Цивилизация Мудрецов (Новелла) Том 1 Глава 133 Вкус предательства

Войска Мангула стремительно двигались вперед, пока Чан Ван наблюдал за ними сверху. Наибольшую задержку колонне создавали низкорослые кобольды, чьи короткие ноги не позволяли им поддерживать общий темп. Несмотря на то, что они составляли основу армии, кобольдские отряды пришлось разместить в арьергарде из-за их медлительности.

«Слишком медленно. Необходимо ускориться».

Чан Ван отправил Откровение жрецам, находившимся в разных частях войска. Получив божественную волю, командиры немедленно приказали колонне ускорить шаг.

Однако пешие войска не могут бесконечно наращивать скорость. Солдаты и так двигались почти бегом; поддерживать такой темп долго было невозможно. Уже через короткое время несколько человек начали отставать.

«Нет. Только не сейчас. Нельзя отставать здесь».

Чан Вану это не нравилось, но другого выхода не было. Колонну замыкали младшие рыцари, которым было поручено собирать отставших и возвращать их в строй. Тех, кто шел медленно или чувствовал себя плохо, они объединяли в небольшие группы и двигались вместе с ними, поддерживая несколько меньший темп.

Цель этого маневра была очевидна.

Грохот!

Небо позади вспыхнуло, на мгновение озарившись ярким светом. Чан Ван обернулся.

До места сражения было слишком далеко, чтобы разглядеть детали. Вдалеке виднелась невиданная прежде на Третьем континенте масса существ, слившихся в хаотичный клубок. Разобраться, кому какое существо принадлежит, было уже невозможно. Сам Апостол, чья атака только что осветила небо, также не был виден: слишком далеко.

«Что они там вообще устроили?»

При желании он мог бы развернуть Малую Область и провести разведку, но решил этого не делать.

«Догнали».

Конница Черной Чешуи уже настигала их. Впереди неслась легкая конница куорков, а за ней — всадники самых разных видов.

«Если ничего не предпринять, нас начнут уничтожать по частям».

Пехота не может просто бежать, когда за спиной находится вражеская конница. Каждый новый наскок будет разбивать арьергард; затем пехота, следующая за всадниками, прочешет местность и добьет тех, кто рассеялся. Даже уцелевшие после разгрома вряд ли вернутся в строй: из страха перед войной и воинской дисциплиной они, скорее всего, предпочтут дезертировать.

«Значит, нельзя все время бежать, подставляя им спину».

Как только показались куорки, замыкающий отряд Мангула остановился. Отставшие, которые до этого никак не могли поддерживать темп остальных, сначала даже обрадовались короткой передышке. Радость испарилась, едва прозвучал следующий приказ.

— Кругом!

Тот, кто уже не может угнаться за своей частью, с высокой вероятностью перестанет быть боевой единицей: погибнет, сбежит или просто не вернется в строй. Поэтому Чан Ван без колебаний решил использовать этих людей хотя бы так, чтобы сохранить боеспособность остальных.

Конница Черной Чешуи не только не сбавляла ход, но и ускорялась. Увидев, как всадники несутся прямо на них, мангульцы, едва успевшие сомкнуться в спешно выстроенное каре, заметно дрогнули. Один солдат сорвался с места и побежал; рыцарь тут же настиг его и зарубил.

Затем рыцарь, надрывая голос, закричал:

— Копья выше! Бейте всадников в грудь и руки!

Но никто из конницы Черной Чешуи не собирался послушно налетать на копья окаменевших от страха солдат. Вместо этого на мангульцев обрушились клювы и когти куорков, а следом — копья всадников. Людей разрывало на части; они падали, лишаясь рук и голов.

Некоторые пережили первый удар, вовремя пригнувшись. Они уже успели с облегчением выдохнуть, когда куорки пронеслись мимо, даже не оглянувшись. Через мгновение их затоптали копыта конницы, шедшей следом.

«...Я знал, что так и будет».

Эти солдаты отстали именно потому, что у них почти не осталось сил. К тому же их было слишком мало: спешно собранное каре не могло остановить полноценную кавалерийскую атаку.

Конница Черной Чешуи продолжала преследовать Мангула.

Вскоре остановился следующий арьергардный отряд. На этот раз в нем было уже больше сотни бойцов вместо прежних сорока-пятидесяти. Но для вражеской конницы разница могла показаться несущественной.

«Пусть считают, что разницы нет. Это приманка».

