Неужели искать встречи в подземелье — неправильно? Другой ракурс: Оратория Меча (Новелла) Том 14 Глава 3 Поход дварфа

– Шах-ту пророем! Шах-ту пророем! Мы дети земли, спину гнём до отбоя!

Как и всегда, я копался в земле и слушал, как пацаны нестройно орут свои песни.

Где руда? Есть ли тут ценные камни? Может, нам попадётся серебро? Я махал киркой, дробил скалу, весь покрытый потом и грязью, искал сокровища. Всё ради города, всё ради моей бедной семьи. Ушлые торговцы стёсывали с нас немногие дары земли, которые нам удавалось добыть. Так было всегда. Так будет всегда.

– Чудовища!

Песня оборвалась, но тут же заговорили кулаки. Гоблины, которые живут под землёй, почти сразу сбежали. Я было понадеялся… Эх! На трупах едва нашлась пара монеток. Кошель по-прежнему пустовал.

– Ну ты даёшь, брат! Мы с тобой не пропадём!

– Угу, – буркнул я молодым. Отвернулся и молча продолжил махать киркой.

Тук! Тук!

Сердце вторит ударам по камню. Как давно уже я ничего не чувствую? Как давно уже меня не радует вино, которое раньше я так любил? Чем я хотел заниматься?

– Подраться бы…

Да, наверно, и всё.

– Айна, смотри! Чужеземный город!

Перед ними сновали пешеходы, мимо проезжали телеги.

– Тут всё такое беспорядочное, такое громкое, но такое живое! У нас дома всё иначе…

Айна помнила, что ей нужно было напоминать принцессе о достоинстве, но её сцена тоже захватила. Локи рассмеялась, а Финн с улыбкой пояснил:

– Это Карна, в здешних тавернах обычно останавливаются путники и торговцы. Через городок идут много дорог.

Всюду мелькали полулюди в дорожной одежде, а вдоль дорог теснились таверны. Карну пересекали множество дорог, и город посещало множество путешественников, которые направлялись в соседние города и страны.

– Так! Давайте-ка отпразднуем, что Ривя теперь с нами!

Группа вышла из королевского леса тремя днями ранее. Локи воодушевилась тем, что нашла себе высшую эльфийку, и даже подняла кулак к небу в победном жесте, однако…

– Сколько людей, сколько парумов…это амазонка?! А там, кажется, полузвери! Это собака – нет, волк?

– Г-госпожа Риверия, пожалуйста, проявите сдержанность! Хотя мы и не в столице, вы ведь принцесса! И…и…я никогда не видела такой еды…что за восхитительный запах!..

– Локи, они тебя не слушают.

Риверия с Айной не могли отвернуться от видов главной улицы. С огоньками в глазах они следили взглядом за повозками, разглядывали ларьки с едой и витрины с разными изделиями.

Локи понурилась. Финн только бросил взгляд в её сторону и повернулся к Риверии. Принцесса сказала:

– Я никогда не видела других рас…разве что торговцев, которые приезжали во дворец. Тут все из разных культур? Наверное, Сельдия, которая первой в истории покинула королевский лес, чувствовала то же самое!

«Даже Риверия умеет удивляться…»

Финн не ожидал того, как принцесса разрумянится и будет улыбаться всему вокруг. Она была словно крестьянка, которая впервые приехала в большой город – или как ребёнок – и во все глаза смотрела по сторонам. Может, если бы Финна привезли из его горного городка в столицу, он бы вёл себя так же.

«Только на меня бы никто и не взглянул, а она принцесса».

Риверия с Айной громко переговаривались о том, что видели, и на них стали обращать внимание. Прохожие засматривались на редких высших эльфов и натыкались друг на друга. Даже кучер одной из повозок забылся и чуть не устроил аварию.

Эльфийки были в дорожной одежде, но красота Риверии бросалась в глаза. Она была прекраснее всех, кого можно было увидеть в городе – даже прекраснее богинь. Айна тоже была несравненной красавицей даже среди высших эльфиек. Девушки болтали и смеялись, но по одним осанке и жестам отличались от безродных. Любой мог узнать в них высших эльфов.

– У-у-у, на мою Ривю таращиться! Слышь, божок недоделанный! Чё ты вылупился на мою слугу! А ну вали отсюда, покуда цел!

Локи наорала на прохожего, который направлялся к эльфийкам, и в их сторону стало оборачиваться больше горожан.

«Нехорошо, – подумал Финн, – на нас и так много кто смотрит. Если вдруг тут окажутся эльфы…»

– Экхем! Не может ли быть…

К ним как раз пробирались через толпу несколько длинноухих. Один из эльфов подошёл к Риверии и поклонился до пола.

– Прошу вас простить мою неучтивость, однако я заметил, что у вас изумрудные волосы и глаза. Вы из благородных не так ли?

– М? Я… – Риверия замешкалась – и сделала фатальную ошибку.

– Госпожа Риверия! Вы ведь госпожа Риверия, да?!

– Мы когда-то ходили в паломничество к святому древу! Мы виделись! Вы нас припоминаете?

– Если принцесса здесь, тогда…

– Если госпожа покинула лес, то известия правдивы!

– Ах, какая честь!

– Госпожа Риверия!

– Простите, можно мне вас рассмотреть?

Риверию вмиг окружили. Эльфы, которые слышали первый вопрос, тут же сбежались к ней. Среди них были путешественники, охотники, барды, даже один рыцарь. Эльфы толпились прямо посреди дороги.

Риверия растерялась. Всё случилось так, как говорил король Рафаль. Он предупреждал дочь о том, сколько внимания привлечёт королевская особа за границей леса.

Торговцы, которые за всю жизнь не видели в Карне такого сборища эльфов, смотрели издали.

– Погодите, я уже порвала связи с королевским лесом… Не толпитесь! Что же это такое!..

– Госпожа Риверия!

– Айна!

Риверия не знала, как фанатично её почитают остальные эльфы, и пропала в толпе. Их с Айной разделили.

Локи отстранённо смотрела за беспорядком, будто её дело не касалось. Финн вздохнул прикрыл глаза рукой.

– Поищем место поспокойнее.

Богиня-покровительница не спорила.

– Я недооценила…преданность эльфов… – устало выдохнула Риверия.

Группа наконец выбралась из окружения, затем добралась до самой захудалой пивной в городе. Принцесса рухнула на табурет и опустила голову на стол. Только теперь она поняла, насколько тяжело на самом деле высшему эльфу во внешнем мире.

– Я подвела вас…я должна вас поддерживать, но…

– Айна, ты не виновата… Это я сама…

Айна смотрела в пол и хмурилась; она тоже жалела, что недооценила эльфов. Локи раскачивалась в кресле и ухмылялась.

– Я тоже удивилась. Не знала, что эльфы так увлекаются политикой.

– По-моему, это ненормально. Повезло, что вообще оторвались.

– Да. Спасибо, что выручили, – сказала Риверия Финну и Локи.

Хотя они знали друг друга всего пару дней, Финна тронули слова Риверии. Он понимал, что гордые эльфы благодарят редко.

– А всё-таки…нельзя ли было выбрать место поприличнее? Я сначала приняла этот дом за сарай. В королевской конюшне уж точно уютнее, чем здесь.

Риверия снова вернулась к привычной роли и принялась надменно оглядывать таверну из-под полуприкрытых век и критиковать.

– Как тут грязно…это же просто заброшенная хижина!

– В город приезжают путники всех рас, и мало где точно нет эльфов. Ну, может, бывают и эльфы-грязнули, да и те вряд ли пришли бы сюда.

Пивная была особенно захудалой. Стены из старого дерева поели древоточцы, столы и стулья скрипели. Другие посетители, в основном парумы и дварфы, носили лохмотья, а человек за стойкой выглядел как разбойник. Эльфийку, которая выросла в чистом и прекрасном дворце, таверна шокировала. Риверия прикрыла рот рукой.

– А мне нравятся грязные забегаловки, – брякнула Локи.

– Нам не стоит долго оставаться в Карне. Вы привлекаете много внимания. – Сказал Финн.

– Наверно… – согласилась Риверия. – На меня и во дворце таращились, а тут уж тем более.

– Госпожа Риверия, пожалуйста, не отталкивайте наших сородичей. Просто увидеть вас для них уже честь. – С ласковой улыбкой сказала Айна.

Заказали поесть. За небольшим пиром в честь Риверии стали говорить о планах.

– Я так и не спросила, в чём цель вашего путешествия.

– М? Ну, у меня на этот счёт свои соображения, у Финна свои…лично я хочу, чтобы моя семья стала сильнейшей.

Финн посмеялся над тем, как просто выразилась Локи, и рассказал подробнее, пока Риверия не начала ругаться. Он объяснил всё: эгоистичные мотивы Локи, свою мечту вернуть славу парумам. Риверию вновь поразило, с какой решимостью говорил Финн. Больше она не чувствовала презрения к паруму.

– Ривя, ты хочешь увидеть мир, так? Я собираюсь побывать много где – как то, что тебе надо.

– Я же не велела так меня называть! Волей обстоятельств уж пришлось пойти с тобой, но я отплачу тебе за помощь, а потом уйду. Через год можно будет покинуть семью или перейти в другую.

– Не может быть! А как же наши клятвы в любви?!

– Какие клятвы!

– Госпожа Риверия, прошу вас, тише!

Финн только улыбнулся: уж теперь-то Риверия насмотрится на выходки Локи, и тогда…

– Риверия, ты, случаем, не слышала про Подземелье? – спросил он.

– Слышала. Подземный лабиринт на краю континента, одна из трёх неизведанных областей. Из-за него Орарио называют центром мира.

– Всё так. Если ты хочешь узнать неизведанное, то надо искать в Подземелье, да?

Риверия промолчала. Финн принял её молчание за согласие и продолжил:

– В конечном счёте мы с Локи придём в Орарио. Мы тебе пригодимся, чтобы ты могла узнать всё что хочешь. Если тебе с нами надоест – никто тебе не помешает уйти. Что скажешь?

– Хорошо. Да, наши интересы совпадают. Я пока буду с вами. – Согласилась Риверия.

У неё было две причины согласиться: она понимала, что сама ещё не знает ничего о внешнем мире. Кроме того, с Финном и Локи Айна была в безопасности. Финн тоже понимал и учёл эти обстоятельства.

