Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 208 Спасительница Чезаре

Дата выхода оригинала: 30.11.22

Потерпев сокрушительное поражение на равнинах Савойи, герцог Чезаре не стал возвращаться в земли Пизано. Он отправился прямиком в столицу — в Сан-Карло.

Совершенно неподобающее поведение для герцога. Но Чезаре, бесславно погубивший семь тысяч солдат, с таким трудом собранных Этрусским королевством, просто не вынес бы косых взглядов местных жителей, останься он в Пизано.

Добирался он домой с трудом, но возможность сбросить с себя ответственность перевешивала любые неудобства.

Однако вскоре выяснилось, что он глубоко ошибся.

— Чезаре! Армия Галлико уже у самого Сан-Карло! — завопила мать.

Не только галликанцы двинулись на юг вслед за Чезаре. Герцогиня Рубина лично прибыла из королевского дворца в центре города на виллу Сортоне — поместье Чезаре на южной окраине столицы.

Ворвавшись в гостиную, она с порога грубо обратилась к сыну:

— Ты так и будешь сидеть сложа руки?! Ну сделай же хоть что-нибудь!

Чезаре, с каменным лицом, уставился в пол. В данный момент он изо всех сил старался превратить слова Рубины в обычный шум. Будь он лет на пять моложе, определённо заткнул бы уши руками и по-детски замотал головой.

— Ты вообще мать слушаешь?! — взвизгнула Рубина.

У него не было сил даже огрызаться.

Выпивка. Срочно нужна выпивка.

Ради остатков чувства долга он в последнее время избегал своего «лучшего друга», но теперь тоскливо вспомнил о нём. Обычно Чезаре предпочитал игристое, однако в такой день, как сегодня, ему хотелось чего-нибудь покрепче. Напиться до беспамятства и отключиться — вот чего ему сейчас хотелось.

Но ужасная угроза разметала мечты Чезаре в клочья, громыхнув над ухом, словно пушечное ядро.

— Король скоро призовёт тебя во дворец, — предупредила Рубина.

Чезаре резко вскинул голову:

— Что? Зачем?

— Что значит «зачем»?! Ты главнокомандующий Этрусского королевства! От тебя зависит защита страны!

С момента возвращения Чезаре в столицу, Лео III ни разу не вызывал «племянника» во дворец. Столичные сплетники, несомненно, вовсю судачили о том, что герцог потерял расположение монарха, но сам Чезаре откровенно радовался молчанию короля. Не ищет с ним встреч — и слава богу. Больше никаких допросов, ответственности и тяжкого бремени ожиданий ему не было нужно.

— Неужели это вы всё устроили? — опешил Чезаре.

Но Рубина с гордостью произнесла:

— Да! Это я!

— Ха!

На этом пределе терпения Чезаре лопнул. Из-за потерянной армии ему приходилось, стиснув зубы, сносить материнские нотации, но быть втянутым в её интриги и тащиться на ковёр к королю — это уже совершенно другое дело.

— Вы совсем спятили?! — рявкнул он.

— Что?!

— Вам так хочется увидеть, как вашему сыну снесут голову?!

На шее Чезаре вздулись вены.

— Если меня сейчас потащат в тронный зал, что меня там ждёт, кроме ответа за проигранную битву?! Его Величество только-только начал закрывать на всё это глаза, так зачем вы делаете только хуже?!

— С чего это моему сыну должны снести голову?! — Рубина не осталась в долгу и тоже повысила голос. — Ты хоть знаешь, о чём сейчас судачит вся столица?!

— И зачем мне это знать? — процедил Чезаре.

Рубина и не думала давать сыну уйти от разговора. Она вбивала ему в уши каждое обидное слово:

— В столице только и чешут языками, что герцог Пизано лишился благосклонности короля! Что ты окончательно впал в немилость!

— Да хватит уже!

Чезаре совершенно не хотел этого слушать. Что за манера — вываливать плохие новости человеку, который и так отчаянно не желает ничего знать?

— Матушка, умоляю! — взвыл он.

