончивый ответ нисколько не убедил Нарасаку, поэтому я продемонстрировал ей экран смартфона.

— Музыка? Зачем она тебе?

— Понимаешь… — я попытался сразу придумать оправдание, но передумал. — Я хотел найти кое-что для Аясэ.

— Для Саки?

Я рассказал ей подробности. Побеседовав с Нарасакой пару минут, я осознал, насколько она заблуждается, и если скрыть от неё правду или отмахнуться, она опять всё поймёт неверно. Нужно было выдать правдоподобное объяснение, чтобы её любопытство не стало мне поперёк горла. Разумеется, я умолчал о том, как Аясэ изо всех сил пытается решить свои проблемы, и просто сказал Нарасаке, что она просто повышает успеваемость. Так я не усилил её интерес.

— Мда. Ты ищешь музыку для Саки. Хм-м-м… — она усмехнулась.

— Я думаю, тебе было бы проще общаться с людьми, если бы ты была с ними откровеннее.

— О-о-о, как скажешь… Асамура, у тебя проблемы с общением?

— …Прости.

Она попала в мою слабую точку. Попав в ловушку, которую сам же создал, я предпочёл извиниться, а не сопротивляться и сыпать соль на рану.

— Ты потрясающий, братик. Не стыдись. Держи нос по ветру.

— Не думаю, что заслуживаю похвалы только за небольшую помощь ей…

— Ух, какой упрямый… Знаешь, я тоже сестра, которая умеет готовить.

— У тебя есть младший брат?

Кажется, Аясэ как-то упоминала об этом.

— Ну да. И их много!

— Много? Наверное, у тебя большая семья.

— Около сотни.

— Чего?

— Шутка! У меня она маленькая.

Сколько же у неё младших братьев? Мне стало интересно, и я хотел спросить, но экспресс «Нарасака» не стал ждать: она сменила тему, не дав мне и рта открыть.

— Ты действительно упрямый. Просматриваешь всю музыку в поисках подходящей? Это так безрассудно.

— Разве это не нормально?

— Хм-м-м? — она наклонила голову, будто не понимая вопроса.

…О боже, она, наверное, слишком серьёзно к этому относится.

— Я имел в виду, как найти нужную, не перебирая большинство? — спросил я.

— Хм-м-м… Я никогда не думала об этом. Просто доверяюсь инстинкту.

— Наверное, подойдут рекомендации, но…

Современные приложения и стриминговые сайты показывают на главной странице рекомендации ИИ — похожие на любимые треки или по истории прослушивания. Даже такой отшельник, как я, не следующий за мейнстримом и не сёрфящий интернет, иногда пользуется этой функцией.

— Ты ещё не всё сказал, да? Ищешь по списку…

— Нет, я так не делаю.

— Ах, теперь понятно… Вот в чём дело?..

Мой ответ, основанный на личных предпочтениях, вызвал у неё полное недоумение и неодобрение, так что я только опустил плечи, признав поражение. У всех свои взгляды, винить её нельзя, но я был слегка ошеломлён.

— Ты выглядишь подавленным.

— Я понимаю, но другого способа не вижу. К тому же непривычно, когда мои вкусы не совпадают с чужими.

— Ну, знаешь, я довольна своими рекомендациями. Просто стало любопытно, зачем ты ищешь музыку.

— Когда рекомендуют то, что я уже слушал, кажется, у меня нет своего мнения.

— Мда-а-а…

— …Я и сам знаю, что сложный человек.

Не смотри так невинно, а то я как вампир на солнце. Я закрыл лицо руками и уставился в потолок, не выдержав её взгляда. Затем её реакция меня удивила.

— Это здорово! Я такое обожаю!

— Ты издеваешься?

— Конечно нет! Это замечательно — иметь такое мнение!

— …Спасибо.

Маловероятно повстречать индивида, способного восхвалять чужие мнения, отличные от своих. У меня возник вопрос: все ли на планете разговорчивые люди столь же замечательны, как она? Взять для примера героев манги, аниме или видеоигр — дружелюбный или экстравертный персонаж, внезапно возникающий в истории, обычно таит мрачные тайны, а то и вовсе предстаёт злодеем. Негодяи, пытающиеся соблазнить героинь, или классический школьный буян, изводящий привлекательных девчушек… подобные порочные шаблоны кишат в развлекательных медиа. Разумеется, подобные фигуры служат сюжету, но коль скоро они существуют в жизни, трудно представить Нарасаку — она мастерски разговоривает собеседника исключительно из сердечной доброты. Очаровательная, остроумная и отзывчивая к окружающим, она идеальна с любой перспективы.

