Жрец Порчи Том 1 Глава 361 Тайна.

Если коротко, во время боя в столице Лепе угодила в серьёзную опасность; Кварт вовремя появился, спас её и удержал в живых, хотя раны были тяжёлые. А это слегка переделанное тело оказалось небольшим побочным продуктом тех событий.

Когда я выслушал подробности, я схватился за голову и покачал ею.

Нет, Перка с Перитодом чем вообще занимались?

В такой свалке им троим и так следовало держаться вместе и прикрывать друг друга, а они разбрелись кто куда, носились по одиночке — и довели до такого?

Это уже не беспечность. Это запредельная беспечность.

Вот когда кто-нибудь из них исчезнет навсегда, тогда, конечно, начнут рвать на себе волосы. Хотя, если в головах ещё что-то осталось, одного вида Лепе в таком состоянии им уже хватило бы для сожалений.

— Так что, с телом всё в порядке?

Лепе кивнула в ответ.

— В целом ничего серьёзного нет. Просто местами управление пока немного... ай!

Я совершенно естественно ушёл от ещё одного ярко-жёлтого теплового луча. Сам луч вырывался так быстро, что уклониться, увидев его глазами, было бы непросто, но я с самого начала держал нервы натянутыми и следил за тем, куда смотрит Лепе, так что как-то справлялся.

Я махнул рукой как ни в чём не бывало.

— Продолжай.

— ...Если повторять слова господина Кварта, то он сказал: «Синхронизация ещё не завершилась, поживёшь так несколько дней — и всё пройдёт». Но ещё сказал, что рядом со мной кто-нибудь может пострадать, как вы только что видели, поэтому какое-то время мне лучше побыть одной.

Я внимательно осмотрел Лепе, сидевшую в инвалидной коляске. Бинтов на ней было столько, что, каким бы бодрым голосом она ни уверяла, будто всё нормально, на вид нормально не было совсем.

— Ты точно в порядке?

— Мне ещё и сильное обезболивающее вкололи, так что правда совсем не больно.

— Ладно. Но если потом почувствуешь с телом что-нибудь странное, сразу говори. В конце концов, если громко позовёшь кого-нибудь, Диспенс тебе поможет. А если кого попало звать неловко, можешь позвать меня.

Лепе будто собиралась что-то сказать, на мгновение замялась и только потом с трудом открыла рот.

— ...Вы как-то подозрительно сильно обо мне беспокоитесь.

Ну тоже мне открытие.

— Раз уж я притащил вас сюда, можно сказать, что в какой-то мере отвечаю за вас как опекун. По крайней мере домой я обязан вернуть вас целыми. Что будет потом — не моё дело.

Да и неприятно будет, если кто-то умрёт только потому, что я недоглядел. Я правда не думал, что эти трое не станут держаться вместе и кто-нибудь из них так серьёзно пострадает. Рассчитывал, что в общей свалке они будут заняты тем, чтобы прикрывать друг друга.

— Докатить тебя до комнаты?

— А, нет. Мы почти пришли, дальше я сама. Спасибо за заботу.

Лепе поклонилась и медленно покатила по коридору, сама толкая колёса: тр-тр-тр. Я проводил её взглядом, но желудок, три дня подряд сидевший без еды, взвыл, и я для начала отправился набить живот.

В столовой меня встретило знакомое лицо.

Жизель сидела с закрытыми глазами и потягивала кофе с густым ароматом. Вернее, едва касалась напитка языком, слегка морщилась, бросала в чашку ещё один кусочек сахара, размешивала, снова пробовала кончиком языка — и повторяла всё сначала.

— ...Почему он такой горький? Вы там ничего не перепутали?

— Это самый крепкий кофе, приготовленный по вашему заказу, госпожа Жизель. Вы попросили подать его в состоянии, максимально близком к концентрату, и я выполнил просьбу. Если пить тяжело, я заменю напиток.

Жизель снова осторожно коснулась языком чёрного кофе и скривилась.

