Практическое руководство по злу. Том 4 Глава 45 Засада

«Поскольку беллерофоны не обновляли свои военные карты вот уже больше ста лет, их поход на Пентес начался с захвата трёх отдалённых городков Делос, один из которых был укреплён, а его стражники отразили атаку армии. В конечном итоге Республика отступила через месяц, захватив стигийский торговый караван, перевозивший горстку пентесийских товаров, и объявила о безоговорочном успехе своей карательной экспедиции к величайшему недоумению экзарха Пентеса, которая всё ещё собирала своё войско в более чем трёхстах милях к северу». — Отрывок из трактата «Вихрь раздоров, или История внутренних войн Лиги», написанного принцем Александром из Лиониса.

Если это и был отвлекающий манёвр, то весьма успешный — впрочем, меньшего я от Малисии и не ждала. Скрежеща сапогами по выцветшему камню, я присела на корточки у самого края склона пирамиды и принялась изучать фигуры внизу. Всего двадцать одна. Десять безликих солдат неопределённого пола в стали и масках из чёрного кованого железа — личная гвардия самой Башни. Меня учили, что их зовут Стражами. Я не знала наверняка, насколько сложно будет сражаться с ними, но Стражи не были молодым институтом праэси. Если хотя бы половина из сотни тиранов, когда-то командовавших ими, удосужилась обучить их паре-тройке скверных трюков, лёгкой добычей они не станут. Безмолвная стража образовала стальное кольцо, подняв широкие ростовые щиты, чтобы защитить остальных делегатов. Именно они, подумала я, и станут источником настоящих проблем, если этим проблемам вообще суждено случиться. Из одиннадцати оставшихся незнакомцев лишь двое носили доспехи, да и те явно были церемониальными. Очень похожими на ту пёструю чешую, что носила Даэмонистка до того, как затребовала себе это самое Имя. Эти двое принадлежали к народу сонинке, были мужчинами, и выглядели слишком безупречно, чтобы быть кем-то, кроме высокородных уроженцев Пустоши.

Впрочем, я отмела их. Настоящую угрозу здесь будут представлять чернокнижники, а вовсе не мечники, каково бы ни было их мастерство. А среди делегатов имелись маги, это я могла утверждать с первого взгляда. Никто из прочих праэси не носил оружия тяжелее длинного кинжала, и хотя их одеяния являли собой вычурное буйство яркого шёлка, цвета не могли скрыть едва заметное мерцание рун, вплетённых в ткань. Защитные чары, хотя без Масего рядом у меня не было реальной возможности понять их назначение. Зато я знала вот что: пускай шёлк и оставался одной из тех тканей, что лучше всего впитывали магию без ущерба для себя, материя способна принять лишь определённый объём волшебства. Против другого чародея защитные заклинания давали весомое преимущество. Против меня же это было сродни попытке сдержать море деревянным ведром. Мне всё равно придётся ударить по ним со всей силы, подумала я. Крошечные крупицы Зимы они просто проигнорируют, так что если и нападать, то внезапно и ошеломляющей мощью. Признаться, мой самый любимый вид драк, пусть и случались они нечасто.

Одна фигура выделялась на фоне остальных, и при взгляде на неё мои пальцы крепче сжали эфес меча. Женщина из народа сонинке, молодая. На вид не больше двадцати, и хотя внешность у неё была довольно заурядной, все прочие делегаты вокруг вели себя подобно подсолнухам, поворачивающимся к солнцу. Её платье отличалось изысканной скромностью, равно как и серебряные украшения на шее и запястьях, но ошибиться в том, кто перед нами, было невозможно. Передо мной стояла не Малисия во плоти, а точнее, плоть была, но не её. Стало быть, симулякр. Я ощутила резкий укол облегчения, получив подтверждение тому, что всегда считала наиболее вероятным. И всё же какая-то моя часть испытала разочарование. Убийство настоящей Малисии породило бы хаос, но вместе с тем и возможности. Если бы мне удалось навязать Империи войну за престолонаследие, самой в неё не ввязываясь... Ладно, нет смысла ныть. Что есть, то есть, и в данном случае присутствие обычной плотской марионетки могло оказаться благословением. Упомянутая марионетка бодрствовала и пребывала в полной боевой готовности, как я заметила, и на то имелась веская причина.

