Мастер вздрочки Куросава: После юности Том 1 Глава 2 После юности. Часть 2

На следующий день наши планы включали посещение Universal Studios Japan. Это было чрезвычайно популярное место, связанное даже для меня с важными воспоминаниями. Несомненно, каждый член Ордена Темных Рыцарей с нетерпением ожидал этого визита. Можно было сказать, что это была самая ожидаемая часть нашей поездки, без всякого преувеличения.

Однако.

Как справиться с образовавшейся неловкой атмосферой? После ночного разговора, казалось, между Нагаокой и Такигавой возникло недопонимание; даже обычно равнодушный к таким вещам Пицца-кун заметил, что с ребятами что-то не так.

По выражению лица Китахары я едва мог угадать, о чем она размышляет. Зная теперь тайны каждого из друзей, я был в замешательстве, не зная, как и о чем с ними разговаривать.

С самого начала мы напоминали людей, пришедших с просмотра самого скучного фильма. Но это продлилось недолго.

- Посмотри, Сэки-доно! Здесь билборд с Человеком-пауком!

- Китахара, взгляни! Это же Снупи! Какой милашка!

- Ох, жарковато… Может, съедим по мороженому и немного отдохнем? А, нет… Я же наберу вес.

Все вели себя так, будто ничего не произошло, демонстрируя прекрасное настроение. Но эта радость казалась какой-то сквозной, пустой. Чем больше все старались поднять себе настроение, тем больше мы отдалялись друг от друга. Из-за праздников парк был переполнен. Почему же мы ведем себя так неестественно?

- Как-то все нелепо.

- Точно.

Единственным человеком, с кем я мог спокойно поговорить, была Китахара. Нас объединяло то, что мы ничего друг от друга не скрывали.

Во время обеда в ресторанчике в моей голове роились мысли о том, что делать дальше. Прежде всего, нужно было помирить Нагаоку с Такигавой. Без них команда буксовала на каждом шагу. Как бы то ни было, их проблемы не могли решиться за один день. Для этого требовалось время. Вероятно, из-за этого их отношения оставались напряженными. Более того, я не думаю, что имел право вмешиваться.

Вот так все и шло. В конце концов, мы так ни к чему и не пришли, и продолжили кататься на аттракционах.

- Смотрите, там продают дождевики. Не хотелось бы промокнуть, как в прошлый раз!

Китахара, прежде чем мы пойдем кататься в Парк Юрского Периода, давай захватим их!

Такигава!

- Только не это! Ты хочешь лишить меня величайшего удовольствия лицезреть ваши намокшие груди? Пожалуйста, прояви милосердие!

Но меня прервали, и все остальное время тянулось мучительно долго.

Чтобы не опоздать на скоростной поезд, мы должны были покинуть парк до 17:30. Договорившись о месте, в 16:30 мы разбрелись по сувенирным лавкам.

Быстрее всех справился я, и ждал остальных в назначенном месте. Думаю, что немногие обрадуются моим сувенирам. Большинство из них я купил для Сугавы. Я не знал, что могло ей понравиться, и выбор подарков дался мне нелегко. В конце концов, я просто-напросто напихал в корзину все, что можно было расставить на полке или съесть с семьей. Так что я быстро справился.

Интересно, что бы я мог сделать для Сугавы, чтобы ее обрадовать. Не думаю, что одних сувениров будет достаточно, чтобы вернуть ее хорошее отношение. Но я не мог придумать ничего лучше.

Расстроенный, я уселся на скамью и еще раз проверил почту. Ни на вчерашнее, ни на сегодняшнее сообщение Сугава не ответила. Это могло означать, что она была ужасно зла на меня. Черт возьми, почему так легко разозлить человека и так сложно заставить его улыбнуться? Я ничего не смыслю в любви, и все мои попытки остаются тщетными.

Подняв лицо к небу, я вздохнул. И тут же услышал приятный голос Такигавы.

- Что тебя беспокоит, Куросава-кун?

- Такигава.

Такигава улыбалась, в руках она держала большой бумажный пакет, который едва могла охватить.