— Я бы хотел послушать и другую музыку!

— Ой!

Значит, её заинтриговала предложенная музыка? Это превосходно.

— Я заслушаю треки, что ты отобрал, Асамура, так что перешли их мне потом!

— Разве тебе не легче самой поискать, нежели уповать на меня? Я же не ИИ, подкидывающий плейлисты.

— Но самостоятельно рыскать по трекам — сплошная морока…

Оказывается, с самого начала у нас не было общих увлечений. Жаль, чёрт возьми. Разница лишь в способе получения советов — своими силами или через алгоритм. Нарасака всегда сочувствовала чужим вкусам, но меня это озадачило единственно из-за моих пристрастий. Видимо, тут можно порассуждать по-разному, не так ли?

По завершении школьных уроков я потащился на подработку в унылом расположении духа. Те, кто вкалывает допоздна — после шести вечера, — проходят через настоящие муки. Переодевшись в форму и выйдя из подсобки, я наткнулся на менеджера и коллег, будто шедших на битву, но одна фигура выхватила меня взглядом — Ёмиури. Она приблизилась, помахивая ручкой, с прелестной улыбкой. Её мимика разительно отличалась от мрачных рож товарищей по смене, хотя впереди маячил вечерний хаос. Словно бродячая кошка на ночных улицах.

Сибуя, пульсирующий энергией молодёжи, никогда не дремлет. Звание не пустой звук: здесь круглосуточно, семь дней в неделю, творятся беды. Не байки, а реальность, но с текучкой населения многие случаи забываются. Суббота превращает центр в поток гуляк, однако понедельник и пятница — сплошной кошмар для книжного. Почему понедельник? Новый ассортимент прибывает именно тогда, и мы страдаем первыми. Пятница тоже непроста. Город молодёжи усеян офисными высотками, особенно IT-гигантами в шеренгах. Один из редких «офисных хабов» Японии. В 90-е, при низкой аренде, стартапы хлынули в пригород, сделав его «Битовой долиной» — эдаким аналогом Кремниевой. Книгу об этом посоветовала Ёмиури.

В общем, офисные труженики забегают в магазин по пути домой. Пятничный вечер — пик загрузки. Хоть мы и заняты, надобно выкладываться, оставаясь приветливыми. Бдеть за воровством в толпе, поддерживать порядок и чистоту при полной забитости — лишь тогда разгорается битва.

— Ха-а-а… Сегодня за кассой?..

— Какая же ты бедолага.

Только я двинулся к кассе, протяжно вздохнув, как Ёмиури это уловила. Она хлопнула по плечу ободряюще.

— Верно, толпа растёт — растут и капризные клиенты.

— Заткнись. Ты всерьёз так думаешь о наших уважаемых гостях?

— Я зуб даю, что слышал это из вашего рта. И вы говорили это прямо перед самим посетителем.

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь… — Ёмиури прижала указательный палец к губам, намекая мне держать язык за зубами. На миг я озадачился её ответом, но потом, заметив подозрительные взгляды других сотрудников магазина в нашу сторону, сразу всё уяснил. Ясно же, что сегодня мы не одни, вот и обычная наша болтовня под строгим табу. В общем-то, она вечно корчит из себя полную невежду.

У Ёмиури были длинные чёрные волосы, и глядя на них, я всё чаще думаю, что она — вылитая Ямато Надэсико, воплощение послушной и начитанной девицы. Девять из десяти решат, что она типичная японская красавица, но это полная ошибка, ведь внутри сидит середнячок-старичок с пошлыми шутками. Со всех сторон она как живая энциклопедия, но, откровенно говоря, меня пугает, насколько этот стереотип вводит в заблуждение.

— Вы не хотите показывать другим людям своё настоящее «я»?

— Я неоднократно разочаровывалась в людях из своего университета, но ты знал, младший, что только ты знаешь про меня всё?