Финн не хотел просто так упускать талантливого мага. С Риверией семья могла прославиться на весь мир. Сначала он не хотел искать высших эльфов, но теперь думал о том, как удержать Риверию в группе. Пока у неё были причины остаться на время. Позже она почувствует товарищество и не захочет уходить. Своего расчёта Финн выдавать не собирался – он был алчным и не упускал выгоды.

Локи с Айной слушали и перешёптывались.

– У хитрюги серебряный язык, точно тебе говорю! Кого хочешь уломает. Он всё что угодно скажет, сделает, чтобы добиться своего!

– Он…сэр Дэймнэ…хотя и парум, но такой уверенный и ловкий!

– А, кстати, Айна…что-то я совсем забыла спросить. Ты всё-таки спутница Риверии, что ты думаешь о наших планах?

– Я пойду за Риверией куда угодно. Сейчас мне кажется, что с вами ей лучше.

Айна смотрела на Риверию с нежной улыбкой.

«Славная эльфиечка. Сиськи большие. Мягкие, кажется. Риверия больше пацанка, а вот Айна вся такая ласковая да вежливая, она больше похожа на принцессу».

Улыбка Локи застыла.

– А не хочешь ли тоже присоединиться к семье? Я тебя не обижу. А когда мы сможем поиграть в ванной…

– Я сказала, не тронь Айну!

– А?!

– Г-госпожа Риверия?!

Риверия стукнула Локи по лбу посохом.

– Нечестивая богиня! Попробуй только ещё заманивать Айну, и больше ты нас не увидишь!

– Прости-прости-прости, моя принцесса! Я больше не буду тебе изменять! Я теперь только с Ривечкой!

– Что?! Какие измены, тупица! Что за мерзость! Меня от тебя тошнит! – ещё больше разъярилась Риверия. Финн отхлебнул дешёвый эль.

«Вот она – семья! Соратники, которые бок о бок идут по одной дороге…»

Финн улыбнулся, на этот раз искренне, безо всякого расчёта. Он перевёл разговор тему возможных новых товарищей.

– Давайте поговорим о деле. Нам нужно найти ещё кого-нибудь, чтобы укрепить семью, верно?

– Хочу мохнатую малышку! Красотку с пушистыми ушками! Тут не прогадаешь!

– Может, нашей семье нужна другая богиня… – Задумчиво сказала Риверия.

В бою Риверия занимала тыл, Финн предпочитал среднюю дистанцию – группе не хватало только бойца передовой, чтобы получился идеальный боевой порядок. Финн считал это более срочной задачей, чем прославить семью.

– Чё они там несут? Сильнейшая семья?

– Закорешились с эльфийкой и носы задирают…

Посетители за соседним столом вслух начали поносить группу Локи.

– Я вас слышу. Вы бездельники, которые растрачивают жизнь на дешёвую выпивку.

Ругались человек и парум, завсегдатаи пивной. Они проводили день и ночь тут, и им наверняка не понравились разговоры про мечты и надежды. До сих пор они молчали, но теперь не сдержались, а Риверия сдерживаться и не собиралась. Финн с Айной пытались было успокоить принцессу, которая начала ссориться с другими. Локи быстро оплатила счёт. Местные напитки её не радовали. Кое-как семья вместе со вспыльчивой принцессой дошла до выхода…

– Смотрите-ка, сюда припёрлись эльфы!

В то же время в пивную пыталась зайти другая группа. Финн осмотрел дварфов и нахмурился.

– А вам что за дело! Мне решать, какие посещать заведения! И почему от вас так воняет?! Дварфы так и не научились мыться?

– Чё сказала?!

Финн сразу предугадал, что Риверия взбесится. Она и так была в дурном настроении, да к тому же эльфы с дварфами едва скрывали ненависть друг к другу.

– Клятые чистюли с кукольными личиками! Неча нос задирать, эльфы-шмэльфы!

– На себя посмотри! Разорался тут, машешь своими культяпками.

– Г-госпожа Риверия, даже с дварфами не стоит разговаривать так сурово…

Финн мысленно молил небеса вразумить принцессу, которая просто не умела закрывать глаза на недостатки других. Айна пыталась увещевать Риверию. Локи с любопытством наблюдала за тем, как разворачивается сцена.

«На одежде пыль, в руках кирки…наверно, это шахтёры идут со смены?» – подумал Финн. Один из дварфов привлёк его внимание.

«А этот…»

Он был крупнее других, с тяжёлой киркой на плече, с каменными мышцами. На нём была туника без рукавов, на толстом кожаном поясе висели фонарь и несколько сумок. Здоровяк безразлично смотрел глазами землистого цвета, как его товарищ ругается с эльфийкой.

Рослый дварф стоял посреди группы и наверняка был главным. Финн не знал, почему разглядывал его, а только понимал, что он чем-то отличается от других. Будто бы он был воин и просто случайно пришёл одновременно с шахтёрами.

– Вы вечно воротите нос от шахтёров! Дрянные эльфы! Вот тебе!

Сварливый дварф выхватил из мешка горсть руды и бросил. Часть оцарапала Айне щёку. Риверия взорвалась, её глаза сверкнули гневом, и она замахнулась посохом. Финн не успел помешать ей, и она сбила дварфа с ног.

– Стыд и позор тебе, варвар!

– Слышь, ты чё!

– Бей её!

Завязалась драка. Хозяин пивной кричал им, чтобы буянили где-нибудь в другом месте, Айна хватала Риверию за руку и просила одуматься – всё было бесполезно. Высшая эльфийка быстро побила трёх шахтёров.

Благословение сделало Риверию достаточно сильной, чтобы не уступать дварфам – сильнейшим из полулюдей. Она отталкивала их посохом или отшвыривала в сторону. Принцесса умела не только стрелять из лука, но и тренировалась управляться с посохом в ближнем бою. Она разошлась так, что сдерживаться и не думала. Коренастые дварфы валялись у двери пивной и стонали от боли.

Локи кричала: «Вперёд, Риверия!» Финн на богиню не рассчитывал и уже подумывал вмешаться сам.

– Дрянная эльфийка. – Вдруг заговорил вожак дварфов, который до сих пор только смотрел.

Благословение раскрывало возможности смертных. Слуги богов слишком полагались на их милость и забывали об осторожности. Риверия тоже опасаться и не думала, и всё-таки связываться с ней осмелился бы не всякий.

– Что ты сказал?!

Дварф одной рукой, которую Риверия минутой ранее назвала культяпкой, взялся за конец посоха и рванул вниз. Риверия вместе с посохом грохнулась на пол.

– Риверия?!

Финн не поверил своим глазам. Дварф не остановился. Эльфийка оскалилась и попыталась подняться. Дварф согнул руку и сжал кулак. Финн отпустил копьё и закрыл Риверию собой. Кулак дварфа попал ему в плечо. С грохотом Финн и Риверия через дверь, столы и табуреты влетели в стену.

– Финн?!

– Госпожа Риверия!

– Уф…кхе-кхе… – Закашлялась Риверия.

– Кх…извиняюсь… – Прохрипел Финн.

Эльфийка попыталась поймать Финна и вместе с ним отлетела в стену. Лицо парума исказилось от боли, он держался за плечо. Он посмотрел на дварфа, который отправил их в полёт. Бородач так же безразлично, как и раньше, смотрел на них.

– Дварфы из Лонцы, опять бузите! Сколько раз я вам говорил не устраивать тут драк! А ну проваливайте! – Рычал мужчина за стойкой.

Дварф посмотрел на него, на поломанную мебель, и вздохнул.

– Мы первыми начали. Мы были неправы, признаю. Но вы всё-таки объясните своей эльфийке, что иногда в словах и поступках нужна сдержанность.

Финн прочитал во взгляде дварфа то, что он не сказал. «Если выставить виноватыми только нас, то мы просто не сможем смотреть в глаза родным». Дварф окинул взглядом парней, которые со слезами на глазах утирали кровавые носы.

– А-ах вы!..

– Довольно. Они своё получили…мы идём домой.

Риверия покраснела и хотела было сказать что-то обидное, но от боли не могла говорить и только застонала. Айна и Локи побежали к ней, а дварф отряхнул товарищей и помог подняться.

– Эльфийка, блин, сильная! Но дядя Гарет её всё равно уделал!

– Ёргер, дуралей, нас из-за тебя выгнали.

– Ай!

Дварф по имени Гарет стукнул по лбу пацана, который начал перебранку с Риверией, и повел шахтёров прочь. Финн поднялся и окликнул дварфа.

– Постой!

– Что?

– Мы тоже виноваты, поэтому я приношу извинения. Скажи, пожалуйста, из какой вы семьи?

Гарет фыркнул, будто Финн ляпнул бессмыслицу.

– Ни из какой. Любой собаке понятно, что мы простые шахтёры.

Финн в целом ожидал такого ответа и невольно улыбнулся. Смелая улыбка парума удивила дварфа, он приподнял бровь, но долго размышлять не стал. Он отвернулся и потащил остальных прочь.

– Госпожа Риверия, как вы?! – воскликнула Айна и подставила плечо Риверии.

– Цела… Я…извиняюсь. – Риверия держалась за грудь.

– Вот это я понимаю, дварф! Ты себе ничего не сломала? – Спросила Локи.

– Нужно завербовать его. – Заявил Финн.

Все замерли. Айна прищурилась. Локи, которая под видом помощи пыталась облапать ягодицы Риверии, застыла в нелепой позе.

– Что?! – Хором крикнули Локи и Риверия.

– Это безумие! Водиться с таким варваром!

– Я хочу милых цыпочек Не-красоток даже не предлагай!

Финн начал по порядку отвечать на их возражения.

– Он – варвар? Риверия, подумай о том, как вела себя несколько минут назад. Локи, я не стану обсуждать твои предпочтения, но ты обещала не мешать мне достигать моих целей. Мы ведь договорились, не так ли?

Риверии и Локи было нечего ответить на факты.

– Вы видели его мощь. Он силён. Наверняка один из сильнейших.

– Он дварф, это естественно.

– Нет. Когда я учился у монахини, то тренировался с дварфом, и он не был таким могучим. Вот, посмотрите.

Финн закатил рукав. Его тонкая ручка ещё дёргалась, а на плече уже проступал синяк.