Такигава присела рядом со мной и пробормотала:

- Ух… Как же я устала.

Затем она со стуком положила пакет к ногам.

- Я прикупила уйму сувениров для всех моих друзей. Надо будет послать им на е-мейлы письма.

- А где Нагаока? Разве вы не вместе пошли?

- Ага. Я хотела кое-что обдумать, поэтому я его обогнала и пришла первой.

- Ну, раз так.

Хоть мы и провели вместе уже два дня, казалось, что мы давненько с ней не болтали. Из-за того, что она вечно ходит с Нагаокой, мне не часто удается поговорить с ней наедине. Я скучаю по нашим прежним разговорам.

- Ты думаешь о Нагаоке?

- Как ты узнал? – удивилась Такигава.

- У тебя на лице написано.

- Похоже, что ты меня раскрыл, да?

- Это подходящий момент, чтобы рассказать мне все.

- Думаю, что для тебя это лишнее. – Смущенно улыбнулась Такигава.

Что Такигава, что Нагаока совершенно не умели врать или скрывать свои чувства от остальных. Даже не зная подробностей их ссоры, постороннему человеку не составляло труда заметить, что между ними происходит неладное.

Поэтому меня так и подмывало подойти к ним на следующий день. Они притворялись счастливыми, словно агенты ЦРУ под прикрытием. Я очень переживал за них. Ведь именно благодаря им я мог радоваться жизни. Эта неуклюжая парочка никогда не отталкивала меня и была очень дорога мне.

- Куросава-кун, что тебя беспокоит? Выглядишь подавленным, сидишь, вздыхаешь.

- Я так плохо выгляжу?

- Ну, вроде того. Это из-за Сугавы? Думаю, тебе стоит поделиться со мной.

— Думаю, у тебя это не выйдет, — я невольно улыбнулся, и прежнее угнетённое состояние как рукой сняло.

Разумеется, я поведал ей о нашем с Сугавой недоразумении. О том, что не поставил её в известность о поездке, о вчерашней просьбе Сугавы, и о том, что она не отвечает на мои сообщения. Обо всём рассказал Такагиве.

Мы с Такагивой словно вели непринуждённую беседу в кафе, а не разбирали серьёзные сердечные дела. Меня можно было читать как открытую книгу.

Едва я закончил, как Такагива, немного задумавшись, решительно произнесла: — Ты не прав, Куросава-кун.

Я не ожидал от неё жалости, но её прямота всё же ошеломила меня.

— Ну да…

— Это твоя вина. Сугава-сан, возможно, и не собиралась ехать с нами, но ты обязан был заранее предупреждать о столь важных вещах. И уж точно не за ночь до отъезда!

Я, кажется, осознал, насколько был неправ. Вот почему мне показалось, что Сугава отреагировала на всё это несколько иначе. Хоть Такагива и уверяла меня, что Сугава просто обиделась и потому не отвечает на мои письма, я всё же думаю, что Сугава делает это намеренно.

— Она просто ревнует. Думаю, она разочарована, что ты поехал в поездку без неё, а она осталась на выходные совсем одна.

— А… Понимаю.

Всякий раз, когда я говорил Сугаве о Такагиве и других ребятах, она слушала с отсутствующим видом и равнодушно отвечала: «Ага, ну да». Её совершенно не интересовали мои друзья, и мне было сложно пробиться сквозь её безразличие. А ей было сложно показать себя настоящую.

Вот почему она вчера утром попросила взять её в поездку.

На самом деле, если бы Сугава стала любезной и начала бы общаться с другими, я бы чувствовал себя ужасно. Моё сердце сжалось бы от боли, и я бы ощутил, как она всё больше отдаляется от меня.

До разговора с Такагивой я никогда не думал, что всё так просто. Даже прочитав уйму книг, мне всё ещё не хватает опыта, чтобы понимать такие вещи. Чёрт, а ведь я даже смог пробиться в третий тур литературного конкурса, и всё же я ничего не смыслю в отношениях.

— А, чёрт. Ну, раз так, похоже, неважно, сколько времени пройдёт, я так и не решусь взять её за руку, не говоря уже о том, чтобы поцеловать Сугаву.