— Вы можете перестать говорить двусмысленными фразами?

— Но я же сказала правду!

Она опять меня поддразнивает, но это моя вина, что она так себя ведёт, и я даже не ворчу по этому поводу. Звучит странно, но меня не волнует женский пол, так что для неё я — тот, с кем можно спокойно выговориться среди всех этих парней-коллег. Даже если она раскроется по-настоящему, я не раскисну и не разочаруюсь, а когда захочет пощекотать нервы — не обижусь, ведь так она просто сбрасывает напряжение. Наверное, проще всего описать наши отношения с Ёмиури как коллеги, которым рядом друг с другом легко быть собой.

— Кстати, почему вы такая спокойная? Раньше вы всегда ненавидели работать по вечерам пятницы.

— Хе-хе-хе… Дело в том, что сегодня я слежу за чистотой в зале и первыми полками.

— Эй, это нечестно.

Теперь понятна её безмятежность. «Первые полки» — это значит освобождать место на них в зале для книг и журналов, что придут завтра. Мы всегда занимаемся этим в пятницу вечером, чтоб с утра субботы расставить свежую партию на чистые полки. Так посетители не только берут нужное, но и хватают что-то новенькое. Это подстёгивает продажи, хотя удобство в книжном магазине — не главная забота. Для нас, подрабатывающих частично, главное — не ставить на кассу.

— Это ни капли несправедливо. Подготовка места для новых релизов — это ещё одна часть нашей работы.

— Ну, я понимаю, что у первых полок много каких проблем… Ёмиури, не хотите поменяться со мной?

— Почему ты предлагаешь мне тяжёлую работу?!

— И вот вам доказательство того, что это несправедливо.

Если сравнить, касса всё равно хлопотнее вдвое, это я знаю отлично, но Ёмиури уже напевала под нос, вытащила список новинок из-за кассы и пошла в зал. «Чтоб тебе пусто было, старшая!» — пробурчал я себе под нос и поплёлся к кассе.

Ближайшие часы обернулись для меня настоящим адом: клиент — оплата, клиент — оплата, клиент — оплата или заказ, заказ, заказ. Голова закружилась от потока информации, но у меня был верный план — впасть в транс, будто детали ползут ко мне по конвейеру с боков. Лицо моё застыло без эмоций, и с покупателями я обращался абсолютно безразлично. Казалось бы, невежливо, но даже в трансе я был натренирован идеально обслуживать клиентов. В итоге — ни одной претензии. Когда часы показали девять вечера, пора было сваливать домой.

— Я ухожу отдыхать.

— Что, ты уже домой собрался?.. Ой, уже так поздно? По пятницам время всегда пролетает незаметно.

— Угу.

— Думаю, мне тоже нужен перерыв. Младший, когда ты переоденешься, загляни в комнату для отдыха.

— Что? Зачем?

— Потому что мне скучно.

— Эм-м-м…

— Да брось ты, мне же будет одиноко есть ужин в одиночку. Я хотела бы, чтобы в качестве приправы для моего гарнира были новости про твою сводную младшую сестру.

— Не могли бы вы не приправлять моей жизнью свою еду?.. Боже.

В уголках глаз Ёмиури набухли слёзы, она ещё и умоляла меня, и я, глядя на это, вздохнул да сдался. Видать, я совсем не умею отстаивать своё, как раньше думал.

— Ладно, хорошо. В конце концов, у меня нет никаких свежих новостей о ней, но я хотел бы попросить вас кое о чём одном.

— Ого! Это звучит заманчиво.

По крайней мере, я позабочусь, чтобы выгода досталась нам обоим. На данный момент это самое мощное сопротивление, которое я способен оказать.

В глубине книжного магазина размещались склад, офис, раздевалки для мужчин и женщин, а также комната отдыха. Последняя находилась далеко от главного зала, так что любые звуки или музыка полностью заглушались стенами. Там стоял монитор, показывающий внутренние помещения магазина с помощью камер наблюдения. Переодевшись в повседневную одежду, я зашёл в комнату отдыха и сразу заметил Ёмиури. Она сидела на стуле, развалившись на столе, и выглядела как растаявшее мороженое.

— Таешь?

— Естественно. Из-за вечернего ажиотажа покупателей кондиционер совсем не помогает.