— От того, что я запихиваю туда сахар, вкуснее он особо не становится. Сделаешь заново? Чтобы было сладко и вкусно. Пахнет хорошо, но на вкус вообще не моё.

— Да.

Когда Жизель поставила чашку на серебристый цилиндрический терминал Диспенса, тот плавно скользнул по полу и скрылся в глубине столовой.

— А-а, горечь. О? Ты проснулся?

Жизель, ворчавшая себе под нос, только теперь заметила меня у входа в столовую, замахала рукой и похлопала ладонью по месту рядом с собой.

Я подошёл и сел рядом.

— Как тело?

— У меня-то что, ничего серьёзного не было. Выспалась как следует — и нормально. Ты лучше о себе скажи. Ты в порядке? Для тебя это ведь очень долго — столько проспать. Обычно, как бы тебя ни потрепало, через день уже вскакиваешь с места.

— Теперь всё нормально.

— Ну и хорошо. А, точно. Ты знаешь? Лепе сильно пострадала. Кварт её вроде починил — ну, как починил, — но выглядит она странно. Я слышала, у неё из глаз что-то вылетает. Кварт сказал, рядом с ней опасно, так что пусть какое-то время живёт одна.

Я уже сам всё видел и знал, но не стал мешать Жизель тараторить у меня под боком.

— Я как раз только что с ней столкнулся.

У Жизель вспыхнули глаза.

— О? Правда? И что, из глаз правда что-то вылетает?

— Из глаз бьёт что-то вроде луча. Опасно, это точно. Стоит зазеваться — и кому-нибудь не просто достанется, а очень серьёзно.

— Раз уж ты говоришь, что опасно, значит, правда опасно. Надеюсь, она поскорее придёт в норму. Кстати, Диспенс рассказал. Дакия велела тебе прийти, да? Пойдёшь?

— Пойду.

Жизель посмотрела на меня уже серьёзнее.

— Похоже, она прямо настроена тебя остановить. Что собираешься делать, когда встретитесь?

— Подготовка ритуала всё равно почти закончена. В тот момент, когда Дакия решила ждать меня там, вариант, при котором она останавливает ритуал, можно считать исчезнувшим.

Неделя, которую я выиграл. Всё это время Диспенс был занят больше всех и готовил основу для запуска ритуала.

Когда мы с Дакией встретимся лицом к лицу, подготовка уже будет завершена так, чтобы ритуал начался в любой нужный мне миг.

— Хм-м. Тогда выходит, ты уже обвёл Дакию вокруг пальца? Ты ведь всё равно запустишь ритуал, что бы она ни сказала.

— Пожалуй.

Чёрные глаза, смотревшие на меня, чуть прищурились.

— Отвечаешь так, будто речь не о тебе. Почему не говоришь твёрдо, а будто предполагаешь? Только не говори, что если Дакия начнёт тебя логично и убедительно отговаривать, ты решишь остановиться.

— О чём ты? Я по собственной воле не остановлю ритуал. Это я могу заявить со всей уверенностью.

— Тогда почему ответил так неуверенно?

Я горько усмехнулся.

— Кто знает. Может, Дакия и правда подготовила способ меня остановить.

— Дакия?

Жизель фыркнула.

— Вообще не представляю, как она тебя останавливает. Она же на любые твои слова реагирует примерно так: «Хорошо-хорошо. Просто замечательно». Она слишком к тебе мягкая. Ну что она сможет? Разве не так?

— Думаешь?

Жизель энергично закивала.

— Точно так.

***

— Я разнесу его вдребезги.

— А?

— Правда?

Пёрли и Джамель уставились на Дакию так, будто не могли поверить, что это сказала именно она. Дакия кивнула, и её золотые глаза блеснули.

— Вы думаете, господин жрец Марнак остановится из-за пары слов, когда дело касается Матери? Господин жрец Марнак, которого знаю я, ни за что не остановится. И вообще всё это подозрительно. Эта неделя... Разве возможно, чтобы такой крепкий человек, как господин жрец Марнак, получил рану, из-за которой ему пришлось целую неделю отлёживаться? Скорее всего, он просто выигрывал время, чтобы что-то подготовить.

