Возрождение Хуашань (Новелла) Том 1 Глава 450 Никогда не думал, что смогу встретить единомышленника. (5)
Ранее в Возрождение Хуашань (Новелла)...
Тонкая струйка полилась из заварочного чайника в чашу, медленно распространяя слабый аромат чая.
Взгляд Хён Чжона был прикован к плескавшейся в чаше жидкости.
Волны, расходившиеся по поверхности, постепенно успокаивались, обретая покой.
„Похоже на Хуашань.“
Недавно он вновь кое-что осознал.
Возможно, все в этом мире не так уж сильно отличается от того, как чай наполняет чашу. Чтобы наполнить ее, нужно налить чай, и, когда он льется, некоторое время он неизбежно бурлит и плещется.
„Невозможно наполнить чашу без бурления...“
Несмотря на то, что он много лет прожил, не расставаясь с чайной церемонией, только сейчас он увидел в чае целый мир.
«Всё в мире есть Дао...»
Уголки его губ тронула легкая улыбка.
Было бы неплохо передать это осознание ученикам Хуашань, но, подобно тому, как сам Хён Чжон лишь спустя годы постиг мир, заключенный в чае, им придется самим искать своё Дао.
Его роль заключалась лишь в том, чтобы присматривать за ними, не давая свернуть с истинного пути.
«Чайный аромат хорош.»
Хён Чжон улыбнулся словам Хён Сана.
«Правда?»
Наслаждаясь чаем, Хён Сан медленно кивнул.
«Раньше я даже не чувствовал его вкуса, но теперь, кажется, понимаю, почему так много людей говорят о чайной церемонии.»
«У тебя появилось немного свободного времени.»
Хён Чжон с улыбкой посмотрел на Хён Сана.
Хён Сан только недавно полностью оправился от отравления, полученного в битве с Мириадами Людских Домов. Возможно, из-за улучшения самочувствия выражение его лица стало мягче.
«Я думал, дети к этому времени уже вернутся.»
«Разве они не те, кто всегда выполняет свою работу? Это может занять некоторое время, но дети вернутся без каких-либо серьезных происшествий.»
«Хорошо. Надеюсь на это.»
Хён Чжон мягко взглянул в окно. Чистое голубое небо отражалось в его глазах.
«Дни проходят....»
«Ааааааак!»
«...Так ясно.»
«Верно.»
Во всех смыслах этого слова. Что бы это ни значило.
Несмотря на отчаянные крики, доносившиеся снаружи, оба продолжали наслаждаться чаем, будто ничего не происходило.
«Чем занят Хён Ён?»
«Сегодня день расчетов с Торговой Гильдией Ынха. Он встречается с Молодым Главой.»
«Хо-хо. Хён Ён делает....»
«Аааа, наставник! Пожалуйста, пощадите! Аааак!»
«......работу, но мне немного неловко, что мы пьем чай без него.»
«У всех есть свои дела.»
Хён Сан прищелкнул языком.
«К тому же, он не считает это работой. Она и так приносит деньги, но откуда они берутся? Туда совсем не обязательно ехать лично, но он все равно рвётся. Тц-тц.»
Хён Чжон посмеялся над его замечанием.
«Точно. Все....»
«Ааааааак!»
«...усердно....»
«Н-наставник! Я сейчас правда умру!»
«…Хуашань…»
«Нет, я больше не могу! Аргх!»
Хён Чжон, не успев закончить фразу, дернул бровями и замолчал.
«Кхм...»
Хмыкнув, он поднялся со своего места и направился к двери.
Бам.
Открыв дверь, он увидел учеников Хуашань, лежавших на земле. Они стонали и ползали с почти безжизненными лицами.
Глядя на металлические утяжелители, свисающие с их конечностей, можно было догадаться, почему они так громко кричали.
«Наставник!»
«Пожалуйста, пощадите!»
Пока все корчились на земле, только один человек шел неторопливым, уверенным шагом.
Ун Гом.
Он с улыбкой смотрел на детей. Один рукав его верхней одежды был пуст и развевался на ветру.