Она только что едва не погибла.

Я прибыла слишком поздно, чтобы стать свидетельницей самого покушения, но по одному лишь расположению праэси могла понять, что произошло. Как только они покинули Тройное Отражение через ближайшие врата и вышли на аллею, ведущую к высокой колоннаде, где они находились сейчас, на Императрицу было совершено нападение. Мерцающие щиты света вокруг марионетки плоти ясно объясняли, почему покушение провалилось, и указывали на наиболее вероятного подозреваемого: Вор. Это не могла быть Лучница. Её стрелы способны пробить большинство заклинаний, и даже если бы ей не удалось убить цель издалека, она бы подобралась ближе и искромсала Стражей. У Адъютанта не было аспекта, подходящего для бесшумной засады, а оставшуюся пару я только что оставила позади. Нет, это определённо была Вор. Сплетающий намекал ещё в своём логове, что она попытается убить Малисию тем самым клинком лунного света, который украла у Заклинательницы Клинков. Такова была моя догадка: она приблизилась под покровом своего аспекта, нанесла удар и тут же отступила, когда клинок не смог пробить защиту Императрицы. Я не могла знать наверняка, была ли неудача вызвана исключительной мощью барьеров праэси или же выбранное оружие просто не подошло, и это вызывало тревогу.

Меня они, по крайней мере пока, не заметили. Я ещё не наложила на себя морок, опасаясь, что кто-то из магов окажется излишне восприимчив к подобным силам, и это фактически выдаст моё присутствие, даже если они не сумеют разглядеть меня сквозь него. Готова поспорить, что стоило бы делегации учуять меня, они бы тут же укрылись за тяжёлыми барьерами и подняли такой шум, что людям Мёртвого Короля пришлось бы явиться и разузнать, в чём дело. Если такое случится, игра будет окончена. Любая дальнейшая попытка продвинуться нарушит те негласные границы, что Нешама установил для этой нашей маленькой забавы. Находится ли Вор всё ещё поблизости? Внутренний голос подсказывал, что да, но рассчитывать на это я не могла. Она могла действовать по плану, который мне неизвестен. В чём, полагаю, и заключался весь смысл. Мы до такой степени забили взор Сплетающего этими планами, что невозможно было предугадать, где находятся остальные Горести и чем они заняты. К прискорбному несчастью, я из-за этого тоже оставалась в неведении. На время я отложила эти мысли, устремив взор на делегатов праэси. Сейчас они держали оборону: Стражи использовали укрытие колоннады, чтобы занять неплохую оборонительную позицию, пока маги накладывали слои заклинаний, но вскоре они придут в движение.

Будь я сейчас на месте Малисии, я бы беспокоилась о Лучнице куда сильнее, чем о Воре. Чем дольше Императрица оставалась на открытом пространстве, тем выше становился риск получить случайную стрелу в горло. Если я хотела совершить приличный выпад в сторону Императрицы, мне требовалось оказаться поблизости к моменту их выступления. Что оставляло мне задачу незаметно подобраться к группе отлично обученных, профессионально параноидальных и только что переживших засаду обитателей Пустоши. При этом будучи в доспехах. Средь бела дня. Без какого-либо реального укрытия, едва я покину верхние ярусы пирамиды. Это не выглядело рецептом успеха, с какой стороны ни посмотри, но, по крайней мере, на мне была кольчуга, а не латы. Довольно слабое утешение, но я брала то, что давали.

Плотнее запахнув Мантию Скорби — яркую, но хотя бы не сияющую активно под солнцем, — я начала спуск. Двигалась я по диагонали, насколько это вообще представлялось возможным. Между колоннадой и краем самого Тройного Отражения простирались открытые участки земли, и пересекать их у всех на виду было затеей для дураков. Нет, чем дольше я размышляла об этом, тем очевиднее становилось, что придётся поставить всё на свою способность угадать, куда направятся праэси, и устроить западню именно там.