– А ещё…тот удар. Он собирался остановить в последний миг. Он бил не в полную силу, я просто сам попал под удар.

Пугало то, что сила дварфа была врождённой, без божественного покровительства. Дварф был воином. В шахте он тратил жизнь впустую.

– И твой посох он поймал очень ловко. Он нам нужен.

Парум словно увидел живую легенду, о которой читал только в книжках. Его спутники ещё поспорили, но переубедить так и не сумели.

Из-за случайной встречи семья Локи решила завербовать одного дварфа.

– Дварф Гарет… – сказал Финн и улыбнулся.

Семья решила завербовать Гарета, и за дело взялись тут же – вернее, Финн взялся. Он опередил Локи и Риверию, которые ничего делать и не собирались, и поговорил с человеком за стойкой и с посетителями. Они сперва отвечали неохотно, однако за пару убедительных монет рассказали, где искать дварфов.

Дварфы жили в посёлке под одной из гор к югу от Карны – с другой стороны от королевского леса. Посёлок назывался Лонца.

– Ого! Тут одни только дварфы!

– Целый подземный город…ладно, не совсем город, но и не деревня. Впечатляет.

Локи и Финн не ожидали того, что увидели после длинного тоннеля с голыми стенами. Риверия шла за ними неохотно, однако они с Айной тоже удивились.

– Подумать только, дварфы строят такие города…

– Как они вообще сумели?..

Городок помещался в огромной пещере. Потолок был выше зданий, поэтому семья Локи не чувствовала тесноты, как обычно под землёй. Дварфы строили дома из особого камня, и можно было представить, будто в городе живут духи земли. Пещера впечатляла так же, как и эльфийский лес.

Мимо проходили женщины с корзинами белья, крепкие бородачи-ремесленники, меж домов бегали дети – и все были дварфы. Город выглядел бедно, однако жители смотрели бодро и улыбались.

– Городок небогатый, но живётся тут вроде неплохо.

Не все одевались опрятно, зато дварфы, которые славились ремёслами, обеспечивали себя сами: изготавливали инструменты, мастерили обувь, строили дома.

С каменного потолка пещеры светили старомодные лампы с магическими камнями – самые дорогие вещи в посёлке, и дварфы наверняка их купили подержанными. Один висел на верёвке под потолком и ремонтировал совсем старую лампу.

Дварфы построили под землёй, среди скал целое общество.

Финн смотрел на чужую, незнакомую парумам и эльфам культуру, и улыбался. Риверия старательно изображала безразличие, хотя у неё подёргивались уши от интереса ко всему вокруг, такому новому.

– Здластвуйте, дядя!

– Дядя!

– М? – обернулся Финн.

– Вы из далёкой стланы?

– Из далёкой-далёкой!

С Финном заговорили две девочки-дварфа, близняшки, ростом чуть ниже парума. Они носили туники земляного цвета и накидки и в целом выглядели как две премилых сосновых шишки.

– Ой, какие мимимишные хомячочки! Я-то думала, дварфята странные, но теперь вижу их и только умиляюсь! – ахнула Локи, которая держалась за грудь и тяжело дышала.

– Извините, а госпожа Локи… – заговорила Айна.

– Всё нормально, у неё бывает такой припадок, не обращай внимания. – отмахнулся Финн. Он чуть присел до уровня глаз девочек и улыбнулся.

– Мы ищем Гарета. Знаете такого?

– Блатик!

– Братика все знают!

– Пожалуйста, можете отвести нас к нему?

– Холосо!

– Хорошо!

Девочки вприпрыжку пошли вперёд, и их хвостики тоже запрыгали. Картавую девочку звали Норуру, а сестру – Наруру.

Риверия задумчиво смотрела вдаль.

– Неужели такие славные дети вырастут и станут чумазыми увальнями… Как загадочна жизнь! Нет, что я говорю…какие боги подлецы, что обрекли детей на этот кошмар…

– Женщины-дварфы, наверно, не такие, как мужчины. Не у всех же дварфов растут бороды!

Айна старалась благоразумием уравновесить своенравную принцессу.

Наконец показался Гарет. Дварф у старого каменного дома чистил инструменты.

– Вы… – прищурил Гарет глаза землистого цвета.

– Привет. Прости за вчерашнее.

– Зачем вы сюда пришли? Что, эльфийка потребовала найти меня да отыграться?

Риверия приподняла бровь. Финн улыбнулся.

– А что, если мы пришли позвать тебя в семью?

Гарет было опустил глаза на пилу в руках, но слова Финна его отвлекли. Полминуты Гарет молча смотрел на Финна, Финн улыбался. Вдруг Гарет фыркнул.

– Ты рехнулся, пацан? На что вы мне сдались? И вообще, сперва научите-ка уму-разуму вашу бестолковую чванливую принцесску! Вот эту, которая на меня зло зыркает!

Риверия не скрывала раздражения. Дварф о ней наверняка слышал кое-что из разговоров в Карне и использовал, чтобы пристыдить. Риверия терпеть не могла обвинения в надменности и невежестве, она покраснела и взорвалась:

– Я не просила, чтоб меня тащили смотреть на грязную зверюгу! Дварфы – варвары, которые не могут просто поговорить, а машут кулаками!

Риверия всё ещё сердилась на то, что её днём ранее швырнули в стену, и выкрикивала все свои обидные предрассудки.

– Я не просила, чтоб меня тащили в вонючую нору! Мерзкая берлога недоумков, у которых нет ни малейшего намёка на культуру!

– Ну так уходи! Здесь не место надутым эльфам. – Гарет холодно прищурился.

Риверия уже было набрала воздуха для новой тирады…

– Вам не нлавится нас голод?

– Наш город не нравится?

Девочки тянули подол её платья и смотрели на неё со слезами на глазах.

– Э… Я не…

Локи попыталась утешить девочек, Айна – успокоить Риверию; Финн обратился к Гарету:

– А если принцесса станет вести себя хорошо, ты подумаешь над нашим предложением?

– Гм! Нет. Я живу ради города и ради города умру. Я всё решил. Уходите.

Гарет ушёл в дом и закрыл дверь. Риверия вперила в неё сердитый взгляд.

– Отказ. Ну, Финн, что теперь? – спросила Локи.

– У нас сразу не заладилось, я и не ждал, что будет просто. А всё-таки, кажется, будет труднее, чем я думал…

Парум всё ещё видел в уме непоколебимую спину дварфа. Он задумался.

Финн не ошибся. Семья остановилась в Лонце. Приходили к дому Гарета, но он не слушал или вовсе уходил в шахту, даже если у него там не было дел. Остальные шахтёры ругались на чужаков и старались не пускать к Гарету. Снова подраться с дварфами было нельзя. Финн кое-как удерживал Риверию от излишней агрессии, но сам стал часто вздыхать.

– Локи, ты такая весёлая! Глаза радуются!

– Спасибо, бабушка!

В единственной таверне Лонцы – Кротовьей таверне – были комнаты на втором этаже и бар внизу. Пожилая пара владельцев таверны радушно сдали гостям комнаты.

Жители Лонцы в целом приняли чужаков радушно. Мало кто, кроме дварфов, приходил в город под горами, вдали от торговых путей. Кто-то поглядывал с любопытством, а кто-то надеялся сбыть незнакомцам ненужный товар, но в остальном дварфы вели себя дружелюбно.

– Ривви, ты ещё не поменяла своё мнение? Видишь же, какие тут клёвые бабушки и дедушки! – ухмылялась пьяная Локи.

– Кьёвые, клёвые! – поддакивали Норуру и Наруру, дочери хозяев таверны.

Риверию дварф особо не интересовал, да и надоело к нему ходить, и она испытывала новые заклинания. Дварфы видели, как эльфийка уходит за город тренироваться, и думали, что она поссорилась со спутниками. Добрые горожане жалели эльфийку и пытались что-нибудь для неё сделать.

Риверия поначалу краснела, сердилась и отнекивалась…

– Ну что ты, мы всё сделаем!

– Отчего бы не помочь соседу!

– Ты высокая, достань, пожалуйста…

Горожане мягко, но настойчиво давали ей задачи и водили по интересным местам. Риверия вскоре перестала возмущаться. Дварфы не лебезили перед ней и не преклонялись, не смотрели ни на корону, ни на длину ушей. Другая раса относилась к ней искренне и по-дружески, чего в родном дворце она никогда не видела.

– Ладно, признаю, дварфы не такие, как я думала. Если не считать варвара Гарета, с ними можно договориться. – Сказала Риверия, на коленях у которой сидели Норуру и Наруру. Затем принцесса нахмурилась. – А всё-таки почему они совсем не следят за внешностью? Без бород они бы смотрелись намного лучше!

– Другая культура. Я читал, что дварфов за большую, роскошную бороду больше уважают. – Сухо улыбнулся Финн и взял кусочек жареного сома, которого подавали с вином. Рядом с ним Айна весело перекладывала на тарелку куски рыбы. Поначалу она воротила нос от непривычной кухни, но вскоре новые вкусы её заинтересовали. Риверия тоже хотела узнать культуру дварфов, но не могла принять её, поэтому просто сердито вздыхала. Девочки не понимали взрослых разговоров и хихикали.

– Знаете, ребята, мы тут уже пять дней. Упрямый же дварф, а? – Локи закинула руки за голову и уставилась в потолок. – Но я уже сама хочу забрать его. Это не красивая девушка, а бородатый верзила, но проигрывать я не люблю.

Алые глаза Локи сверкнули. Она самодовольно улыбнулась, будто задумала соблазнить очередную красотку в симуляторе свиданий.

– Так, народ, давайте думать: как нам его взять?

– Я против.

– Мы уже всё перепробовали, а он только – нет да нет. Мы слова сказать не успеваем, он говорит: уходите. И что делать?

– Я против.

– Если бы мы могли просто поговорить, узнать, что у него на уме…

– Я! Против! – повысила голос Риверия. Когда её не послушала даже Айна, принцесса раздражённо засопела. Девочки сидели у неё на коленях и хихикали.

– Гарет Камнезём… Про его характер нам уже рассказали, но… – Финн посмотрел на девочек и на хозяев таверны.

– Дядя сийный! Самый сильный!