— Там и правда было нечем дышать. К тому же вы сами виноваты, раз отказались стоять за кассой.

— Э-э-э… Я вовсе не отказывалась…

— Знаю. Просто пошутил.

— Ты такой грубиян, младший. Разве не знаешь, что с девушками нужно обращаться как с леди?

— Я за гендерное равенство, знаете ли.

Хотя Ёмиури выглядит как стильная и красивая японская старшая сестра, иногда она ведёт себя как избалованная девчонка, и поэтому я отношусь к ней соответственно. Если она под влиянием настроения, то я общаюсь с ней в том же духе, а если подойти серьёзно, она начнёт дразнить и играть со мной, так что нужно быть настороже. Такие вот мысленные инструкции у меня в голове при общении с Ёмиури, напротив которой я уселся на свободный стул. Взглянув ей в лицо и приняв её настрой за чистую монету, я оставался полностью спокойным, так что не стоило на это реагировать.

— Наверное, ты недооценил такую простую работу? В зависимости от времени и обстоятельств она довольно тяжёлая, даже тяжелее, чем за кассой.

— Сам знаю. К тому же вы проявили заботу, выйдя в зал.

— Нет-нет-нет, это всё равно изнурительно: приходится «работать бёдрами», чтобы поднимать тяжёлые книги и расставлять их на полках. Не поверишь, но ягодицы у меня ноют от этого.

— Хватит разыгрывать комедию…

— Я серьёзно. Словно пережила бурную ночь с мужчиной. Бёдра после «таранных ударов» всё ещё болят.

— На такие странные примеры я не буду реагировать.

— Цц, зануда, — миленько цокнула языком Ёмиури.

Она обожает вводить в заблуждение, и я провёл с ней немало времени в таких разговорах, чтобы различать, когда она ставит ловушку, а когда нет. Если бы я отреагировал серьёзно на эту пошлую шутку, она бы сразу сказала: «Ты слишком много об этом думаешь… Что ты там напридумывал, младший?» А если спросить из любопытства: «У вас есть опыт?» — она просто улыбнётся молча. Любая реакция означала бы мою победу для неё, так что лучше полностью игнорировать.

— Может, сделать вам массаж, если так тяжело? Я выучил его у Акико-сан, которая освоила на своей работе, а я могу научить вас.

— Акико-сан?

— А, это мама моей сводной сестры — моя мачеха.

— А, ясно-ясно.

В итоге мы перешли к моей новой жизни, но теперь речь зашла не о сводной сестре, а о мачехе. Она работает ночью и спит днём, что вредит здоровью, так что правильный уход важен. Когда удаётся поговорить с ней в гостиной, она делится полезными советами. Такая тема всегда пригодится.

— В Догендзаки есть салон иглоукалывания… Да, недалеко. Она рекомендовала.

— Хм, звучит хлопотно.

— Серьёзно? На карте его легко найти.

— Я не о том, как добраться… Ты же знаешь, я ещё студентка, полна энергии и юности? Не хочу в моём возрасте ходить в массажный салон, это заденет мою гордость.

— Знаете, выражение «полна энергии и юности» не используют молодые люди, надеюсь.

— Раскусил меня? Я давно не говорила, но я проклята и быстро старею. Уже старая женщина в юном теле.

— Не могли бы вы прекратить выдумывать чушь?

— Аха-ха-ха, младший, теперь ты «Остроумный король Логики как бритва».

— Что за прозвище такое, «Лгунья-пустословка»?

— Хм-м-м… 70 баллов. Понравилось, что ты вспомнил, как девушки говорят о любви и врут одновременно, но обычный человек не уловит, так что минус несколько десятков.

Я бы очень хотел, чтобы она не стала разбирать по косточкам мои комментарии во время наших разговоров, но этот бесполезный диалог только сильнее ранит меня, поскольку она применяет логику, чтобы покритиковать прозвище, которое я сам придумал. Как обычно, нахальная Ёмиури разглядела мой внутренний конфликт, который, видимо, отразился на лице. Она весело захихикала, раскрывая свой ланчбокс, хотя назвать его так было сложно — в нём в основном лежали обычные рисовые шарики из супермаркета. Увидев её ужин, я забеспокоился, хватит ли ей еды, но затем вспомнил, что Аясэ готовила бы для себя примерно столько же.