— Не думаю, что дело только в этом.

Мне больше не хотелось обременять Такагиву своими проблемами, не хотелось видеть горькую улыбку на её лице и заставлять говорить подобные вещи, когда у самой на душе кошки скребут.

— Ну, как бы это сказать? Тебе следует дорожить человеком, который рядом.

Такагива поднялась, словно что-то для себя решив, потянулась и пробормотала: — И мне тоже следует…

Она остановила взгляд на Нагаоке и остальных, которые подходили к нам, держа в руках бумажные пакеты, полные сувениров. Я с сожалением понял, что наш разговор придётся закончить.

Тем не менее, я должен был поблагодарить Такагиву за то, что она меня выслушала.

— Такагива.

— Да?

Такагива обернулась ко мне с загадочной улыбкой. Думаю, серьёзность мне идёт больше, чем ей.

— Спасибо, что выслушала. Ты тоже постарайся!

— А, ну да.

В конце концов, это всё, что я мог сказать.

Хоть мне было известно, что происходит между ними, я всё же не знал, как поступить. Думаю, если дать им время, они сумеют прийти к компромиссу. Тем более, это же Нагаока. Он справится со всем этим куда лучше без вмешательства третьих лиц. Хоть они вдвоём и плохо справляются с конфликтными ситуациями.

Теперь я в этом убеждён. Мы сделали традиционную финальную фотографию.

Пятеро в парке развлечений. За нашими спинами большими буквами светится название парка Universal Studios Japan.

Ничего не напоминает, нет?

Признаться, мы все проделали это именно ради этой фотографии.

С третьей четверти прошлого учебного года я мечтал об этом.

Возвращаясь на скоростном поезде, я пытался дозвониться до Сугавы, стоя в тускло освещённом коридоре. После нескольких бесплодных попыток мне удалось включить почту.

Интересно, где Сугава, что она делает? Что она думает обо мне. Я не мог перестать беспокоиться. Не думал, что мне будет так плохо без неё.

С этого момента я решил, что буду поступать правильно и буду рассказывать обо всём, что происходит в моей жизни, как бы глупо это ни смотрелось со стороны.

— Э… Привет, это Куросава. Сейчас я в поезде, думаю, мы приедем обратно в 8:30. Я ещё не ужинал. Если у тебя всё хорошо, давай поужинаем вместе. Ответь мне, я буду ждать.

До этого момента я не мог говорить Сугаве о таких вещах с лёгкостью. И хоть всё прошло не так гладко, как хотелось бы, я был рад, что отправил ей это сообщение на почту.

Я убрал мобильник обратно в карман и вернулся к остальным. Я сел на третий ряд. Все дремали. За эти дни мы вымотались до изнеможения, и теперь спали счастливые, как после школьной поездки.

Все, кроме Китахары. Хоть она и смотрела в окно, словно любуясь пейзажем, и делая вид, что не собирается разговаривать со мной, меня это не задевало.

— Эй, Китахара.

— Что?

— У тебя есть е-мейл Пицца-куна?

Она покачала головой.

— Я знаю, ты не особо его жалуешь. Я не собираюсь вас сводить или что-то в этом роде. Но я пошлю тебе адрес Пицца-куна.

Как только я застучал по кнопкам, Китахара неуверенно спросила: — Зачем ты это делаешь?

- Ничего страшного, что ты его не любишь. Просто будь на связи. Это моя единственная просьба.

Тяжко переживать разлуку с человеком, который тебе дорог. Достаточно всего двух-трех дней, чтобы ощутить себя одиноким и покинутым. А уж жить в разных городах — это и вовсе в сто раз хуже. Возможно, я преувеличиваю, но я не хочу, чтобы Пицца-кун тоже чувствовал себя одиноко.

- Ну, если только время от времени…

- Пожалуйста.

Убедившись, что Китахара получила его электронное письмо, я закрыл глаза. Нормально ли то, что я не могу уснуть от беспокойства? Я был на пределе.

- Отлично, теперь можно и поспать.