– Такой непослушный был юноша! Мы говорили ему: не ходи один, убьют же! А он сам разбирался с чудищами, какие забредали в наши горы. Как-то раз он даже забрал главный приз на соревновании бойцов за границей!

– Зато теперь он у нас главный бригадир! Всем пацанам дал кирки в руки и сам ведёт в шахту работать. Его даже в Карне знают, и мы все им гордимся.

Пожилые дварфы говорили о Гарете с такими тёплыми улыбками, что Айна тоже улыбнулась.

– Могучий, упрямый, с чувством долга, честный… – подытожил Финн.

– О своих заботится, всё молодёжь собрал и приучил к труду…вроде не седой, а ведёт себя как дед. – добавила Локи. – Хм. Финн, я придумала. Я знаю, как его заманить.

– Вот как, заманить? – спросил Финн.

Богиня вскочила на ноги. Айна подумала, что они с первым слугой отлично друг друга понимают.

– Есть только один способ переубедить упрямого старика! Действовать будем в три захода…

Так началась историческая дварфийская кампания семьи Локи.

У Риверии появилось нехорошее предчувствие. Она нахмурилась и отвернулась.

Дварфы сидели в пивной в Лонце.

– Ну и чудилы!

Пацаны Гарета пили и поносили чужаков.

– Видел я всякие семьи, но таких наглых ещё не встречал!

– Негодяи, думали увести у нас брата!

Конечно же, ворчали они из-за семьи Локи. Гарет каждый раз отказывал, а чужаки всё равно продолжали к нему ходить.

Сам Гарет молча поднял кружку…

– Вы меня звали?

– А-а-а!

…и перед ним из ниоткуда выскочила богиня с алыми волосами.

– Т-ты зачем сюда припёрлась?!

– Как – зачем?! Пить, конечно!

– Да как ты смеешь просто так сюда…

Локи уже отвернулась и попросила хозяина подать пива. Дварфы замолчали и сердито засопели – нельзя же выгонять другого посетителя, который платит за выпивку. Богиня уже с пивом села за стол дварфов.

– Ну что, посоревнуемся? Дварфы, которые проиграют, исполнят любое желание победителя.

– Ага, ещё чего!

– Да ты нас не перепьёшь!

– Нечего нос задирать только потому, что ты богиня!

– Ага, испугались, да? Сразу поняли, что я вас перепью? Ну, это конечно.

– Чё сказала?!

– Ну давай!

– Мы тебя сделаем!

Дварфы, простой народ, легко повелись на очевидную провокацию. Гарет задумчиво посмотрел в глаза Локи, которая хитро улыбалась. Дварфы пили много и в победе не сомневались. Решили побороться. Пили несколько часов. В конце остался лишь Гарет.

– Что, уже всё? Эх, а так бахвалились!

– Ты не богиня, ты…рыба!

Локи посмотрела на дварфов, которые пороняли головы на стол и только стонали. Хозяин за стойкой дрожал в ужасе.

Гарет поднял кружку. Он не сводил глаз с богини. Взгляд у него слегка затуманился.

– Долго против меня держишься. Неплохо.

– Ха! Думаешь, я уже всё?

У обоих раскраснелись лица, языки начали заплетаться. Гарет поначалу ничего не выдавал, но вдруг сам не заметил, как начал говорить с Локи.

– Раз уж я решила собрать семью, то мы буэм лушшими. Я никому не уступлю!

– Пральна. Я б делал так же.

Локи рассказывала что-то интересное. Может быть, она просто умела хорошо рассказывать. Она не напрягалась, шутила, говорила небылицы, легко отвлекалась, однако подстраивалась под настроение других и подмечала, что Гарета интересует. Заметила и то, как охотно дварф откликнулся на вызов.

«Дело дрянь».

Гарет раньше и слова бы не сказал Локи, а теперь вдруг разговорился. Хотя он этого не замечал, но встать из-за стола уже не смог бы. Он рисковал проиграть или сболтнуть лишнего. Противнее всего ему было оттого, что богиня умела пить. В юности он бы уже гоготал над её рассказами.

– Мы идём в Орарио, в центр мира! – подняла к потолку палец Локи.

– Орарио, гришь… – пробормотал Гарет.

Алые глаза разглядели в его лице мимолётную зависть. Гарет посмотрел куда-то вдаль, но тут же принял привычное каменное выражение.

– Мне всё равно, о чём ты там мечтаешь. И ваще, ты уже всё? Я могу ещё по одной.

Гарет и сам не совсем в это верил, но борьба его чуточку раззадорила. Они не дрались по-настоящему, но Гарету давно не доводилось помериться с кем-нибудь силами хотя бы в чём-нибудь. Он даже улыбнулся, когда поднял кружку.

– Не…я уже пойду.

– Что, сдаёшься? – удивился Гарет.

– И так уже хорошо посидели…да и смысла здесь выигрывать нет. Ты должен пойти за мной по своей воле.

Гарет промолчал.

– Надо же, на ногах-то стоять не можешь, но не сдаёшься.

Богиня встала. Гарета кольнуло разочарование. Только заинтересовала, и сразу же собралась уходить. Локи ехидно рассмеялась.

– Хи-хи-хи…мы только начали.

Внезапно Локи ткнула дварфа пальцем в нос.

– Загадывай последнее желание, ишак упёртый. Я тебя завоюю.

Она пошатнулась, а после встала в пафосную позу и заявила:

– Три подхода – и ты мой!

Наступил следующий день. Молодые дварфы мучились похмельем и не могли выйти на работу. Гарету пришлось обходиться без шахтёров, зато в кои-то веки он мог побыть один. Ночью он вышел из города, поднялся в гору до уступа с наблюдательной площадкой.

– От чужаков-таки есть польза, наконец хотя бы передохну…

Лес тускло освещала луна. Дварф оглядел пейзаж и глотнул настойки для вечерних прогулок. Когда он поднял глаза к луне, сзади кто-то подошёл.

– Оказывается, дварфы любуются природой, – съязвила Риверия.

– Пришла отравлять мой вечер, нахалка? – нахмурился Гарет.

– Вот ещё, делать мне больше не… – Риверия осеклась и сделала глубокий вдох. – Богиня заставила пойти.

Гарет уставился на неё. Кожа Риверии порозовела, и она посмотрела по сторонам.

– Я была неправа, когда…оскорбила твой дом.

Гарет вытаращил глаза.

– Хороший у вас город. Тут теплее, чем в родном лесу.

– Ты…

– Дварфы не варвары. Когда я жила в золотой клетке, то не понимала.

Риверия смотрела в небо. Гарет догадался, что она смотрит на воспоминания.

В Лонце Риверия поняла, что прежде смотрела на других однобоко. Ей даже стало совестно за свою пустую гордыню и за то, что она судила по предрассудкам, а не составляла мнение сама.

– Как я сердилась на отца, который ничего не хотел слушать, а говорил так, будто всё знает! А потом стала вести себя так же.

Гарет молчал.

– Дварфы грубияны. Или, может, эльфы неженки. Мир во многом меняется, если просто посмотреть иначе…вот чему я научилась в этом городе.

Она рассказала, что много раз помогала домохозяйкам со стиркой. Ремесленники показывали ей работу над украшениями, которые никогда не смог бы сделать эльф. Когда она ничем не занималась, Наруру и Норуру тянули Риверию играть в салочки.

Риверия долго ещё говорила в тему и не в тему. Рассказала про всю жизнь упрямой девчонки. Сначала Гарет пытался слушать, но потом ему стало надоедать.

– Я тебя не простила за то, что ушиб Айну. Я потому и решила, что дварфы – варвары. Конечно, я тоже вела себя не то чтобы примерно, однако…

Больше оправданий Риверия не придумала. Уши у неё покраснели, она потупилась и неохотно выдавила из себя:

– Я…извиняюсь.

Гарет подавился настойкой. Эльф извинился перед дварфом! Тут даже объяснять нечего. Дварфы с эльфами ладить неспособны. Гарет первый раз в жизни слышал, как эльф извиняется, да ещё эльф из королевского рода! Он увидел историческое событие, поэтому просто молча смотрел.

– Проклятье… Бесстыжая богиня меня заставила… Обозвала закостенелой… – бормотала Риверия.

Должно быть, недовольство она копила уже давно. На разговор с Гаретом её подбила Локи, но Риверия правда чувствовала вину, ей даже хватило честности признать это. Гарет видел простодушную, но не строптивую принцессу. Наоборот, она проявила больше гибкости, чем любой другой эльф, и показала, что способна признавать ошибки. Вот что подумал Гарет. Ещё Гарет мысленно бранил себя.

«А ведь меня богиня тоже провела!»

Гарету стало интересно. Богиня хитростью напоила его и сняла один из замков на его сердце. Если бы с тех пор прошёл ещё один день, он бы просто отвернулся и не стал слушать Риверию. Богиня с лукавой улыбкой снесла одну из стен его крепости.

Эльфийка пришла из чувства долга. Она не хотела завербовать Гарета. Из-за того, что она ничего не хотела от Гарета и в целом была его полной противоположностью, он прислушался.

– Я слышал, высшие эльфы никогда не выходят из родного леса, – сказал Гарет, – почему ты ушла?

Гарет знал нескольких эльфов, нетерпимых и тщеславных – их интересовало только богатство и положение. Что же в городке дварфов забыла принцесса того же племени? Он не успел и подумать, стоит ли спрашивать.

– Хотела увидеть неизведанное своими глазами, – ответила Риверия, – я не могла себе лгать, поэтому нарушила традиции и покинула лес. Знаю, для королевны это безответственно…только я всё равно не хотела всю жизнь слушаться других, обманывать, притворяться…я жила птицей в клетке.

В лунном свете глаза Риверии блестели ярко, словно звёзды.

«Да уж…»

Гарет почувствовал себя ничтожеством. Вот перед ним блестательный эльф, а он что такое? О дварфах говорили как о бесстрашных и честных, а он молчал и прятал чувства ото всех. Гарету стало совестно, потому что он не мог даже рассердиться на Риверию.

– У меня была мечта. Наконец-то я пошла за ней.

Риверия смотрела на лес, реку и звёзды.

Гарет глотнул настойки, но она показалась ему безвкусной.

– Мечты…

Риверия посмотрела на него. Гарет смешался. Несколько раз он набирал воздуха, но не решался, что хочет сказать. Наконец он пробормотал:

– Как думаешь, может, иногда за мечтой идти уже поздно?