— Раз уж вы принялись за еду, то можно с вами кое с чем посоветоваться?

— Конечно… Что тревожит тебя, внучок?

— Дело в том…

Я немного занервничал от того, что Ёмиури вела себя странно самоуверенно и надменно, но отогнал эти мысли и рассказал ей о ситуации. Конечно, я опустил многое — особенно личные дела Аясэ — и тщательно выбрал, что именно поведать. Когда я закончил, Ёмиури снова улыбнулась мне.

— Ого? Ты ищешь способ улучшить её успеваемость в школе?

— У вас есть какие-нибудь идеи? Раз уж вам удалось пройти вступительный экзамен в университет, то я подумал, что у вас должны быть советы, которые могут ей помочь.

— Ты говорил, что ищешь подходящую музыку, верно?

— Ну да. Впрочем, пока мне не удалось ничего найти. Мне кажется, что я что-то такое нашёл, но ни один из них точно не подойдёт.

— Тогда я тебе кое-что порекомендую. Я тоже когда-то искала музыку, которая бы помогла бы мне сосредоточиться на учёбе, поэтому я нашла подходящую.

— Нашли подходящую?

— Дай-ка мне минутку… Вот, нашла, — немного повозившись в своём смартфоне, Ёмиури показала мне какой-то канал на Ютубе, на который была подписана. На изображениях на видео красовались рисунки, нарисованные в японском стиле, но все слова в названии были английскими, поэтому я решил, что этим каналом владеет человек уж точно не из Японии. Вместо того чтобы привлечь к себе настоящих отаку, этот канал выглядел как какая-то субкультура, которая и придавала ему ощущение уюта.

— Ого. Более десяти миллионов просмотров. Иногда бывает даже больше.

— Удивлён? Есть люди, которые просматривают его по нескольку раз, но на круглосуточных трансляциях постоянно сидит 30.000 человек.

— Вау. Не говоря уже про то, что все комментарии написаны на английском языке.

— Угу. Правда, среди японцев этот канал не особо популярен.

— Есть ещё жанры музыки, о которых я не слышал? Чем этот отличается от обычной музыки?

— Как говорят, увидеть — значит, поверить… или про услышать в данном случае, — Ёмиури улыбнулась мне, доставая из сумки небольшой футляр, в котором лежали беспроводные наушники. — Держи, — и протянула их мне.

— Эм? — на секунду я замер. Сперва я даже не понял, чего она от меня хотела.

Если оба человека будут пользоваться одной парой наушников, то они разделят их между собой, однако этот случай, пожалуй, для меня самый сложный вариант из всех возможных. Мы с Аясэ до сих пор даже не пробовали делить между собой наушник, даже когда едим за одним столом, однако Ёмиури, с другой стороны, абсолютно не проявила никакой неловкости или сомнений, а повела себя так, будто бы это самая простая вещь во всём мире.

— Не думаешь, что проще прочувствовать хорошую музыку через хорошие наушники?

— Ах, ну да, вы правы… — и понял, что только я один чувствую стыд, когда она начала переживать.

Судя по её действию, она даже не собиралась меня дразнить. Я бы чувствовал себя виноватым перед ней, когда она предложила мне свои наушники, а я просто заставил её ждать, поэтому я принял их как первобытный человек, который впервые увидел огонь. Мне было слегка неудобно запихивать её наушники прямо в уши, потому я просто держал их перед самими ушами. Хоть они у меня были всегда чистыми, я всё равно не хотел их запачкать. И как только эта мысль пронеслась в моей голове, музыка из наушников донеслась до моих барабанных перепонок.

«Я слышу»… — пробормотал я подсознательно. Все мои тревоги растворились в голове за одно мгновение. Первое, что я услышал, был шум дождя, который колотил листья деревьев, и вместе со звуками природы я услышал расслабляющую музыку. Если говорить о качестве музыки, то оно стоило желать лучшего: у меня было такое ощущение, что я вернулся в прошлое — в культуру, с которой у меня не было ничего общего, будто бы я смотрю старый фильм.

— Потрясающе. Ничего подобного я никогда не слышал.