Но Рубина и слушать его не стала:

— Да, конечно, Его Величество не может закрыть глаза на поражение в Савойе, тебя обязательно призовут к ответу. Но неужели ты думаешь, что отец отрубит тебе за это голову?

— Да кто его знает?! — вспылил Чезаре. — Кому вообще известно, что у него на уме?!

— Я знаю! Я! — завопила Рубина, в отчаянии колотя себя в грудь.

Ну почему её сын упёрся в одно и не желает видеть остального?!

— Ты просто не понимаешь саму суть власти! В жизни, как и на войне: сегодня ты проиграл, а завтра победил.

Не бывает одних лишь побед. Даже Рубина, некогда triumphant, подарив королю первенца, пережила немало взлётов и падений. Она никогда не забудет день, когда у чужестранки Маргариты родился сын. Тогда казалось, что само небо рухнуло на землю.

— Но главное — не сдаваться! Даже после поражения ты не должен опускать руки, ты обязан стоять до конца!

В конечном итоге, Рубина пережила Маргариту. И именно она выйдет из этой игры победительницей.

В Этрусском королевстве «стоять до конца» означало для Рубины лишь одно: мёртвой хваткой удержать милость короля. Раз уж не получилось стать законной женой, нужно удержать его любовь. Или хотя бы урвать себе уголок в его повседневной жизни. От того, кто постоянно находится на виду, не так-то просто отвернуться. Если удержаться рядом с королём, над маленьким королевством Рубины и её сына никогда не зайдёт солнце.

— Именно сейчас ты должен постоянно мелькать перед Его Величеством! — настаивала она. — Будь ласковым сыном, похнычь о том, как тебе тяжело!

Пытаться выслужиться перед отцом, играя роль преданного сына? Чезаре был мастером притворства, но в данный момент предпочел бы смерть. К тому же, он был уже не в том возрасте. Однако Рубину совершенно не волновало его желание или нежелание.

— Людям нравятся не только те, кто им выгоден! — настаивала она. — Они обожают тех, кому сами оказали помощь, кому сделали доброе дело! Поэтому держись рядом с королем! Добивайся его расположения, жалуйся, проси о поддержке!

Хочет он того или нет, но выполнить это придется. Это вопрос выживания.

— Только так люди поймут, что ты еще силен, и не посмеют на тебя нападать! — голос Рубины стал громче. — Таково общественное мнение! Такова молва! А те, кто находится у власти, всегда прислушиваются к тому, что говорят другие!

— Но ради чего… — мрачно произнес Чезаре. — Ради чего так стараться?

Бесконечный цикл. Вечно вращающееся колесо. У Рубины уже столько всего. Когда же она наконец насытится?

— Это же очевидно! — Рубина была поражена. — Солнечный Зал! Я желаю лишь одного — увидеть коронацию своего сына в Солнечном Зале!

Она вскочила:

— У тебя совершенно нет амбиций? Ты не хочешь прочно обосноваться в столице? Обрести свободу, чтобы никто больше не смел тебе указывать? А если все сложится удачно, то и трон… вплоть до самого трона!

Трон. Да, трон. Это ее истинное, сокровенное желание. И сейчас ей представился шанс, который выпадает лишь раз в жизни.

— Пока Альфонсо отсутствует в столице, это наш шанс, второго такого уже не будет! — выпалила она. — Сынок, ты хоть понимаешь, каких усилий мне стоило отправить этого паршивца Альфонсо в Йесак?!

Рубина мечтала о троне для сына с того самого момента, как узнала, что носит под сердцем мальчика. Что бы там ни говорили, Чезаре был старшим сыном короля Лео III.

Но это была лишь ее мечта. Чезаре эту мечту не разделял.

— Да мне плевать на все это! — отрезал он.

— Тупой ублюдок!

Разъяренная Рубина с силой бросила на пол чайную чашку. Под звон разбивающегося фарфора она излила на сына свой гнев:

— Да, ублюдок! Королевский бастард!

Каждое ее слово вонзалось Чезаре в грудь, словно острый кинжал.