Мест, куда они могут пойти, не так уж много, рассуждала я, перебираясь от камня к камню. Впереди высился ещё один дворец, но я бы не стала ставить на то, что они выберут его. Внутри наверняка обитает очередной ревенант, да и само место не выглядело... особо гостеприимным. На конструкции из текучего обсидиана было неприятно смотреть на каком-то первобытном уровне, хотя праэси заставили бы помедлить именно внешние украшения. В камне были прорублены небольшие желоба в виде мистических символов, озарённые чем-то, похожим на жидкое пламя. Дворец трепетал зыбкими тенями даже под лучами солнца. Если они пойдут туда, я перебью их всех. Им придётся протискиваться по узким, зажатым огненными стенами тропам, где для моей засады найдётся уйма укрытий. Если только тот ревенант уже не занял позицию и не приготовился вмешаться, окраины этого дворца станут для меня идеальной бойней. Сама Малисия не слыла выдающимся военным тактиком, но дурой она точно не была. Она выберет один из двух оставшихся путей.

Первый вариант был рискованным для неё. Колоннада и похожая на храм галерея, что окружали пирамиду, имели тропу, огибающую склон к открытой площади. Там её ожидали бы Зал Мертвецов и целая армия приспешников. Если Императрица доберётся туда невредимой, она будет в безопасности. Я не смогу вырвать её из лап Мёртвого Короля, не испортив всё дело. С другой стороны, я надеялась, что она выберет именно этот путь. Я уже была у последней трети пирамиды; мне достаточно было скрыться из виду за углом, чтобы обойти её отряд в колоннаде. Я начала менять угол спуска, чтобы опередить её, если она выберет этот путь. Малисия, однако, должна понимать, что это по большей части открытая местность, а большинство Горестей всё ещё охотятся. Забудем о Воре, но если на неё наткнется Лучница, прольётся кровь. Это самый быстрый путь к безопасности, но, возможно, и самый опасный.

Второй путь вёл к отступлению. Не обратно в Тройное Отражение — хотя и такое возможно, будь они круглыми дураками — а к нижним ярусам Кетера. В данный момент мы все находились на самом верхнем кольце, окружённые крепостным валом, к которому Атал привёл меня ранее через тайный ход. Императрица могла направиться к этим стенам, а оттуда либо рассчитывать на защиту солдат Мёртвого Короля, либо спуститься ещё ниже, подальше от зоны, где, как она знала, бродили Горести. Раньше я имела преимущество высоты над ней, так что уже знала, что на валах нет нежити. На самом деле их отсутствие было весьма бросающимся в глаза. Нешама совершенно определённо смотрел в другую сторону, если можно так выразиться. Малисия, впрочем, не могла знать этого наверняка. Корона Мёртвых сильно мешала ритуалам предвидения, так что она не могла просто заглянуть в чашу. Если бы она выбрала этот вариант, игра бы продолжилась. Пока её не окружат солдаты-мертвецы, она будет оставаться мишенью, как бы далеко вниз ни бежала. Сама я не слишком хорошо знала остальную часть города, так что мы обе продвигались бы вслепую.

Я добралась до одного из четырёх рёбер пирамиды, когда праэси выступили. Выглянув из-за угла, я хищно ухмыльнулась, наблюдая, как делегация спешно направляется к центральной площади. Значит, она поставила всё на быстрое решение. С этим я могу работать. Я тоже прибавила шагу, спустившись на землю задолго до того, как они показались в поле зрения перед поворотом. Побарабанив пальцами по ножнам, я окинула взглядом место, где должна была разыграться засада: сразу за поворотом, откуда открывался чистый обзор на дорожку, ведущую к площади. Колонны стояли всего в нескольких футах друг от друга и соединялись низкой стеной на внешней половине галереи, хотя половина, обращённая к пирамиде, оставалась открытой. Поворот был слишком закруглённым, чтобы я могла укрыться в самом изломе, к сожалению, но в этой конструкции имелась ещё одна деталь: потолок. Скреплённая перекрещивающимися медными балками, угловатая каменная крыша поддерживалась колоннами. Сам потолок был сплошным, но между длинным пролётом камня, удерживаемым этими самыми колоннами, и крышей оставалось свободное место. Немного, но тут уж мой рост впервые мог сослужить реальную службу. Пару лет назад сама мысль о том, чтобы висеть под потолком, словно грёбаная летучая мышь, дабы спикировать вниз на врагов, показалась бы мне абсурдной, особенно в доспехах. Но теперь? Не то чтобы мои руки всё ещё могли устать.