— Это «lofi hip hop», — прикрывая рот одной рукой и прожевав кусочек рисового шарика, Ёмиури назвала мне точный жанр этой музыки. Я никогда не слушал ничего подобного.

— Хип-Хоп… что-то типа «Хэй, Йоу»?

— Хи-хи-хи, даже не близко, — Ёмиури захихикала, увидев, что я показываю её позу какого-то рэпера. Я понял, что ошибся.

— Я думаю, что они называют её так только потому, что эта музыка им как-то напоминает ритм хип-хопа. «lofi» отличается от хип-хопа, каким ты себе его представляешь.

— Ясно.

— Главное в ней — ощущение расслабления, даже если звук там довольно устаревший. В каком-то смысле она даже исцеляющая, если слушать её регулярно.

— А теперь скажите простыми словами.

— Просто хорошая музыка, — ответила она, дав именно то объяснение, которого я ждал.

Я же вроде японец, не очень ладящий с английским и заимствованиями, так что даже такое толкование меня порадовало.

— Видать, этот жанр популярен за границей. Благодаря ностальгии он специально такого качества, что помогает расслабиться. Идеально для учёбы или засыпания.

— О! То, что мне нужно. Ты и впрямь в теме, Ёмиури.

— Потому что я старушка, хо-хо-хо.

— Доколе эта шутка продлится?

— Пока не высплюсь.

— С начала она и не была смешной.

— Просто делюсь с тобой радостью. Твои слова меня не трогают, младший.

— Тут не поспоришь.

— Хочешь тягаться с такой красавицей, как я? Подготовься получше, младший.

— …Ага.

Из-за её постоянных хвастовств знаниями я и вижу в ней старушку, но на деле она никогда так не поступает.

— А как ты на этот жанр вышла? Если он заграничный, то наткнуться сложно.

— Да ладно, не проблема. Выскочил в рекомендациях на YouTube, и с тех пор слушаю во время уроков.

— Она нагоняет тепло… хоть комментарии сбоку чисто по-английски.

— Прочувствовал?

— Вроде да.

— Ради тебя, младший. У тебя вкус верный. Не прогадаешь с ним. Канал теперь на подъёме. Расслабляет, будто я за барной стойкой.

— За стойкой? Где коктейли мешают?

Я отлично знал, о чём речь, ведь мачеха в барах работает.

— В дорамах это часто мелькает? Взрослый в беде — идёт в бар. Бармен выслушивает в уютной атмосфере.

Интересно, так ли выглядела первая встреча отца с Акико-сан, как Ёмиури описала? От них слышал байки, но вроде всё стартовало, когда Акико-сан посочувствовала отцу — пьяному, изливавшему душу. Такие встречи лечат, и я не удивлён их судьбой.

— Восхищаюсь всегда, но на деле не так романтично.

— Не соглашусь, я алкоголь не пью.

— Ц…

— Чего реагируешь?

— Хотела, чтоб ты сломался, признав слабость к алкоголю, — было бы уморительно. Но ты не клюнул.

— Серьёзно, зачем?

Глянув на Ёмиури, тянущую чай из пакета через соломинку, я вдруг осознал.

— Раз уж затронули, старшая, а вы-то как?

— Грубый. Типа, старушке вроде нельзя пить?

— Хотел услышать, когда алкоголь навредит вам в вашем возрасте. А если заболеете?

— Хм-м… Молодец, младший. Растёшь в сопернике.

— Но тему эту пропущу, она выдохлась.

— Ну ты… — разочарованно зыркнула она.

Зачем она так рвётся в старушки? Я же не скажу: «Не переживай, состаришься — станешь дряхлой старухой», — оставлю при себе. Может, в другой раз ляпну.

По её совету подписался на пару «lofi hip hop» каналов. Ёмиури явно кайфовала от них. Объясняла всё подряд: сначала ровно, потом на тон выше, и я улыбнулся.

— Ха-ха…

— Хм? Чего ржёшь, глядя на меня?

— Извини, игнорь.

Ёмиури ни при чём. Смешно стало от осознания: сейчас я тыкаю песни из её YouTube-рекомендаций. Ничем не лучше Нарасаки, и не спорю. Прости, Нарасака, но ты права была с порога.