«Не так уж много вы тренировались.»
Все ученики Хуашань смотрели на Ун Гома с такими лицами, будто вот-вот испустят дух.
«Мы же умрем такими темпами, наставник?»
«Хе-хе. Откуда вы знаете?»
«А?»
«Я знаю, потому что я проходил через это. Люди не умирают так легко.»
«......»
Лица учеников содрогнулись.
Если бы это сказал кто-либо другой, а не Ун Гом, они сочли бы это за шутку. Разве не он, в буквальном смысле, не так давно вернулся с того света после инцидента с Мириадами Людских Домов?
Каким образом можно было бы опровергнуть подобное заявление? Было ясно, что никакие слова не могли бы с этим справиться.
Заметив смятение в глазах своих учеников, Ун Гом позволил себе улыбнуться и продолжил свою речь.
«Я посвятил всю свою жизнь боевым искусствам, но ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь умер во время тренировок. Так что не беспокойтесь понапрасну».
«......»
Кто вообще стал бы проводить подобные тренировки...? Нет, более того, разве подобные слова могли бы успокоить хоть кого-то здравомыслящего?
«А?»
Ученики, сглотнув невысказанные возражения, недоуменно уставились на Ун Гома.
«И еще».
Ун Гом, не меняя выражения лица, обратился к ним с холодным спокойствием.
«Все, что я делаю сейчас, делается ради вашего же блага».
«...Э?»
«Чон Мён скоро вернется».
Одно лишь упоминание имени Чон Мёна заставило лица учеников побледнеть.
«Судя по тому, что его возвращение затянулось дольше, чем ожидалось, он, должно быть, столкнулся со множеством трудностей... Что, если, вернувшись, он увидит, что вы не тренировались должным образом, как он того ожидал?»
Это правда...
‘Он впадет в ярость, будет пениться от злости.’
‘Даже думать об этом не хочется.’
‘Черт!’
Они уже могли представить себе яростного Чон Мёна с безумным блеском в глазах.
«...Когда человек обретает известность, он имеет тенденцию меняться».
«Как можно быть таким решительным и методичным в своих стремлениях, как...»
Ун Гом усмехнулся, наблюдая за перешептывающимися учениками.
«Так что я не издеваюсь над вами. Скорее, даже помогаю. Разве не лучше тренироваться у меня, чем у Чон Мёна?»
В этом не было никаких сомнений.
По крайней мере, они знали, что навыки владения мечом у Ун Гома все еще были на высшем уровне. Хотя в последнее время он, казалось, начал немного перегибать палку.
«Однако... вы выглядите довольно счастливым, несмотря на все свои заботы?»
«Не совсем так».
Ун Гом весело рассмеялся.
«Говорят, что во всем есть свой Дао, и, конечно же, оно есть даже в обучении. Когда я учу вас чему-то новому с нуля, я сам многому учусь. Каждый день по-своему уникален, так как же можно не радоваться?»
«......»
Это было довольно громкое заявление, но, если интерпретировать его, оно означало, что ученики, выполняя упражнения, осваивали различные техники и быстро становились сильнее.
‘Наставник таким не был.’
‘Он поддался влиянию, поддался влиянию. Почему он стал точно таким же.’
Ученики Хуашань тихо сглотнули подступившие слезы.
Если Глава Секты Хён Чжон наблюдал изменения в Хуашань наиболее ясно и точно, то его ученики ощущали их на собственной шкуре.
Несмотря на то, что секта становилась богаче и известнее, их жизнь с каждым днем становилась все труднее и труднее.
В этот момент.
«Это...»
Все головы повернулись в сторону донесшегося откуда-то голоса.
«Приветствую Лидера Секты».
Ун Гом посмотрел на открывшуюся дверь и, увидев Хён Чжона, низко поклонился.
«Д-действительно. Вижу, вы усердно трудитесь».
Хён Чжон окинул взглядом учеников Хуашань, которые все еще ползали по земле. Их полные надежды взгляды устремились на него.