Чан Ван рассчитывал совсем на другое.

«Небула наверняка бросил все силы на бой с Крампусом и AР1026. Лунда там же. Насчет Эльдара не знаю, но эти солдаты точно не ожидают, что на них обратит внимание кто-то еще из игроков».

Если Чан Ван сейчас пустит в ход значительную силу, он может привлечь внимание Сун Вуна. Поэтому Чан Ван сознательно выбрал простую тактику.

«Думают, небось, что просто гонят перед собой разбитого врага. Еще пожалеют».

Перед позициями второго арьергарда темнел лес. Для всадников Черной Чешуи этот участок оставался мертвой зоной. Там Чан Ван заранее спрятал мангульскую конницу.

«Копейщики станут наковальней, конница — молотом. Хоть один хороший удар я им нанесу».

Даже если бы не сама ловушка, причинить вражеской коннице серьезный урон было необходимо: потери мангульской пехоты уже становились слишком велики.

«Идут».

Когда коннице Черной Чешуи оставались считанные мгновения до столкновения с пехотой, мангульские всадники вырвались из леса и с ходу ударили во фланг. Для врага, уже разогнавшегося в лобовой атаке, уклониться было невозможно.

— Есть!

Чан Ван преждевременно обрадовался.

Среди порядков Черной Чешуи раздался неожиданный приказ командира:

— Цельтесь!

«Цельтесь?..»

Лишь в этот момент Чан Ван смог как следует рассмотреть, каким оружием были оснащены эти всадники. В руках каждого находился длинный стержень с массивным железным цилиндром на конце. Эти железные стволы синхронно повернулись в направлении наступающей конницы Мангула.

И тогда Чан Ван осознал, что перед ним.

«Ручные пушки!»

— Огонь!

Раздался резкий щелчок, и из железных стволов вырвалось пламя.

Осколки камня, пронзая клубы белого дыма, обрушились на всадников Мангула. Некоторые лошади, получив попадания в головы, падали без чувств; другие сбрасывали своих седоков. Идущие следом кони, спотыкаясь о павших, тоже валились. Некоторым удалось в последний момент рвануть поводья, пытаясь отвернуть, другие останавливались, чтобы утихомирить обезумевших животных. Через мгновение строй превратился в полный хаос.

А затем конница Черной Чешуи, вырвавшись из окутавшего ее белого дыма, смяла ошеломленную пехоту.

«Проклятье!»

* * *

На этот раз золотой клинок копья Лакрака рассек игрока AP1026 — или, в этом мире, богиню Амбон. Казалось, она собиралась что-то крикнуть, но Лакрак опередил ее. Амбон уже упала; от верхней части ее тела сохранилась лишь левая половина. Лакрак сверху вонзил копье ей в голову.

По земле прошел мощный электрический разряд, повсюду брызнули искры. После этого Амбон больше не подавала признаков жизни.

Лакрак не торопился. Он оглядел раны, оставленные атаками Амбон, несколько раз повел плечом, затем легко сжал и разжал кулак, проверяя, все ли функционирует должным образом. Практической необходимости в этом почти не было. Скорее, это была привычка, оставшаяся с тех времен, когда он был жив.

Затем Лакрак взглянул в пустоту, коротко кивнул и подошел к лежавшему на земле ренарду. Протянул руку.

— Вы в порядке?

— А, спасибо.

Лунда все еще удерживала Иерофантию и находилась в теле своего жреца-ренарда. Она ухватилась за ладонь Лакрака и поднялась.

Лакрак произнес:

— Ночное Небо сообщает, что Амбон мертва.

— Я уже видела.

После схватки Лунда еще некоторое время пролежала неподвижно. Причина была очевидна: окно статуса оставалось открытым.

「Игрок 'AP1026' стал Вассалом.」

「Игрок с наибольшим вкладом в победу над 'AP1026'...」

「...игрок 'Небула (64,3%)'」

«Ну конечно».

Основные силы противника Лунда действительно уничтожила сама, подняв восстание. Но появившееся в мире воплощение AP1026 добил Лакрак — Апостол Небулы.

«Хорошо хоть не семьдесят процентов. Значит, и от меня была какая-то польза».

Этим Лунда пока решила утешиться.

На мгновение Лунда снова погрузилась в размышления о предательстве и достигнутой таким образом победе. Ее мысли прервал голос.

— Ты чего? Двигайся.

— А?