Ноги после смены несли домой легко как никогда — нёс крутые новости Аясэ. Всё равно не отплатил за ежедневную стряпню и её принцип «давать-берть», грызёт совесть, но теперь ем без угрызений.

Открыв дверь, вдохнул шикарный запах — будто гостя贵迎接。

— Я дома, Аясэ.

— С возвращением, Асамура, — произнесла Аясэ, стоя напротив бурлящей кастрюли с фартуком поверх одежды.

В последнее время это вошло в мою повседневную рутину, но я всё равно не в силах привыкнуть к тому, что девушка, которую я отродясь не видел, внезапно поселилась со мной под одной крышей и теперь готовит завтраки с ужинами. Меня мучает вина, однако сильнее всего нервирует, что она фактически выполняет мою обязанность, а если я стану спорить, то услышу лишь: «Мы похожи» или «Не переживай». Впрочем, я никак не могу с этим смириться.

— Ты ещё не ужинала, Аясэ? Извини, что задержался.

— Ничего страшного. Я всё равно была занята.

— Ясно. Я накрою на стол, подожди немного.

— Хорошо, спасибо.

Я просто помогаю ей и показываю заботу, ведь для меня это привычно, а Аясэ не упиралась, что сделает всё сама, поэтому лишь выразила благодарность. Мне казалось, что без совместных усилий у нас не возникнет равновесия. Аясэ, видимо, уловила мою мысль, так что дальнейшие слова были ни к чему.

Забросив вещи в свою комнату, я зашёл в ванную, чтобы помыть руки, а затем стремительно вернулся в гостиную, словно и не отлучался.

— Две миски для риса, обычные миски и большие тарелки.

— Сегодня обойдёмся без тарелок. А миски пригодятся, да ещё поглубже, чтобы уместить удон, а не только мисо-суп.

— Понял. Значит, на ужин сегодня мисо-суп со свининой?

— Почти что. Моцунабэ.

— Вау, ты даже такое умеешь готовить? К тому же летом оно совсем не к месту.

— Говорят, оно снимает летнюю усталость. Ты, наверное, вымотался на работе, вот я и подумала устроить приятный сюрприз.

— Моцунабэ летом? Но аромат... У меня уже слюни текут.

— Отлично. Сейчас принесу котелок, а ты разложи рис по мискам?

— Конечно.

Я вручил Аясэ две миски с удоном и принялся засыпать рис в рисоварку. В этот миг гостиную окутал соблазнительный аромат соевого соуса, от которого аппетит разыгрался ещё сильнее. Аясэ всегда мастерски готовила, а благодаря ежедневной практике её навыки только совершенствовались.

Закончив сервировку, мы уселись напротив друг друга и синхронно хлопнули в ладоши.

— Спасибо за еду! — воскликнули мы хором.

Может, это мои домыслы, но в последнее время такие синхронные жесты стали обычным делом. Либо она влияет на меня, либо я на неё. Я не ведаю подлинной причины, но точно знаю, что это не моё влияние и не её.

Размышляя о нашем схожем укладе жизни, я зачерпнул порцию моцунабэ и отправил в рот.

— Вкусно! Сладко и сочненько.

— Радует. Я сварила его в стиле Хакаты и боялась, что выйдет слишком густым и насыщенным, но, похоже, всё получилось удачно, — Аясэ облегчённо вздохнула.

Один комплимент не передавал всего восхищения этим вкусом, который мне по-настоящему пришёлся по душе. Если бы старик его попробовал, у него бы, верно, живот разболелся, но раз он предупредил, что ужинает вне дома, волноваться не о чем. Вероятно, именно поэтому Аясэ выбрала такое сытное блюдо.

— Ты учла мои предпочтения? Спасибо.

— …Не буду спорить. Твоя ежедневная похвала за ужины вошла в привычку, и я стараюсь готовить ещё лучше.

— Из-за твоих усилий я чувствую вину… Мог бы сказать тебе вчера.

— Что именно?

Собравшись с духом, я обратился к Аясэ, которая с недоумением отреагировала на мои слова. Я открыл YouTube на смартфоне, зашёл на канал по рекомендации Ёмиури, нашёл круглосуточную трансляцию с надписью «Radio» и запустил. Полилась тихая, умиротворяющая мелодия, далёкая от тяжёлых ритмов. Эта музыка обволакивала, наполняя особыми ощущениями, погружая в будничность. Казалось, я очутился в уединённом лесу, вдали от мира. Аясэ, судя по всему, разделяла мои чувства — её глаза расширились, уставившись на экран смартфона, словно объективы камеры.