‘Лидер Секты!’
‘Пожалуйста, скажите что-нибудь! Наш наставник не в себе!’
‘Если мы так продолжим, мы можем заболеть!’
По их взглядам Хён Чжон сразу понял, что они имеют в виду. Поразмыслив, он кашлянул и произнес.
«Вы тренируетесь?»
«Да. Я так сосредоточился на обучении, что не заметил, как мы оказались перед резиденцией Главы Секты. Прошу прощения, что не подумал об этом. Я переведу их в другое место».
«Нет-нет. Разве есть специально отведенное место для тренировок? В Хуашань нет такого места, где нельзя было бы практиковаться».
Он мягко покачал головой, посмотрел на Ун Гома какое-то время, а затем заговорил намеками.
«Но тренировка немного… мне кажется, она слишком суровая».
«Да, Глава Секты».
В глазах учеников вспыхнула искра надежды.
Ун Гом улыбнулся и ответил Хён Чжону.
«Но тренировки не имеют смысла, если они не трудны. И, кроме того, разве тренировки, которыми мы занимаемся ежедневно, не спасут их в экстренной ситуации? Как это было в битве с Мириадами Людских Домов?»
«......»
«Мы никогда не должны пренебрегать тренировками, даже ради своих детей».
«Хм, это верно».
Хён Чжон на мгновение обратился к своим ученикам. Это был взгляд, полный жалости.
‘Лидер Секты!’
‘Почему ты молчишь, Лидер Секты?’
Он быстро отвернулся от всех этих сверлящих глаз.
‘Простите меня.’
Он хотел бы им помочь, но был скован обязательствами Главы Секты. К тому же Ун Гом, вернувшийся с того света, казался более оторванным от реальности, чем раньше, поэтому общаться с ним на такие темы было сложно.
«Кхм. Тогда удачи в твоем нелегком труде».
«Да, Лидер Секты».
Стук.
Дверь без промедления захлопнулась. Ученики Хуашань с отчаянием в глазах уставились на закрытую дверь.
«Л-Лидер секты…»
Убедившись, что дверь закрыта, Ун Гом ухмыльнулся.
«Хорошо, тогда продолжим».
«......»
"Судя по тому, как вы заглядывали в глаза главе секты, похоже, в вас еще осталась искорка жизни. Так почему бы нам не провести еще одну тренировку?"
"Наставник!"
"Мы были неправы, наставник!"
Раздались звуки, полные отчаяния.
В этот момент последние надежды и мечты покинули Хуашань.
'Неужели я действительно умру? Умру даже без Чон Мёна.'
'Как же я скучаю по старым временам. Я так сильно скучаю....'
Прошлое.
При мысли о том, каким безмятежным и простым было место Хуашань до появления Чон Мёна, слезы невольно навернулись на глаза.
Но, к сожалению, на этом их страдания не закончились.
"Хорошо, тогда быстро..."
Грохот.
"Хм?"
Ун Гом повернул голову в сторону.
Грохот.
Странный звук доносился откуда-то издалека, со стороны главных ворот секты.
"Хм. Похоже, они прибыли."
"Да?"
"Давайте все пойдем к воротам. Похоже, дети возвращаются."
"О?"
Услышав шум, доносившийся со стороны ворот, ученики Хуашань мгновенно вскочили на ноги.
"Сахёны возвращаются!"
"Откройте главные врата!"
Все поспешно бросились ко входу.
Радость от возможности избежать тренировки, хотя бы на короткое время, казалось, преобладала даже над радостью от возвращения Чон Мёна с группой, но Ун Гом вряд ли мог их в этом винить.
"Сасук!"
"Сахён!"
Ученики Хуашань энергично распахнули ворота. Выйдя вперед, они стали ждать, пока те поднимутся.
Ещё более прекрасным зрелищем было наблюдать, как они ярко улыбаются, ожидая возвращения своих сахёнов из долгого путешествия.
Была лишь одна загвоздка.
Грохот.
".....Что это за шум?"
"Точно?"