Джамель склонила голову набок.

— То есть в тот момент, когда мы согласились ждать, всё уже было кончено?

— Нет. Если господин жрец Марнак — именно тот господин жрец Марнак, которого я знаю, у нас обязательно будет шанс. Даже если он придёт ко мне уже после того, как подготовка ритуала полностью завершится, спусковой сигнал к запуску, скорее всего, будет у самого господина жреца Марнака. Ни у кого другого. Потому что господин жрец Марнак захочет единолично взять эту ответственность на себя.

— ...М-м.

Джамель моргнула салатовыми глазами и посмотрела на Дакию слегка туповатым взглядом.

— Я вообще ничего не поняла. Объясни подробнее.

— Я говорю вот о чём. Если всё пойдёт так, как я предполагаю, господин жрец Марнак, скорее всего, запустит ритуал в тот момент, когда наш разговор более-менее закончится. Значит, способ только один.

С самым серьёзным за всё время лицом Дакия твёрдо произнесла:

— Разнести господина жреца Марнака до того, как разговор закончится. Чтобы он даже запустить ритуал не успел. А за выигранное время мы спокойно, не торопясь, убедим господина жреца Марнака. Убедим его остановить ритуал!

— Стой-стой-стой!

Джамель посмотрела на Дакию так, словно никак не могла увязать услышанное в голове.

— Ладно. Теперь я примерно поняла, что ты хочешь сказать. Но самый важный вопрос вообще не решён. «Кто»? Кто, по-твоему, разнесёт господина жреца Марнака? И как? Я сразу говорю: не я. Я вообще не собираюсь драться с господином жрецом Марнаком. Ни капельки!

— Конечно, я.

Дакия сжала кулак.

— Я разнесу господина жреца Марнака. Силой, которую копила последние пять лет.

Глаза Джамель наполнились недоверием. Она посмотрела на Дакию, от которой странным образом так и веяло уверенностью, затем перевела взгляд на Пёрли.

— Пёрли. А ты что думаешь? Похоже на что-то возможное?

Пёрли странно осмотрела Дакию с головы до ног и неторопливо ответила:

— Я бы не сказала, что шансов совсем нет.

— А? Серьёзно?

— У неё есть один секрет. Узнай Марнак, чем эта девочка занималась, он бы подпрыгнул от изумления.

— Что за секрет? Почему только я не знаю?

— Ну, потому что...

— Потому что Джамель — это Джамель.

Дакия перебила Пёрли и вмешалась в разговор. Она погрозила Джамель пальцем.

— Если рассказать Джамель, она сразу же выложит всё господину жрецу Марнаку, едва увидит его лицо. Тогда мой козырь перестанет быть козырем. Поэтому я не могу сказать.

— Да не может быть! Это же травля! Мне тоже расскажите!!!

До следующего приёма пищи Джамель каталась по полу и отчаянно протестовала, но ответа так и не получила.

***

Кое-как закончив с едой, я расстался с Жизель и вышел из столовой: хотелось немного размять затёкшее тело. По дороге в тренировочный зал я заметил Перку. Он сидел на стуле в зале ожидания, весь поникший, и вокруг него чуть ли не клубами висело уныние.

Я уже собирался направиться в тренировочный зал, но образ Перки не выходил из головы. Пришлось повернуть обратно.

— Что делаешь?

— А... братан...

Услышав мой голос, Перка поднял на меня свои хмурые глаза. То, что обычно такой энергичный парень выглядел таким подавленным, было слишком очевидно.

Лепе серьёзно пострадала. Вероятно, он винил себя за то, что оставил её позади и носился поодиночке.

Но такие переживания... Раз Лепе жива, достаточно пару раз хорошенько повалять его по полу, и тяжесть наверняка немного отпустит.

Тем более я как раз собирался размяться. Удачно.

Я хлопнул его по плечу и кивком указал в сторону тренировочного зала.

— Пойдём. Сойдёмся в поединке.