— Это…

— Просто послушай.

— Ладно, — Аясэ медленно прикрыла глаза.

Через миг мы вдвоём вслушивались в одну мелодию. Аясэ изумлённо выдохнула.

— Чудесно. Что это за жанр? Отличается от любой другой релаксационной музыки.

— «Lofi hip hop». Подумал, что идеально для учёбы.

— Ага, теперь понятно, — она взглянула на меня так, будто обрела то, что давно искала.

Хоть ужин ещё не закончился, она, похоже, догадалась, зачем я внезапно включил эту музыку.

— Впервые о таком жанре слышу. Удивлена, что ты о нём знаешь.

— Узнал о нём только сегодня: старшая на работе рассказала мне.

— А, та девушка? Та начитанная старшая сестрица.

Ах, похоже, я упоминал Аясэ о Ёмиури прошлым месяцем. Я всё ещё помню, как Аясэ подшучивала надо мной, мол, я очень на неё похож, ведь мы оба обожаем книги, и я не стал спорить, хотя мне было чуточку неловко от её спокойного тона. Я уверен, что в её глазах я — тот, кого можно дразнить, и ей не противно стоять рядом, но в какой-то мере я сомневаюсь, подхожу ли я на роль её парня. Никогда не слышал от неё о предпочтениях в людях, так что не имею права говорить за неё.

— Да. Добавлю, она очень много знает.

— Вы сблизились?

— Смены у нас часто совпадают, но это… Аясэ? — я ощутил странное напряжение и замер на полуслове. Даже глядя друг другу в глаза, на миг показалось, будто она пытается отвернуться.

— …Что? — отозвалась она после паузы.

— Что с тобой? Ты как-то рассеянная стала. Не переутомилась ли?

— Что? А, нет, всё в порядке. Просто музыка заворожила.

Всё это время лился «lofi hip hop», но разве в этом дело? Знаю, Аясэ чутко реагирует на всё, вот и забеспокоился. Если это пустой страх, то я очень ценю такое.

— Ёмиури, значит? Не только в книгах она шарит.

— Вероятно, потому что студентка. Даже представить не могу, насколько она эрудирована.

— Круто.

— Но на деле её характер не такой уж идеальный.

Если о «крутости», то это слово больше подходит Аясэ, чем Ёмиури, ведь моя старшая либо легкомысленная, либо с юмором. Сказав это Аясэ, она хмыкнула.

— Интересная она личность.

— Не спорю.

Жаль, что скоро не смогу познакомить этих девушек. Поскольку с Ёмиури не общаюсь после смены, не могу просто позвать её домой, как Аясэ с Нарасакой. Чувствую себя ущемлённым.

С этими мыслями заметил, как Аясэ показывает экран смартфона.

— Только что подписалась.

— Вижу. Быстро у тебя.

— Больше всего доверяю интуиции и уверена, «lofi hip hop» поможет с подготовкой.

— Если не поможет, брось слушать.

— Знаю. Не стала бы из-за твоей рекомендации. Попробую вечером позаниматься, и если толк будет, оставлю.

— Отлично. Такой подход по душе.

Быть откровенными и честными — идеальные отношения, о каких мечтал. Если бы слишком близко, стало бы тяжко для желудка, и этот моцунабэ, пожалуй, лучшая метафора наших с ней отношений. Ёмиури, наверное, сняла бы баллы за такую аналогию.

Аясэ первой встала из-за стола, взяла посуду. В другой руке смартфон. Видно, старается уделять максимум времени подготовке к пересдаче.

— Попробую вечером с этой музыкой позаниматься. Спасибо за помощь, Асамура.

— Не за что. Я посуду помою, просто в раковину поставь.

— Спасибо за заботу, — Аясэ отнесла пустые миски из-под риса и посуду в раковину, потом ушла в комнату.

Надеюсь, это чуть поднимет её успеваемость, и с этой мыслью доел последний кусок с тарелки.

«Удачи, Аясэ, старайся!» — подумал я про себя.