Все недоуменно вертели головами из-за необъяснимого звука.
А затем.
Блеск.
"Кхык! Снег!"
"Что это за сияние? О, это голова."
Словно яркое солнце, взошедшее над горизонтом, из-за холма показалась круглая голова.
"Монах Хе Ён!"
"С возвра..."
Те, кто хотел поприветствовать его с лучезарной улыбкой, неловко замолчали и прикрыли рты.
"Хааааа...."
Тук! Тук!
Каждый раз, когда Хе Ён шаг за шагом приближался по холму, ученики Хуашань вздрагивали и отступали назад.
'Монах Хе Ён... верно?'
'По-моему, он похож на него?'
'... Он прошёл через ад?'
Хе Ён, безусловно, был Хе Ёном, но что-то в нем отличалось от парня, которого они знали. Застенчивого юноши, каким он был, отправляясь в путешествие, нигде не было видно, только демон (5) с горящими глазами.
(5) Демон (кор. 야차) – якша, посланник ада.
".....Это что, звук телеги? Не похоже...."
"Звучит так, будто она сделана из железа."
Грохот. Грохот.
Когда Хе Ён полностью взобрался на холм, позади него появилась большая телега, а за ней — группа Пэк Чхона, которая её тащила.
"......"
Когда они поднялись на холм, одетые в истлевшие лохмотья, покрытые грязью и пылью, ученики ощутили пугающее чувство, которое невозможно было выразить словами.
"Са-сахён."
".....Вы хорошо добрались?"
Все приветствовали их с осторожностью. Затем Пэк Чхон, согнувшись позади Хе Ёна, поднял голову.
Цык.
Он мгновенно окинул взглядом всех учеников Хуашань.
"...Очень....."
Уголки его рта искривились, и раздался звук скрежета зубов.
"А вы тут, похоже, отлично проводите время."
"......"
'Нет? Всё не так?'
'Мы действительно очень усердно работали?'
Но они не могли этого сказать в их присутствии. Просто взглянув на грязь, покрывающую их лица, и состояние их одежды, можно было понять, насколько тяжёлым было их путешествие.
".....Посмотрите, какая у них чистая одежда." – подхватил Юн Чжон.
".....Прямо-таки наслаждаются всеми прелестями жизни." – добавил Чо Голь.
"Нужна тренировка." – глаза Ю Исоль излучали ледяную ярость.
"Сахёны тоже должны страдать!" – скрипнув зубами, сказала Тан Сосо.
А Пэк Сан, у которого не осталось сил, чтобы что-то сказать, бросил телегу и, задыхаясь, рухнул на землю.
"......"
Пэк Чхон, медленно подойдя к приветствующим его ученикам Хуашань, заговорил.
"Вы, должно быть, усердно тренировались, пока нас не было, верно?"
".....К-конечно, сахён!"
"Правда?"
Его глаза сияли ледяным светом.
"Тогда давайте проверим. А если мне не понравится, то вы все получите."
'Это...'
'Сахён?'
'Почему такое говорит сахён, а не этот ублюдок Чон Мён......'
"Мы на месте?"
В это время Чон Мён проснулся в телеге и потёр глаза.
"Ох, я проголодался. Сначала мне нужно перекусить."
Он спрыгнул с телеги и неторопливо вошёл в главные ворота. На его шее даже сидела белая куница.
"......"
Вопреки всеобщему ожиданию, жалоб не последовало.
Но.......
'Почему это выглядит ещё более отвратительно?'
'И не говори.'
"Отвернулись?"
Те, кто неосторожно повернули головы, чтобы проследить за Чон Мёном, резко вернули их в исходное положение, услышав слова Пэк Чхона.
"Куда...."
Пэк Чхон ухмыльнулся, его лицо стало ослепительно-зловещим.
Ученики секты Хуашань обнаружили, что его улыбка каким-то образом напоминала улыбку Чон Мёна.
«Давайте проверим ваши способности. Как усердно вы тренировались».
«……»
В глазах учеников Хуашань застыло безмерное отчаяние.