Гарет не смел поднять глаз. Ветер играл волосами Риверии. В ночи прозвенел её голос:

– Идти за мечтой никогда не рано и не поздно. – Она помолчала и добавила. – И, вообще-то, я старше тебя.

Гарет почувствовал возмущение…и вдохновение.

– Как башка-то трещит…

– Охо-хо…

На следующий день Гарет закончил работу с другими дварфами, которые всё ещё мучились похмельем, и решил пойти в баню. Дварфы построили деревянную баньку в выемке горячей скалы из вулканической породы.

Там порой волосатые дварфы собирались и сидели обнажёнными, а их каменные мышцы блестели от пота. Если бы это увидела некая богиня, которая мечтала собрать семью из одних только изящных красавиц, ей бы до конца времён снились кошмары.

– Мы уже пойдём, брат, а ты как? – спросил Ёргер.

– Я ещё посижу, – сказал Гарет с закрытыми глазами.

Так он и сидел в бане один с полотенцем вокруг пояса и размышлял.

«Устроила тут чехарду! Подослала ещё эту эльфийку с бреднями…ну что я за простофиля!»

Гарет ругал себя и думал, что теперь-то он не купится ни на какие хитрости.

«Она сказала, три подхода. Это что получается, меня будут убеждать трое?»

Он вспомнил прошлые два дня. Сначала приходила Локи, потом Риверия, а значит, должен быть ещё кто-то.

«У эльфийки была служанка…как её там, Айна…»

Отчего-то Гарет сомневался, поэтому стал думать дальше.

– Извиняюсь.

В баню зашла очаровательная светловолосая девушка.

– ГА?! – вскрикнул Гарет.

Длинные волосы обрамляли милое личико и спускались до пояса. Нежная кожа поблёскивала от пота. Девушка в длинном полотенце прошла мимо Гарета и села напротив.

– Дядя дварф, у меня к вам просьба.

– М-м-м? Какая же?

Они сидели в мужской бане, которую насквозь промочил пот десятков дварфов-мужчин. Может, на родине этой девушке обычаи другие?

– Не могли бы вы присоединиться к семье Локи?

Дварф послушал девушку – вернее, парума – и почесал затылок.

– Ты, э-э…

– Да, Финн Дэймнэ.

«Вот оно как?»

– А зачем девкой прикинулся?

– Богиня-покровительница велела. Сказала, что три девушки, все разные да по-своему интересные, должны прийти к тебе подряд.

– Ну так ты ж пацан! Э-э-эх, всё настроение мне испоганили! И кончай пищать, это ненормально! – гремел Гарет дико и вольно, как некогда в юности. – Не хочу я в вашу семейку юродивых!

– Ладно, поговорим серьёзно, без маскарада.

Финн не стал дальше раздражать Гарета, снял парик и заговорил своим обычным голосом. Затем он убрал длинное полотенце, под которым вокруг пояса у него было ещё одно. Гарет догадался, что Финн предвидел его реакцию, но всё равно решил подыграть Локи. Финн сел ровно.

– Я повторюсь. Я хочу, чтобы ты вступил в нашу семью.

Гарет посмотрел в ясные голубые глаза и понял, что это не шутки и не пьяные дурачества Локи. Впрочем, он понял это даже раньше. Гарет вздохнул.

– Что вы ко мне пристали-то? Дварфов полно.

– Непросто найти дварфа такой стати, да ещё чтобы не служил никакому богу.

«Такой стати!»

Гарет усмехнулся и закрыл глаза.

– Ты можешь думать, что это пустые мечты, но мы решили прославиться на весь мир. Для этого…

– Да слышал я уже от твоей богини. Лучше скажи, чего хочешь ты.

Взгляд Гарета требовал, чтобы Финн отвечал своими словами. Финн собрался с мыслями.

– У меня есть мечта: возродить мой народ.

– Твой народ?

– Каждого безликого, безымянного парума по всей земле. – Сказал Финн. – Парумам нужен свет, и этим светом буду я.

– Ты понимаешь, что говоришь?

– Конечно. Я восстановлю славу, которую воплощала Фиана, возьму в свои руки, стану героем для всех братьев-парумов.

Финн без заминки сказал: стану героем. От его крохотной фигурки веяло такой решимостью, что у Гарета перехватило дыхание.

– Чтобы стать светом для моего народа, мне нужны слава и подвиги. Не только мои подвиги. Я должен вести божественную семью.

– И поэтому – Орарио?

– Да. Поднимемся на вершину центра всего мира. Так будет быстрее всего. И поэтому мне нужны соратники. Мне нужны те, кто достоин стоять со мной плечом к плечу. Мне нужны даже те, кто сильнее меня.

Гарет даже не мог представить, как далеко идут устремления Финна. Слишком далеко. Он бы подумал, что это детские выдумки, но Финн заявлял о своих мечтах слишком уверенно. Гарет не смеялся, но даже почувствовал восхищение.

Кто-то мог говорить и подтверждать слова поступками, а кто-то - ничего не говорить, а только делать. Оба достигали одного и того же, но первый влиял на других сильнее. Чтобы не прятать планы, а заявить о них открыто, нужна смелость. Говорить о намерениях – это сжигать мосты.

Парум перед Гаретом был героически смел и решителен. Он шёл к мечте и никогда не оглядывался.

– Я воспользуюсь тобой, чтобы исполнить свою мечту. Не за спасибо, конечно. Если у тебя свои цели, я помогу тебе их достичь.

– Ага, вот так прямо, без обиняков?

– Не буду же я зря тратить твоё время.

Парум не стыдился говорить о расчёте, и Гарет не мог сомневаться в его словах.

Смелые, безрассудные мечты парума отравляли Гарета. Он чувствовал такое унижение, такую зависть, как и во время беседы с Риверией. Парум заявлял о своих планах, а что же Гарет? Неужели он хуже?

– …Не могу я бросить город.

Гарету захотелось ответить на честность парума тем же.

– Что ты подумал, когда пришёл в город?

– Живётся тут неплохо, но бедно.

– Ага. Всю руду уже выкопали. Чтобы народ не голодал, мы с пацанами тащимся за тридевять земель и выполняем капризы торгашей.

Через город торговцы не ходили, потому что он был далеко от их дорог. Если бы мужики не работали, то Наруру, Норуру и другим детям было бы нечего есть.

– Я же здесь вырос. Сколько нервов старикам помотал по молодости! Эх…десять лет назад я сглупил и насолил соседней стране. В Лонце с тех пор ни денег, ни товаров.

В те годы многие божьи семьи пытались заманить Гарета, могучего, бесхозного дварфа. Один из вербовщиков оказался министром иностранных дел и работал на семью, которая представляла власти. Министр – хитрый и подлый парум – говорил гадости про дом дварфа. Гарет его выпнул. С оружием в Лонцу никто не приходил, вот только горожане больше не могли найти никакой работы.

– Старики ходили в шахты, пахали день и ночь, а потом как-то раз…шахту завалило, и никто не вернулся. Город обнищал из-за меня.

Гарета жгло не жаром бани, а стыдом. Финн будто бы хотел что-то сказать, но сперва дослушал, а потом вдруг улыбнулся.

– Я слыхал о некоторых из твоих подвигов. Чего ты тогда хотел?

Гарет подумал о временах, когда охотился в горах на чудовищ. Вспомнил, как за границей забирал медали на турнирах. Вспомнил, как поднялся на вершину горы и смотрел на запад. Что же ждало его там, на краю мира? С тех пор Гарет бросил мечту и перевернул страницы своей юности.

Дварф улыбнулся своим воспоминаниям.

– Доброй драки.

Перед мечтой парума его желание было бесхитростным.

– Я хочу идти в бой…хочу найти сильного врага. Вот и всё.

Финн подумал.

– Тогда тебя надо идти с нами.

– Может, и так. Но я не могу. – Твёрдо сказал Гарет, будто разом оборвал мечты окончательно.

Помолчали. У Финна по лицу потёк пот, и он утёрся тонкой ручонкой. Гарет ухмыльнулся: он не привык угрюмо молчать.

– Да чтоб я сдох! Это я должен братом назвать доходягу, который в бане посидеть не может?

Финн прищурился.

– Ясно. Значит, если я выиграю, ты обдумаешь моё предложение. Всё просто. – Финн высоко поднял подбородок.

Гарет задорно ухмыльнулся.

В жаркой бане прозвучал колокол, звон которого никто не слышал.

– Давай, выходи уже.

– Нет, ты первый.

– Сейчас вот высохнешь, как рыбёшка на суше.

– Ты уже вон как отощал. Скоро все мышцы растают.

– Уходи.

– Нет, ты.

Гарет и Финн препирались и задорно сверкали глазами. Оба ненавидели проигрывать, оба улыбались и заливали пол ручьями пота.

Гарет плеснул воды на камни, и двух воинов обдало жаром.

Спустя несколько часов их нашли. Риверия закатывала глаза, Локи хихикала, Айна покраснела до кончиков ушей, а шахтёры суетились вокруг Гарета. Поединок кончился ничьёй.

Гарет так и не принял решение даже на следующий день.

Дварф тащил инструменты по пути на запад от Лонцы, в шахты Цельцебо.

«Мелкий негодник... Башка до сих пор раскалывается».

Гарет вёл команду в шахты и сердито бормотал себе под нос. Фонари с магическими камнями не могли разогнать полумрак. Со всех сторон нависали холодные каменные стены.

Дварфы посмотрели на гнилые балки шахты, поморщились, но заступили на смену. Они должны были расширять шахту вдоль рудной залежи. Могучие дварфы могли обойтись и кирками, но старые кузнецы дали им порох. Взорвать скалу было бы проще, чем выдалбливать вручную. Если вдруг в этой горе жил гном, то рассердился бы, но тогда дварфы задобрили бы его выпивкой и попросили прощения.

Гарет осмотрел широкую выемку, увидел, что все берутся за работу и сам взялся за кирку...

– Ёргер, ты чего?

Юноша стоял и смотрел. Ёргер был одним из пацанов, за которыми приглядывал Гарет. Юный дварф о последствиях своих выходок думал редко. Это он рассердил Риверию. Из-за Ёргера семья Локи и стала донимать Гарета.