— Думаешь, ты сможешь спать спокойно, когда Альфонсо займет трон?! — напирала Рубина. — Он мечтает о нашей гибели! Для него я — чудовище, уничтожившее его мать! А ты — мой сын! И этот ярлык тебе никогда не снять!

Как же Чезаре устал от этой вражды. Его сторона была определена еще с момента рождения. Он был обречен быть связанным с Рубиной, и ничего нельзя было с этим поделать. Невидимая пуповина прочно связывала их.

— Вы с Альфонсо — враги от рождения! — продолжала Рубина. — И в борьбе за престол выживет только один победитель!

Чезаре наконец не выдержал.

— Уходите!

Рубина сделала из него марионетку и насильно вытолкнула на поле боя, хотя он никогда туда не стремился. Одно это вызывало в нем неконтролируемую ярость. Ярость неописуемой силы.

— По-вашему, главное — просто создать проблемы?! — выпалил он. — Вы вечно плетете интриги, бросаете меня в самое пекло, а расхлебывать мне?!

Оскорбления Чезаре пересекали опасную черту.

— Вам по жизни все так легко дается, да?! — выплюнул он.

— Неблагодарный ублюдок! — Рубина не собиралась отступать. — Я прокладываю тебе дорогу к успеху! Какого черта ты вечно ломаешься и устраиваешь истерики?! Я пихаю тебе еду в рот, а ты даже проглотить не можешь, идиот! Да уличный кот и то лучше тебя!

В глазах Рубины зажегся гнев. Но Чезаре не собирался уступать. Его прозрачно-голубые глаза, такие похожие на материнские, вспыхнули в ответ.

— Да что с вами вообще не так?!

Он был готов обрушить на мать поток самых грязных ругательств, но один вопрос так и не решился задать.

Вы вообще меня… любите?

На самом деле он хотел крикнуть: «Если бы вы меня любили, вы бы не отправляли меня на бойню!» Но он так и не смог этого сказать.

Он слишком боялся услышать в ответ: «Нет. Не люблю».

Конечно, даже всесильная Рубина вряд ли сказала бы такое прямо. Скорее всего, она просто ушла бы от ответа и снова начала бы сыпать упреками, называя его неблагодарным сыном. Но Чезаре не мог так рисковать.

Услышав это, он бы полностью сломался.

После ожесточенной перепалки Рубина рявкнула так, словно объявляла новую войну:

— Примерно через две недели тебе назначат аудиенцию у короля. До этого береги себя. И сиди дома, не смей никуда выходить!

Резким движением она накинула атласный плащ. Плотная ткань, идеально подходящая для промозглой погоды, тяжело легла на ее плечи.

— Бесполезный ублюдок.

Это был ее последний удар.

***

После визита Рубины Чезаре начал нервничать при каждом посетителе. Он понятия не имел, кто из них прибудет с королевским указом.

— Черт возьми!

Но он не мог просто закрыть ворота и никого не впускать. Если прибудет гонец от короля, придется его принять.

Обычно Чезаре уже успел бы напиться до беспатиятства, но сейчас остатки совести все же удерживали его. Да и видеть королевского посланника в таком состоянии ему не хотелось.

Пришлось целую неделю обходиться без спиртного. Настоящая пытка.

— Ваша Светлость, к вам гость, — доложил слуга.

— Из дворца? — Чезаре тут же напрягся.

Но слуга невозмутимо сообщил:

— Пришла синьорина Ариадна де Маре.

В отличие от обычной прислуги в герцогстве Пизано, личный слуга своего господина знал как свои пять пальцев. Одного лишь упоминания имени Ариадны лицо Чезаре моментально озарилось.

— Ариадна? Где она?

Ариадна? Невероятно. Она-то наверняка подкинет мне гениальную идею.

Чезаре был уверен, что у неё найдётся ответ, но всё же не мог заставить себя обратиться к ней первым. Ни один мужчина не пожелает жаловаться женщине, которая ему нравится.