— Сказано же: двигайся. Очки Веры сгорают, а ты так и будешь торчать в Иерофантии? Ты уже убедилась, что AP1026 мертва. Война еще не закончилась.

Армия мятежников Красного Пламени и войска Золотого Ока были разбиты в пух и прах. Мангул отступал. AP1026 стала Вассалом — то есть фактически была мертва.

— ...Разве это еще не конец?

— Конец? Он наступит, когда мы как следует подсчитаем очки.

Подсчет очков.

Насколько помнила Лунда, это был термин из игры го. После партии подсчитывали, сколько очков территории набрали черные и белые.

«А про предательство он даже не спросил».

Сухо и без лишних слов.

Лунда произнесла голосом ренарда:

— Мне пора.

Лакрак молча кивнул. Почему-то в его взгляде было сочувствие, словно он смотрел на коллегу, которой ему было жаль. И, что было совершенно нелепо, Лунде от этого действительно стало немного легче.

Она тоже тронулась с места.

* * *

Прошло полтора месяца.

Стало очевидно: после предательства Лунды и гибели AP1026 война вступила в новую фазу. Чан Ван попытался исправить собственные промахи и добился некоторых успехов.

Во время отступления ему почти не удалось нанести серьезного ущерба Черной Чешуе, зато он достиг куда более значимого результата. Чан Ван вывел живыми более двух третей войск Мангула, а также прикрыл солдат Золотого Ока и спас еще три тысячи бойцов.

На это пришлось потратить часть Очков Веры, однако затраты себя оправдали.

И все же успех объяснялся не только мастерством Чан Вана.

После гибели AP1026 главный театр военных действий переместился из Деймерита, расположенного в Даньёме, в Красный Плод. Причина была проста: Мудрость возглавил Первую экспедиционную армию в ответном наступлении.

Он не стал рисковать, атакуя самое сердце Красного Плода. Вместо этого его войска занимали или разоряли крупные сельскохозяйственные районы и поселки при рудниках, а также перерезали основные торговые пути.

Из-за такой тактики, даже при поддержке Сун Вуна и отчаянных усилиях Лакрака, нанести Первой экспедиционной армии Мудрости по-настоящему тяжелый урон оказалось трудно. В конце концов она все же отступила, но Красному Плоду был нанесен ощутимый ущерб.

Лунда успокоилась, увидев, что потери среди солдат были относительно невелики. Сун Вун оценил произошедшее иначе: по его мнению, Мудрость действовал очень хитро.

Когда Лунда спросила, почему, он пояснил:

— Он ударил по производству ресурсов. Значит, хочет затянуть войну.

— А может, это просто проявление гнева? Или же он не желал прямого столкновения с нашими основными силами?

— Трудно сказать.

Сам Сун Вун не был в этом уверен. Однако ответ на его вопрос не заставил себя долго ждать.

Как только первые экспедиционные армии Мангула, Золотого Ока и Асбестоса полностью отступили, Чан Ван отправил запрос на Шепот-разговор.

* * *

Едва на связи появилось лицо Сун Вуна, Чан Ван немедленно приступил к делу.

— Я предлагаю капитуляцию.

— Капитуляцию?

Чан Ван торопливо продолжил, явно стремясь высказаться прежде, чем Сун Вун успеет отпустить едкое замечание:

— Данъём будет отдан полностью. Под «отдан» я подразумеваю, что никаких действий по его возвращению предпринято не будет. Крампус уже дал согласие. Более того, мы уступим треть территории Золотого Ока.

Учитывая, что союзный Красный Плод Лунды фактически являлся частью единого государства с Черной Чешуей, принятие этих условий увеличило бы владения Черной Чешуи более чем в четыре раза по сравнению с довоенным периодом. Уже одно это сделало бы ее доминирующей державой на Третьем континенте.

Чан Ван добавил:

— И мы вернем Красному Плоду все земли, которые у него были отняты.

Сун Вун поднял руку, прерывая его.

— Щедро. А что ты хочешь взамен?

— Прекращение военных действий.

— И еще.

— Отсутствие возмездия.

— И еще.

— Статуэтку вассала AR1026. В общем, Небула, это еще не все. Я готов обсудить и сумму военных репараций...

Когда игрок принимал статус Вассала, появлялся особый предмет — небольшая Статуэтка вассала. Она представляла собой миниатюрную копию самого игрока и могла храниться в инвентаре.

Сун Вун ответил лаконично:

— Отказ.