Ёргер, хотя и глуповатый и раздражительный, друзей никогда в обиду не давал. Другим дварфам пятнадцатилетний пацан нравился, и даже Гарет старался за ним приглядывать. Теперь Ёргер, который обычно громко болтал, молча стоял и смотрел.

– Дядя Гарет...а тот парум вчера...а хотя ладно, забудь.

Он будто бы хотел что-то сказать, но вдруг умолк и утёр лицо ладонями.

– Так! Сегодня точно раскопаю жилу! Мне даже помогать не надо!

Гарет посмотрел в спину парню, который пошёл вглубь тоннеля с фонарём и киркой в руках.

«Ёргер...уж не слышал ли ты, как я говорил с парумом?..»

Может, он заволновался оттого, что Гарет так долго сидел в бане, вернулся и подслушал. Гарет не хотел бы, чтобы другие дварфы слышали, но и расспрашивать Ёргера не собирался. Гарет хотел было вздохнуть, но сдержался.

– Ты уверен, что стоит? Тут давеча было несколько завалов.

– Что, правда?

– Да. Кого-то завалило. Нас позвали, потому что работать было некому.

Гарет услышал разговоры молодых и остановился. Торговец, который нанял их, не говорил про обвалы.

«Вот же мохнатая сволочь!»

Гарет нахмурился.

– Ёргер ушёл вперёд. Приведите-ка его лучше сюда. Держимся вместе.

– Лады.

Один из шахтёров пошёл за Ёргером. Гарет поднял старый, ржавый фонарь и осмотрелся. Стены и потолок выглядели надёжно.

«Всё как обычно. Не должно обвалиться, но...»

Шахтёры, которые всё время боялись обвала, надолго в ремесле не задерживались. Гарет решил, что шахта не слишком опасна и можно аккуратно продолжить работу. Он снова застучал киркой, пока молодёжь делала выемки для взрывчатки.

«Ну вот, никак не могу собраться. Всё из-за этих чужаков...»

Всю жизнь он бил киркой без раздумий, а теперь никак не мог приноровиться. Его сердце давно уже потухло, но сейчас Гарет не мог успокоиться. Это всё чужаки. Их болтовня про мечты снова зажгла огонь в его сердце.

– А-а-а-а-а-а!!!

Из тоннеля выбежали Ёргер и второй дварф.

– Что там?!

В темно за ними что-то зашевелилось. Гарет крепче сжал кирку. У него в голове колокола били тревогу. Он крикнул шахтёрам бежать, но было поздно. Чудовище взревело, и тоннель обрушился.

– Я понимаю, какие сложились обстоятельства. Я думаю, мы справимся.

Финн, Локи, Айна, Риверия стояли у дороги и смотрели, как Наруру и Норуру бегают друг за другом.

– Главное, чтобы Локи помогла.

– А? Кто? А-а-а, понимаю, понимаю.

– Да. Придётся потрудиться, но горная промышленность в области подходит.

Планы Локи уже сработали – семье удалось понять, чего хочет Гарет. Финн всё равно ещё сомневался.

– Может, и получится. Но всё-таки...

– Всё зависит от дварфа, да?

Финн кивнул.

– Или он решится, или нет.

Они могли только предложить. Если Гарет откажется, то придётся смириться. Семья Локи могла освободить Гарета от цепей, которые держали его в Лонце, но только он мог простить себя.

Айна, которая не понимала разговора, наклонила голову. Риверия задумчиво поджала губы, но ничего не сказала.

– Не может быть!

– Я...я сам слышал от дварфа из другого города!

У прохода в Лонцу дварфы что-то живо обсуждали.

– Что там такое?

– Тот дварф о чём-то кричал...

Локи тут же пошла в сторону дварфов.

– Дедуль, что-то случилось?!

Пожилой дварф услышал и поспешил навстречу.

– Богиня, беда! Шахта, где Гарет с ребятами работали, обвалилась!

Семья Локи задала ещё несколько вопросов и тут же пошла в Цельцебо.

– Уф!

Тоннель дрожал, камни падали вокруг Гарета. Со лба капнула кровь.

– Дядя!

Ёргер лежал на полу.

Гарет прыгнул вперёд и закрыл двух дварфов собой, хотя один из валунов ударил его по голове. Он стряхнул со спины камни. Расслабляться было рано. В кромешной тьме Гарет поднялся на ноги.

Что-то оглушительно грохнуло. Под крики шахтёров стену тоннеля выбило в пещеру. Гарет повернулся на шум, который заглушил даже голоса могучих дварфов.

– Что...что это там?!

Под светом фонарей заблестела чешуя. Длинное тело петляло, исчезало и появлялось из темноты. Между клыками мелькал и пропадал длинный язык. На дварфов смотрели шесть глаз без век.

– Змея?! – воскликнул кто-то сзади.

Гигантский змей. Шесть янтарных глаз зыркали то на одного, то на другого шахтёра. По бокам головы у чудища тянулись ряды углублений, в которых поместился бы человек. Гарет стиснул зубы.

– Значит, шахты обваливал он. – Процедил Гарет.

Таких чудовищ Гарет ни разу не встречал. Авантюристы Орарио называли его лэмбтоном. Официально он назывался ровенником, потому что прорывал широкие ходы. В отличие от других чудовищ, он мог перемещаться между этажами Подземелья. По звукам рытья авантюристы могли сразу понять, что поход для них будет последним.

Лэмбтон поселился в горной гряде и начал обваливать местные шахты. Он просто прогуливался по своей территории. Команда Гарета всё равно что пришла к чудовищу в столовую – к обеду. Тварь зашипела.

– Он нас не пустит... Чёртов гад!

Змей вился кольцами вдоль стен и потолка. Гарет осмотрелся. Тоннель обрушился не весь – упала только часть потолка. Возможности сбежать не было. Если бы они начали разбирать завал, чудовище их просто сожрало бы. Если бы они чудом выбрались из тоннеля, змей мог прорыть ход под или над ними. Если бы Гарет остался задержать чудовище, то выиграл бы считанные мгновения.

С каждым движением лэмбтон выламывал дыры в стенах. Если бы так продолжилось, то скоро всю пещеру могло завалить. Гарет потерял в обвалах отца и многих знакомых, он не мог просто стоять и смотреть.

«Нужно остановить его! Как угодно, сейчас!»

Гарет сощурил глаза и сжал кулаки. Лэмбтон словно бы почуял страх и гнев дварфа и взревел. Петля чешуйчатого тела разогнулась, и Гарета отбросило. Чудовище с лёгкостью крушило скалы каждым движением.

Гарет закрылся руками, но удар оттолкнул его к остальным и впечатал в стену. Он не смог бы даже обхватить змея, никак не мог задержать. Кости его предплечий треснули, руки обожгло болью.

– Дядя! – закричали дварфы.

Гарет сплюнул кровь и замахнулся киркой, но она только отскочила от чешуи. Колоссальный змей сотрясал всю шахту, петли его тела виднелись со всех сторон. После очередного удара о стену Гарет весь в крови упал на пол. Гарет побеждал многих чудовищ, но змей, для которого скалы были не плотнее воздуха, был сильнее, крепче и злее всех его прежних противников. Фонарь Гарета мигнул, осветил его раны и погас.

– Кошмар...

Первое, что сказал Финн перед шахтой Цельцебо.

Шахта открывалась ущельем. Повсюду высились деревянные помосты с вагонетками руды. Вокруг шахты построили почти городок. Обычно шахтёры деловито носились туда-сюда с инструментами и рудой, но теперь бегали в панике.

У входа в тоннель поднимались клубы пыли. Окровавленных шахтёров вытаскивали за руки. Гоблины и скальные ящеры бежали прочь. Одна сторона горы осела и погребла деревянные лестницы, мосты, тележки. Сель повредила или разрушила каждую постройку у горы. Шахтёры перекрикивались, торговцы хватались за головы и причитали о вложениях.

– Изо всех выходов пылит...как бы нам протиснуться поближе? Так не должно быть. – Поморщилась Локи.

Беспорядок явно устроило не разумное существо, а нечто дикое, злое.

– Не важно! Где эти дварфы? Всё ещё в шахте?!

Риверия никогда не видела бедствий и забеспокоилась. Гарета и ребят из Лонцы не было среди раненых дварфов, которых положили на землю. Финн остановил дварфа, который пробегал мимо, и спросил о них.

– Ещё не вышли! Гарет – мастер горного дела, наверно глубоко пошёл и не может выйти!

Даже Риверия не могла найти слов, хотя и недолюбливала дварфов. Кто-то потянул её за подол платья.

– Они умрут?

– Умрут?

Наруру и Норуру, которые за последние дни привязались к Риверии, смотрели на неё со слезами на глазах. Несколько жителей Лонцы тоже пришли к шахте. Кто-то из них упал на колени в отчаянии. Риверия посмотрела на женщин, которые каждый день помогали ей и которые теперь едва сдерживали слёзы. Принцесса сжала кулаки.

– Айна, я терпеть не могу дварфов.

– Госпожа Риверия?

– Они шумные, грубые, совсем не думают о других. Эльфы с ними никогда не ладят, и я тоже.

Риверия обвела взглядом груды обломков и тела на земле. Её губы сжались в полоску, а ногти впились в ладони.

– Но нельзя бросать их в беде из-за таких пустяков! Они приняли меня как родную, кормили и помогали мне, надутой эльфийке! Как я могу отвернуться от их боли?!

Дварфы из Лонцы подняли глаза. Айна понимала, что принцесса говорит не к месту, но замерла в восхищении перед её благородством. Риверия заступалась не за родичей-эльфов, а за дварфов.

– Парум, придумай план! Я не смогу найти решение сама!

– Риверия?

Риверия быстро подошла к Финну.

– В этот раз я буду делать то, что ты скажешь! Приказываю тебе спасти этих дварфов!

До сих пор она не пыталась действовать с остальными в команде. Риверия отбросила гордость, признала свою слабость и обратилась за помощью. Она была несговорчивой, наивной, однако начала меняться. Риверия решила вести других за собой, чтобы спасти.

Финн подумал, опустил глаза – возможно, потому что Риверия сияла ослепительным героизмом. Парума кольнула зависть. Его обычно направляло не горячее сердце героя, но холодный расчёт.