Вернувшись в город, мы разошлись по домам. Как обычно, первым ушел Пицца-кун, коротко кивнув нам на прощание. Все помахали ему, но он уже растворился в сгущающихся сумерках.

- Мне тоже пора, ребята! Последние два дня были просто невероятными! С нетерпением жду следующей встречи!

- Думаю, я тоже пойду. Куросава-доно, Китахара-доно, огромное спасибо за эти два замечательных дня!

Орден Темных Рыцарей лишился еще двоих членов. Я дал себе клятву, что обязательно увижусь с ребятами в ближайшее время. Ведь мы живем в одном городе. Мы можем видеться, когда захотим.

Однако, однажды наши пути разойдутся, и каждый пойдет своей дорогой. Пицца-кун переезжает в Киото в следующем году. И этот день не за горами. Такигава после выпуска тоже собирается перебраться в другой город (префектуру). Два года пролетят в одно мгновение.

Нет никакой гарантии, что мы с Нагаокой и Китахарой останемся друзьями навсегда. Возможно, однажды наступит день, и мы скажем друг другу: – Ну, что ж. Увидимся.

Прощаясь с ними, я буду чувствовать себя еще более одиноким, чем сейчас.

Смелое признание Пицца-куна.

Неожиданная ссора между ребятами.

Это не просто их личные проблемы.

- Я буду чувствовать себя одиноким… — пробормотал я.

Рядом неторопливо шла Китахара. Мы остались вдвоем. Это навевает ностальгию. Я вспомнил, как мы полгода назад катались по ночному городу на моем велосипеде.

- Почему ты вдруг почувствовал себя отстраненным? Не смеши, Куросава. – Китахара наклонила голову, тем самым еще больше напоминая мне белку. Я невольно рассмеялся.

Китахара ни капельки не изменилась. У нее странный характер, и она не очень разговорчива, но все же, мне доводилось видеть ее с лучшей стороны. И даже терпеть ее девичьи выходки.

- Всё хорошо. Увидимся, Китахара.

- Ну ладно. Пока-пока.

Я помахал рукой на прощание и остался совершенно один.

Дорога домой показалась длиннее обычного из-за всех этих сентиментальных переживаний. Плечи ныли от тяжести сувениров. Эти два дня полностью меня измотали. Но унять чувство одиночества было куда сложнее.

Когда-нибудь и этим беззаботным денькам придет конец. Больше не будет прекрасного дня, когда мы соберемся вместе в том парке, чтобы сделать общую фотографию. От этой мысли мне стало еще хуже. Ведь члены Ордена Темных Рыцарей — единственные и незаменимые друзья такого неудачника, как я. Даже думать не хочу, что наши пути когда-нибудь разойдутся.

Сугава так и не ответила на мои сообщения. Поначалу я не придавал этому значения, но сейчас, понимаю, что своим молчанием сотовый разрывает мою душу в клочья.

Я такое ничтожество.

Пока я шел, размышляя об этом, кто-то окликнул меня сзади. Я застыл на месте.

- Ты, мастер вздрочки! Прошло всего два дня! А выглядишь, как побитый щенок!

Вздохнув с облегчением, я обернулся. Не то чтобы я ждал именно этого. Мне хотелось именно услышать ее хриплый голос. Болтая ногами, на заборе сидела Сугава.

- Сугава!

- Чёрт возьми, почему ты так медленно шёл? Ты хуже улитки, идиот! Думала, придётся ждать целую вечность.

Я скучал по ее грубому тону. Отчего-то я почувствовал себя таким счастливым. Мое сердце учащенно забилось. Как только я ее увидел, из головы вылетели все вопросы, которые я приготовил для разговора.

Ее лицо было освещено тусклым светом фонаря. Сугава спрыгнула с забора, держа руки в карманах куртки. Она слегка улыбнулась.

- Ну, с приездом.

Сугава была голодна, и мы решили пойти перекусить. Выбор пал на кафешку, где готовили вкусную лапшу (рамен).