Нападать придётся прямо на повороте, иначе в тот миг, когда противник приблизится, он просто увидит меня висящей там. Это мигом превратится в неловкую ситуацию, ведущую к вопросам в духе «почему ты решила, что это сработает?» или, что ещё хуже, к светской беседе. Я не была эмоционально готова вести вежливый разговор с Императрицей, пока вишу под потолком с намерением совершить убийство. Я подтянулась на низкую стену и нахмурилась, глядя вверх на колонну. Хороших зацепок для рук явно не хватало, но использование Зимы выдало бы меня, а мне нужно было спешить, пока враг не прибыл. Со всем изяществом одноногой белки я обхватила колонну и взобралась по ней вверх. Там дело пошло проще: я ухватилась за одну из медных балок и покинула колонну, без усилий подтянув всё тело и расставив ноги, чтобы получить больший упор от других балок. Свободной рукой я подобрала свой плащ, который теперь свисал, точно дерьмовый гобелен, и просто скомкала его на животе, после чего прижалась вплотную к потолку. Вот так, должно сойти. Я втайне надеялась, что Вора нет поблизости, потому что если она меня увидит, я вовек не отмоюсь от позора. Я услышала шаги, а затем и их голоса.

— Чары Мёртвого Короля делают невозможным использование нормальных поисковых заклинаний, — со вздохом произнёс женский голос на языке мтетва. — Прошу прощения, Ваше Ужасное Величество. Моих способностей недостаточно.

— Я едва ли ожидала, что ты превзойдёшь Скрытый Ужас в вопросах чародейства, леди Олинга, — отозвалась марионетка плоти. — Твои барьеры уже доказали свою полезность, что уберегло меня от засады Вора.

— Она всё ещё может скрываться где-то поблизости, — предупредил мужчина. — И Адъютант к этому времени уже наверняка выбрался из иллюзий. Нам нужно поторопиться.

— Любое ускорение нарушит барьеры, — раздражённо заметила леди Олинга. — Мне потребовались десятилетия, чтобы научить их поддерживать структуру при движении.

— Чернокнижник может...

— Я не Чернокнижник, — прервал его мужчина из народа сонинке. — И даже не Иерофант. Требуй от меня чудес, Галадан, когда сам едва способен использовать Высшие Арканы.

— Мы продолжим движение в прежнем темпе, — произнесла Не-Малисия, и я почти физически ощутила её успокаивающую улыбку. — Спокойствие, друзья мои. Эта интерлюдия скоро завершится.

Что ж, в этом она не ошиблась. Куда больше меня беспокоили шаги Императрицы и высокородных, но ни единого шага Стражей. Однозначно, зачарованное снаряжение. И невозможно угадать, какого класса. В Праэсе зачарованные артефакты не были такой редкостью, как в Кэллоу, но даже в Пустоши безделушки не задерживались в домах могущественных семейств. Магия, обращённая в чары, со временем угасала, так что для долговечности вещи требовался чрезвычайно могущественный маг — или ритуал, — который изначально её создал. Более простые предметы приходилось регулярно подпитывать силой, а большинство магов считали подобный рутинный труд ниже своего достоинства. Это означало необходимость искать другого практика, который бы этим занялся — в Праэсе, конечно, это проще, чем на моей родине, — но артефакты работали безупречно только в руках своих создателей. После этого они становились лишь немного хуже с каждой новой сменой владельца, пока окончательно не выходили из строя. Конечно, существовали и вещи из легенд. Такие, как правило, походили либо на оружие Одинокого Мечника — ангельское перо, столь глубоко постигшее законы Творения, что те сконфуженно отступали, либо на самую обычную легендарную вещь. И то, и другое создавалось чародеями или Именованными, рождавшимися раз в столетие, и ковалось из материалов с врождёнными магическими свойствами, поддерживающими чары вечно. Всё это было редкостью, добывалось с великим трудом и стоило немыслимо, немыслимо дорого. Длинный лук Лучницы, вероятно, стоил бы как пара огромных дворцов в Принципате, вздумай она когда-нибудь заложить его в Меркантисе, и то он не вполне мог сравниться с некоторыми из существующих предметов.