– Принято, сделаю. Твои новые заклинания работают так, как ты говорила?

– Да.

– Значит, пойдём напролом. Здесь твоя магия будет нужнее всего. Эй, собирайтесь, и возьмите побольше зелий! Ведите сюда дварфов, помогут разбирать завалы!

Финн сорвал ткань, которой в пути оборачивал копьё, объяснил команде план. Риверия молча слушала. Она достала всё, что было в сумке Айны, схватила торговца и потребовала отдать ей все зелья, заплатить обещала позже. Пока торговец тащил товары из повозки, дварфы из Лонцы взяли вещи и сняли с поясов кирки.

«Даже с магией Риверии гора слишком большая. Если бы только мы узнали направление хотя бы примерно...»

Финн только было собрался высказать опасения, но вдруг Локи встрепенулась.

– Э, слышь, а ну стой, шмакодявка!

Среди толпы дварфов из шахты юркнула маленькая тень, на которую Локи тут же набросилась и поймала. Тень съёжилась у неё в ладонях.

– Смотрите-ка, да это же всё упрощает! Даже искать не пришлось!

Богиня зловеще улыбнулась и показала духа, которого поймала.

На пол капала кровь.

– Дядя!

Всё тело Гарета покрывали раны и синяки. С каждым вздохом кровь вытекала из ран на коже, которая обтягивала каменные мышцы. Кирка давно сломалась.

Лэмбтон таращился на Гарета с яростью в шести глазах. Гарет сумел только разбить несколько чешуек. Змей только рассердился на строптивую добычу и стал бить чаще, злее. Он ещё никого не пожрал только потому, что мешался Гарет. Юные дварфы беспомощно смотрели на смертный бой.

– Что встали! Ройте! Приведите подмогу! – выкрикнул Гарет, который не сводил глаз с лэмбтона.

Дварф отвлекал чудовище на себя, чтобы молодые могли сбежать. Он уже решил, что убьёт змея ценой своей жизни. Он намеревался взорвать порох, когда останется один. Гарет стоял между змеем и шахтёрами нерушимой стеной.

«Тяжеловато! Всё уже в глазах плывёт!»

Силы Гарета заканчивались. Он потерял много крови, и в ушах у него звенело. Он не знал, сколько раз ещё сможет ударить. Его враг был в тысячу раз сильнее чудовищ на поверхности. Гарет не знал, что лэмбтоны обитают на нижних уровнях Подземелья, иначе он бы отчаялся. В Подземелье встречались сильнейшие противники в мире, и силу измеряли по чудовищам из Подземелья. Только безумец решил бы сражаться с лэмбтоном даже без благословения.

«Здесь я умру...»

Он слушал, как сердце отсчитывает последние удары до конца. Он улыбнулся.

«Не о такой доброй драке я мечтал...но было не так уж плохо».

Гарет мог только мечтать о смерти в бою. Он уйдёт громко, и после взрыва не останется даже тела. Вдруг Гарет ощутил желание жить, о котором давно позабыл, и улыбался этому чувству.

– Дядя...

Ёргер увидел его лицо.

– Ты улыбаешься?..

Фонарь Ёргера тускло мерцал. Юноша видел улыбку, которую Гарет никогда не показывал. Ёргер понял, что это ради них, мальчишек, Гарет сражается насмерть с улыбкой. Юное сердце воспылало...

– А-А-А-А-А-А-А!!!

...и взорвалось. Ёргер ринулся вперёд и замахнулся киркой.

– Что ты...Ёргер! Стой! Давай назад!

Юноша ударил. Кирка высекла искры из каменной чешуи. Чудовище отшвырнуло Ёргера, но он тут же вскочил на ноги и снова бросился в бой.

– Мы не будем! Прятаться! У тебя! За спиной! – перекрикивал шахтёр оглушительное шипение. – Как я посмотрю в глаза старикам, если вернусь без тебя?!

Ёргер кричал за себя и других юных шахтёров.

– Что мы за семья будем, если бросим тебя?! – ревел он от боли в душе и в пальцах, которые поранил до крови.

От его криков загорелись и другие дварфы. С боевым кличем они подняли кирки и лопаты, пробежали мимо Гарета и накинулись на лэмбтона.

– Вы...

На миг Гарет забыл про беспощадное чудовище. Он считал, что должен защищать молодых, должен пожертвовать собой ради них. Как же он заблуждался! Все шахтёры были такими же дварфами, как он.

– Ах вы балбесы!

Он до сих пор улыбался, но теперь по его лицу текли слёзы.

«Я не хочу, чтобы ребята погибли. Как же им помочь, если я не могу даже двинуться? Как же мне убить гада? Как же вывести всех живыми?»

Гарет зарычал и пошёл вперёд. Колоссальный змей лишь махнул хвостом, и вся бригада отлетела в стену.

– Ёргер!

Лэмбтон смотрел на Ёргера, который покатился по полу. Гарет силился подняться, подползти. Змей раскрыл бездонную пасть...

Пол засветился зелёным. Гарет тут же почувствовал, увидел, что свет излучает магический круг. Свет будто бы пробивался из-под завала, но вдруг окружил шахтёров. Лэмбтон отпрянул от ослепительного света, отвернулся.

Свет словно узнал дварфов, а затем разошёлся, раскинулся на всю пещеру. Стена, которая запирала каменную могилу, рухнула...

– Леватейн. – Раздался голос эльфа, которого здесь не могло быть.

Два столпа пламени вырвались из пола прямо под чудищем. Дварфы смотрели, как багряный ад пожирает змея. От ударов загрохотали скалы. Гарет обернулся к дюжине фигур со стороны прохода.

– Гарет! Пацаны! Живы ещё?!

– Старики...и кто...

У входа с кирками и лопатами в руках стояли пожилые дварфы, которые больше не работали в шахтах.

– Кажется, успели.

– Парум?

Парум держал в руках копьё, высший эльф – изумительный посох. Айна и Локи вышли из-за груды камней. Финн улыбнулся.

– Спасибо скажешь Риверии. Вас нашла её магия.

Риверия тяжело дышала и с трудом держалась на ногах.

Леватейн, заклинание второго ранга, действовало на огромной площади. Магия сама распознавала цели внутри магического круга. Риверия повторяла заклинание раз за разом, пока не отыскала шахтёров.

– Просто так мы бы не смогли обыскать целую гору. Пока не смогли бы. Нам подсобили. – Признался Финн и кивнул в сторону Локи.

Богиня с ухмылкой раскрыла ладони.

– Ну а как же искать клад без гнома!

Гарет посмотрел на крохотного духа и тут же всё понял. В среде своей стихии водились духи разных элементов: саламандры, ундины. Гномы любили драгоценные камни и редкие минералы, поэтому поселялись под горами – в шахтах и пещерах. Из-за гномов Гарет и не хотел взрывать породу. Гномы таскали в своё логово сокровища земли, и богаче гномьих нор сокровищниц не бывало.

Локи поймала и допросила гнома, который бежал из шахты. Гном рассказал, где видел шахтёров, и семья Локи прочесала ходы. Они бы не пришли так быстро, если бы шахтёры не разобрали часть завала.

– Уф...фух... Фу, что-то неважно ты выглядишь, дварф.

– Эльфийка...ты...

Риверия проковыляла к Гарету. Она пошатывалась, но ругаться это ей не мешало.

– Не зазнавайся, не спасать вас пришла! Надо же как-то отплатить дварфам, которые показали мне мир по-новому.

Она посмотрела на Гарета сверху вниз.

«Это кто ещё неважно выглядит? По тебе и не поймёшь, что высший эльф».

Риверия запачкала платье землёй и пылью, словно дварф, однако не жаловалась. Гарет не стал огрызаться.

– Госпожа Риверия! Поберегите себя! Вы же сейчас упадёте!

– Да чтоб я опозорилась перед дварфами?! Айна, смотри лучше за шахтёрами!

Риверия вышла вперёд, словно решила закрыть Гарета от угрозы собой. Они с Финном посмотрели на змея, который извивался и шипел в языках пламени.

– Ты сама сказала, что будешь слушаться. Нам сейчас ещё драться, и мне нужна твоя помощь!

– Знаю!

Финн не стал бы лишний раз рисковать. Противник был сильнее, чем эрена и зелёный дракон. Гном сказал, что змею под землёй драться легче. Если он зароется, то всех перебьёт. Безумием Финегаса пользоваться было нельзя – парум не смог бы следить за противником. Он дал указания Риверии, побежал вперёд, увёл лэмбтона дальше от дварфов. Пещеру заполнили удары копья и заклинания.

– Кто вы такие...

Гарет смотрел на Финна и Риверию, которые спустились в логово чудовища и сражались за жизни дварфов. Парумы подлизывались, при удобном случае забывали обещания, а чуть что – бежали из боя. Эльфы на всех смотрели свысока и поносили. Парум и эльфийка перед ним были другими. Он не понимал, что происходит.

«Что они такое?»

Гарет почувствовал, как у него в груди жжёт.

– Это мои Финн и Риверия. У ребяток сердца такие же горячие, как у любого дварфа.

Локи отдала гнома Айне и подошла к Гарету.

– Придётся тебе постоять тут, посмотреть со стороны. Грустненько, но что поделать? Ты сейчас не боец.

Локи картинно развела руками и покачала головой. У Айны дёрнулся глаз. Она видела уличную мошенницу, которая всегда успеет сунуть руку кому-то в карман.

– Одна-а-ако! Будь у тебя благословение, ты бы стал могуч как никогда и бодро снова пошёл в бой! Ну ты подумай только, тебе же это вообще ничего не стоит... – распиналась Локи так же, как перед Риверией.

– Не надо.

– А?

Гарет прищурился.

– Я сказал, обойдусь! – рявкнул он.

Богиня отпрянула.

– Нет времени! Отойди!

– Что ты, э, пого...эй, да ты серьёзно, что ли?!

Гарет пробежал мимо. Он не заметил, когда снова заулыбался. Он сжал кулаки и не замечал, что с него капает кровь. Перед ним Финн отважно бил копьём громадного змея. Риверия держала посох над головой и ровным голосом пела заклинание.

Сердце Гарета горело.

«Жарко».