А уж герцог Чезаре — и подавно. Он жил и умирал ради поддержания своего статуса. Правда, он скорее предпочел бы умереть, чем отправить гонца с просьбой о плане действий.

Но сегодня Ариадна пожаловала сама.

Было в ней… что-то особенное. Создавалось впечатление, что на её протянутую руку можно опереться. Хотя бы немного.

— Я хотел проводить синьорину в гостиную, но она категорически отказалась, — добавил слуга. — Сказала, что будет ждать в саду.

В саду? Для долгих прогулок уже прохладно. Но если ей так угодно — почему бы и нет.

— Сейчас выйду, — бросил Чезаре. — Распорядись на кухне подать горячий чай.

Он тут же вскочил с места, чтобы привести себя в порядок, и напоследок крикнул:

— И живо! Не заставляй её ждать!

***

На этот раз Чезаре выглядел куда более опрятным и элегантным, чем при их прошлой встрече. В ожидании королевского посланника он каждое утро совершал омовение, потому всегда был готов. И поскольку встреча назначена была на улице, он смог надеть верхнюю накидку и берет, что лишь подчеркнуло роскошь его облачения.

— Долго ждала? — ослепительно улыбаясь, поприветствовал её Чезаре.

И если он нарядился, словно павлин, то Ариадна облачилась предельно скромно. На ней было длинное чёрное одеяние, напоминающее наряд чумных докторов, полностью скрывавшее её платье. Её лицо было затянуто плотной тканевой повязкой.

Чезаре испытал лёгкое разочарование.

Что это значит?.. Она пришла на встречу со мной и даже не нарядилась?

Он снова окинул взглядом свой павлиний наряд.

Может, и мне стоило одеться попроще?..

— Не замёрзла? — спросил он.

Впрочем, Чезаре лучше всего умел скрывать свои истинные чувства. Особенно если был разочарован, а перед ним стоял тот, на кого он желал произвести впечатление. Широко улыбнувшись, он сделал шаг к Ариадне, чтобы вручить ей чашку горячего чая. Над тонким фарфором, украшенным серебряным орнаментом, поднимался пар.

— Не подходите, — Ариадна отступила.

Тут уж даже непревзойдённый Чезаре не смог сохранить самообладание.

Заметив мимолетное раздражение в его взгляде, Ариадна немного смягчилась и пояснила:

— Недавно мне пришлось контактировать с больными чумой.

Но даже эта абсолютно разумная причина не развеяла разочарования Чезаре.

Ариадна чутко уловила его настроение. Эмоции Чезаре она могла читать, даже не глядя.

— Я делаю это ради вас, герцог, — добавила она. — Нельзя, чтобы вы заболели.

При этих словах Чезаре почувствовал, как почти зародившаяся в груди обида мгновенно исчезла, растворившись, словно сахарная паутинка на языке.

Как забавно. Любым пустяковым действием эта женщина могла вознести его до небес или низвергнуть в бездну.

Слегка очарованный ею, Чезаре предпринял ещё одну попытку:

— Но чашку всё-таки возьми. Ты долго пробыла на улице, наверняка замёрзла.

В его голосе звучала нежность, а в каждом движении читалось искреннее почтение. Он поставил чашку с блюдцем на декоративный камень и отступил на шаг. Ариадна нехотя подошла и взяла обеими руками лишь саму фарфоровую чашку.

Она так и не сняла повязку с лица, просто впитывая тепло фарфора, но и этого Чезаре хватило с лихвой, чтобы почувствовать себя до смешного счастливым. Ведь она тихонько пробормотала:

— М-м, тепло.

Я всё-таки могу влиять на ту, что имеет надо мной такую власть… Подумать только, как можно так радоваться пустяку.

Но это мимолетное удовольствие исчезло в тот же миг, как только Ариадна произнесла:

— Герцог Чезаре, сегодня я расскажу вам, как разгромить армию Галлико.

Чувство эйфории ударило в голову. Казалось, что прямо в кровь ему влили неразбавленную граппу.-----------Прим. перев.: 135 глава манхвы.