Будь они откуда угодно ещё, я бы сразу отмела мысль о том, что Стражи имеют хотя бы одну деталь подобного снаряжения. Личная стража или нет, они не заслуживали столь чудовищных расходов. К несчастью, они были родом из Империи Ужаса Праэс. Когда нация выбирала трёх императоров подряд, чьим тронным именем было Расточитель, оставалось ожидать лишь худших финансовых решений. И это не считая кучки магов-Тиранов, управлявших Башней, под чьим началом служило столько же Чернокнижников, и мало кто из них испытывал угрызения совести из-за лёгкого массового убийства и сопутствующего банкротства, если те вставали на пути их очередных идей. Даже при таком раскладе подобных вещей не могло быть слишком много. Однако снарядить десять гвардейцев — вполне. Станет ли Малисия рисковать столь ценным снаряжением, привозя его в Кетер? Внутренний голос подсказывал, что да. Сама она магом не являлась и, подобно Бедствиям, никогда не демонстрировала особого почтения к артефактам, значимым лишь на тактическом уровне. Я легко могла представить, как она снабжает отборных Стражей лучшими вещами как для демонстрации силы перед Мёртвым Королём, так и ради той самой крошечной доли дополнительной безопасности на чужбине.

Что означало: я не могу просто проигнорировать солдат, как планировала ранее. У них могли оказаться предметы, способные навредить фейри — нет, зная Малисию, у них определённо имелись предметы, поражающие фейри. И всё же чародеи оставались большей угрозой. С бойцами, пусть и опасными, я могла справиться в бою. Если же я застряну за барьером, выхода не будет. Я затаила дыхание, губы сжались в тонкую линию, когда я осознала, что мои лёгкие так и не начали гореть. Очередная утешительная иллюзия, которая не выдержит проверки реальностью. Широко раскрыв глаза, я ждала приближения праэси. Носители артефактов или нет, Стражи всё равно носили эти грёбаные дурацкие маски. Им было непросто смотреть вверх, да и периферийное зрение оставалось паршивым. Я позволю им пройти подо мной, прежде чем спикирую вниз и уничтожу как можно больше магов первым же выпадом. Без единого звука пара закованных в сталь солдат миновала меня, а затем — дерьмо.

Я нырнула вниз за мгновение до того, как полоса молнии успела вспороть мне живот. Эта штука вырвалась из опала? Мне теперь нужно начать беспокоиться о украшениях на чужой одежде? Стражники набросились на меня прежде, чем остальные успели даже вскрикнуть от удивления, их мечи взметнулись. Магия вспыхнула позади них, маги начали действовать, и я без тени сомнения знала, что если застряну в потасовке с солдатами, всё покатится под откос. Никогда не позволяй магам получить время на наложение заклинаний. Я выдохнула и сорвала ещё один морок. Я шагнула прямо сквозь удары мечей, туман, которым теперь было моё тело, клубился, пока их клинки пронзали его насквозь. Один шаг, два, три, и я оказалась среди магов. Плотнее, приказала я своему телу. Мой клинок перерезал горло тагреба, и пластины света вокруг Малисии померкли, а её глаза расширились от страха и изумления. Я вытянула нить своего домена, придала ей форму и отпустила лёгким взмахом запястья. Дротик из ткани ночи полетел безупречно, пробивая магическую защиту и…

Разбив иллюзию.

Чёрт. Через удар сердца барьер сомкнулся вокруг меня, и я оказалась в окружении весьма недовольных праэси. Со вздохом я поднялась из полуприседа, поправила плащ и одарила делегацию сияющей улыбкой. Ни единой ответной не получила, что могло иметь некоторое отношение к человеку, истекающему кровью на земле всего в футе позади меня.

— Что ж, — пробормотала я. — Получилось немного неловко.

Я потянулась к Зиме, но обнаружила, что моя воля не может до неё дотянуться. Это, поразмыслив, было не самым многообещающим началом для данных переговоров.