Ему было жарко. В груди жгло. По телу пробежала дрожь. Он никогда не видел таких могучих и бесстрашных воинов другой расы. Впервые он захотел с кем-то встать бок о бок на поле битвы. Вновь разгорелось желание, которое Гарет зарыл в недрах души много лет назад.

– Я хотел доброй драки...

Пламя из его сердца заструилось под кожей.

– Ур-р-р-ра-а-а-а-а!!!

Гарет ринулся в пекло боя. Он пролетел мимо Риверии, мимо Финна и врезался в лэмбтона. Змей столкнулся со стеной и сотряс пещеру – а боевой клич Гарета сотряс воздух.

– Да чтобы гнусная эльфийка и дерзкий парум обошли меня?! Дайте и мне повеселиться!

Дварф улыбался как воин. Он забыл обо всём, кроме радости битвы.

– Ну что за варвар!

Эльфийка удивилась его мощи, но не подала виду.

– Аха-ха-ха-ха-ха-ха! Ну давай драться! А ну-ка, вместе!

Парум хохотал, его сердце колотилось от восторга. Он впервые сражался в команде.

Трое встали вокруг чудовища, которое шипело и дёргалось.

– Вот это да!

– Как ловко они помогают дяде...

Пожилые дварфы уносили шахтёров прочь, но они до последнего смотрели на Гарета. Парум стоял рядом с сильнейшим дварфом Лонцы, эльфийка поддерживала их магией. Смелые крики, могучий рёв и звонкая песня переплетались в одну симфонию. Яростный, героический бой словно оживлял легенду. Трое воинов сражались как семья.

– Эх... – Ёргер вытер слезнику, – так и знал. Вот где ему самое место.

Гарет улыбался, но уже не смиренно, как раньше, а бодро, весело. Куда делся мрачный, скрытный шахтёр? Настоящий Гарет Камнезём был этот пламенный, горячный воитель.

– Давай, дядя! Сделай гада!..

Ёргер закрыл глаза. Он потянулся в сторону и нащупал плечо товарища. Гарет ударил правой, будто бы вторил ему.

– Н-н-на-а-а-а-а!!!

Гарет ударил всем весом, и чешуя треснула. Змей заметался, он горел яростью и магическим огнём, он начал бояться эту крохотную добычу. Чудовище развернуло морду к стене.

– Не уйдёшь!

Риверия не думала отпускать его. Из последних сил она дала последний залп.

– Праведный Фимбульветр!!!

Буря пронзила зверя и заморозила стену и пол. Риверии не хватило сил обездвижить врага, но задержать сумела. Гарет и Финн продолжили.

– Пр-р-робивай!

Финн на миг оглох от команды. Он метнулся вперёд и воткнул копьё в тело змея. Лэмбтон буйствовал и крушил лёд. Льдинки заполнили воздух. Гарет подскочил, зажёг фитиль и затолкал пороховой заряд прямо в рану.

– У-У-УМР-Р-РИ-И-И-И-И!!!

Финн и Гарет кинулись прочь. Полыхнуло багрянцем, и лэмбтона разорвало надвое. Части змея всё ещё дёргались и горели в ледяных оковах. От взрыва мир содрогнулся, потолок обрушился, и чудовище завалило камнями.

Риверия опустила посох. Гарет сел на пол и довольно улыбнулся.

Они победили лэмбтона, который обрушивал шахты, но испытания не кончились. Обвал мог похоронить и остальных. Локи отдала Риверии приказ, и она сумела сотворить последнее заклинание. Она укрепила стены пещеры льдом, и все смогли дождаться спасателей. Спустя годы сильнейший маг Орарио вспоминала, как истратила последние силы и предотвратила неминуемый конец приключениям семьи Локи.

Когда Риверия шагнула под солнечный свет вся в грязи и с мешками под глазами, то сразу же упала в обморок. Она проспала три дня и три ночи. Айна следила за хозяйкой всё это время. Даже Гарет и шахтёры приходили навестить её, потому что чувствовали себя виноватыми.

– Если эльфы узнают, они нас распылят, – хмыкал Финн, – тебя, меня, Локи, вообще всех.

В конце концов, шахтёров удалось спасти, и никто не погиб. В Лонце устроили три дня и три ночи праздников в честь героев. Когда проснулась Риверия, пир продлили и для неё.

Дварфы жили бедно, однако ради случая открыли несколько бочек вина. Локи вместе со стариками пила бокал за бокалом. Риверия с Айной беседовали в стороне. Финн рассказывал дварфам истории и смеялся. Гарет долго решался, и наконец подошёл к Финну и Риверии.

– Вы спасли меня и моих ребят. Сдаётся мне теперь, эльфы и парумы не так уж плохи. Ну...спасибо вам.

Риверия отвела глаза. Финн кивнул. Гарет ушёл в угол, в одиночку пил и о чём-то думал.

На следующий день семья Локи собралась уходить.

– Вы от нас уходите?

– Уходите?

– Ничего не поделать. Я хочу исполнить мечту.

Вся Лонца пришла их провожать. Риверия мягко улыбнулась и погладила Норуру по голове.

– Гарет...

Гарет был не с ними, а среди земляков. Он замялся.

– Я...не пойду. Не могу.

Он смотрел в пол. В первую встречу он отказывал увереннее.

– Ради города я должен...

Ёргер положил руку ему на плечо.

– Дядя, иди! Отправляйся в путь!

Гарет обернулся. Ёргер пихнул ему в руки дорожный мешок. Молодёжь собрала для него вещи заранее.

– Я слышал, что вы говорили в бане! Я дурак, я и знать не знал, что тебе тут плохо!

– Ёргер, ты...

– Мы тут и без тебя справимся. Ты лучше живи как сам хочешь.

Гарет набрал воздуху, чтобы обругать пацанов, но Ёргер его перебил.

– Ты видел, как мы били того гада? Мы и без тебя пробьёмся! Мы будем сильными и сами сможем прокормиться! Незачем тебе всё бросать ради нас! – Ёргер вытер слёзы. – Мы тобой гордимся, так ты уж прославься больше этой эльфийки и парума!

Вся Лонца тут же вторила юному дварфу.

– Правильно! Иди уже!

– Молодые без тебя разберутся!

– Мы за тебя болеем!

– Давай, дядя Гарет! Ты всё сможешь!

Дети, старики – все стали его подбадривать. Губы Гарета задрожали, хотя слёзы не выступили.

– Да вы посмотрите вокруг, дурачьё! На всю эту нищету и разруху! Как вы с этим будете разбираться без меня-то?!

– Экхем! – привлекла внимание Локи.

Финн ткнул её локтем и пробормотал: «Ведёшь себя не по-божески...» – и она объяснила.

– Вот этот наш гномик как раз же всё решает.

– Что?! – хором крикнули все жители Лонцы.

– Я взяла его с собой сюда. Он сначала не хотел, но сейчас говорит, что еда вкусная, народ любезный и вообще здесь ему будет неплохо.

Гном помахал ручкой и забормотал.

Гномы – духи земли. Они любят минералы, руды, драгоценные камни – и легко их отыскивают. Подружиться с гномом – всё равно, что найти гору сокровищ. С духами непросто даже говорить или понимать, а подружиться почти невозможно, однако...

– Я попросил Локи вести переговоры. Локи вроде как разбирается в дипломатии, да и всё-таки богиня, это не абы кто.

– Парум...

– Тут горы, много шахт. Я решил, что здесь хоть один гном да будет. Сначала я хотел с помощью гнома отыскать залежи ценной руды...

Финн объяснил, что нужно было решить денежные проблемы города, иначе Гарет не согласился бы уйти. Он хотел искать гнома, но тот сам появился.

– Гном поможет заработать, но защищать город тоже надо. Поищите бога-покровителя. Идите к нему в слуги или просто наймите семью для охраны.

– Поняли!

– Обычно боги не поселяются в таких далёких краях, но кое-кто из наших не дурак поуправлять городком. Наверняка и сюда придут, вы только позаботьтесь, чтобы о вас узнали.

Горожане слушали и кивали. Гарет осмотрелся. Дварфы уже слышали от Локи про всё, что случилось во время обвала. Они смотрели на Гарета с улыбками. Он не знал, что земляки готовы с ним проститься. В конце концов, он последние дни почти ни с кем и не говорил. Дварфы понимали, как Гарет себя загонял ради остальных, и сняли цепи, которые приковали его к городу. Гарету осталось только решиться самому.

– Я спрошу ещё раз. Гарет из Лонцы, вступишь ли ты в семью Локи?

Финн шагнул вперёд и посмотрел на Гарета. Все ждали ответа. Слишком чисто. Они перерезали все пути к отступлению. Гарету ничего не оставалось.

– Ва-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Гарет расхохотался впервые за много лет.

– Чтоб вас, никуда-то от вас не денешься!

– Гарет, правильно ли я понимаю...

– Да! Я с вами! Куда вы – туда и я!

Горожане радостно закричали напутствия. Финн протянул руку...но Гарет не пожал её.

– У меня одно условие.

Он сложил руки на груди. Риверия, которая не ругалась уже давно, сморщила нос.

– Да после всего, что мы сделали, ты ещё смеешь требовать...

Гарет даже не посмотрел в её сторону.

– Будем драться.

Все умолкли.

– С остальными вы уже сговорились, и я решил, что буду жить как хочу сам. Но это не значит, что я буду солдатом у вас на побегушках!

– Гарет...

– Побьёшь меня – тогда буду слушаться.

«Я так просто не сдамся».

Землистые глаза блестели зло, жёстко. Финн улыбнулся. Стоило дварфу снова в себя поверить, как он потребовал драки.

– Ты смотри: я сдерживаться не буду.

– А то! Даже не думай, иначе я тебя скручу в бараний рог!

– Да-а-а, дядя Гарет, давай! – закричали шахтёры.

– Наш Гарет самый сильный!

Проводы тут же стали ареной. Дварфы встали в круг, поднимали кулаки в воздух. Локи среди них болела за Финна. Локи прикрыла глаза рукой и вздохнула. Айна неловко улыбалась. Гарет и Финн ухмылялись.

Никаких благословений. Честный мужской поединок. Финн поднял копьё, Гарет – кирку, которую подали из толпы. Они столкнулись.

– Хочу доброй др-раки!

Годы тоски кончились. В то мгновение дварф отправился в поход – в мир, где его ждали сотни сражений.