- Всё нормально. Я понесу. Я говорю, понесу сама поднос. – Непрестанно повторяет Сугава, толкая меня вперед. Каждый раз одно и то же. Она всегда ужасно смущается, когда я приглашаю её пообедать вдвоем.

Не думаю, что ждала меня в парке, чтобы сделать сюрприз.

- Мне просто стало скучно, вот я и пришла, – объяснилась Сугава.

Даже если и так, могла бы хоть сообщение послать.

Пока готовилась наша лапша, мы с ней успели повздорить. В конце концов, я извинился перед ней:

- Прости, я был неправ. В следующий раз я обязательно буду предупреждать о таких вещах.

- Да забей. Я вела себя, как ребёнок. Я уже не злюсь на тебя. – Сугава смущённо отвела взгляд и уставилась на столешницу. – Я… Я просто вышла из себя. Ну, чуток переборщила.

Вот те на. Похоже, Такигава была права. Несмотря на разные характеры, девочки похоже отлично понимают друг друга.

Что же меня действительно удивило, так это румянец, который появился на лице Сугавы. Но она поспешно сменила тему разговора, расспрашивая меня о поездке.

- Да многое произошло, но это было весело. – Так ведь всё и было. – Кстати, я приобрёл тебе уйму сувениров.

- Я тебя не просила!

- Это всё тебе. – Я вложил огромный пакет в её руки. Статуэтки животных, сладости и всякая мелочь лежали вперемешку, – всё ради неё. Хоть бы ей понравилось.

Заглянув в сумку, Сугава нахмурилась.

- Ты что, дурной? Зачем так много притащил? Ты что, скупил ВЕСЬ магазин? О чём ты думал? Столько всякой ерунды!

Да, она меня отчитала. Стало немного неприятно от такой благодарности.

- И всё же… Спасибо за сувениры, – улыбнулась она.

И всё встало на свои места.

Обсудив подарки, мы поужинали. Мы разговорились, и пока я болтал, моя лапша успела остыть. И всё же это было самое вкусное блюдо из всех, что я ел за последние дни.

Наверное, это из-за присутствия Сугавы.

Потом мы решили возвращаться домой.

Я уже не ощущал усталости. Наверное, потому что мы подкрепились в кафе. Хотя хватит врать, остановись уже, Куросава! Очевидно же, что мне было хорошо из-за присутствия Сугавы.

Мы уже не болтали, как в кафе. Мы молча шли в сторону дома. Я свернул в другую сторону. Сугава закурила сигарету. Я же размышлял о нашем разговоре.

- Поедем куда-нибудь на летних каникулах?

- Что? Вдвоём? – Изумлённо воскликнула Сугава. Не ожидал, что она настолько удивится такому предложению.

Цени тех, кто рядом… Такигава говорила об этом, верно? Да, именно об этом.

Не уверен, что это применимо к нам с Сугавой.

Поэтому я должен попытаться это изменить.

Эта поездка помогла мне осознать, что в один прекрасный день наши пути разойдутся; того, что было, не вернуть. Нам повезло, что в этот раз мы смогли собраться и сделать общий снимок на память, как и хотела Такигава.

Теперь мы можем попрощаться с нашими детскими мечтами. Придёт день, когда эти воспоминания затеряются среди тысячи других.

Но что касается Сугавы. Я не хочу, чтобы она осталась лишь в моих детских воспоминаниях. Я хочу, чтобы она стала частью моего взросления. Моего будущего.

Хочу, чтобы мы это «когда-нибудь» встретили вместе.

- Накопим деньжат и оторвёмся вдвоём. Будет столько отличных воспоминаний.

- Ага… Стой! Ты не можешь решать за нас двоих! С каких пор?

Она легонько ткнула меня в голень. Взбалмошная, как всегда.

И мы взялись за руки.

Впервые за пять месяцев. Я впервые держал Сугаву за руку, её ладошка была лёгкой и маленькой.

- Вот каково это – держать девушку за руку.

- Заткнись… Заткнись и просто иди.

Стало неловко, что разговор закончился на повышенных тонах. Но всё же, у меня стало одним прекрасным воспоминанием больше.

Уверен, это только начало.